Артём хмурится.

— Что ты хочешь сказать? Что я с этим уродом Владимиром — родственники? Еще скажи, что я его потерянный брат.

— Ну, не совсем, — я неловко улыбаюсь и потираю шею. — Ты его потерянный племянник.

— Обалденная шутка, Светик. Это прямо лучший розыгрыш из всех возможных.

— Тёма, я серьёзно, — вздыхаю. — А если не веришь, то сдай тест ДНК и…

— Нет, — внезапно почти рычит Артём. — Не собираюсь я ничего сдавать. Да я лучше предпочту вообще ничего не знать, чем понимать, что мы с тем козлом одна семья.

А вот это становится для меня неожиданностью. Я никак не ожидала от Артёма таких слов. Даже предположить не могла.

— Тёма, да ты чего? Какая разница — родственники вы с Владимиром или нет? Ты ведь можешь узнать кто твоя настоящая мама. А она у тебя замечательная. Еще и очень талантливая художница, известная. Зовут София Никитина.

— Я знаю её. Близко знаком с её старшим братом — Юрием. Он очень… хороший человек.

Определенно, последние слова даются Артёму с трудом. Будто он не хочет это признавать.

— Видишь, с ним вы поладили. Всё не так плохо.

Артём поднимает на меня взгляд и снова коротко говорит:

— Я не буду ничего делать. Просто давай сделаем вид, что этого разговора не было.

— Артём, прекращай, — вздыхаю я. — Я и приехала чтобы рассказать тебе об этой новости, понимаешь?

— Ну, рассказала и рассказала. Повторяю, мне этого не надо. Как ты вообще представляешь моё общение с этим Владимиром на семейных торжествах? Будем обсуждать какую позу с тобой кто из нас предпочитает?

— У тебя всё к этому сводится? — Мне становится неприятно. — Причём здесь вообще Владимир или я? Ты можешь найти свою настоящую маму. Та которая всё это время искала тебя и не верила в рассказы про твою смерть.

— С чего ты так прониклась? — Артём поджимает губы. — И откуда ты вообще её знаешь? Владимир познакомил?

— О, блин, — закатываю глаза. — Ты опять за своё. Просто подумай о своей маме.

Артём опускает голову.

— Я вообще не понимаю, что происходит. Женщина которую я всю жизнь называл матерью сама призналась, что украла меня. Что я ей никто. Зато откуда то свалилась совершенно другая.

Мне не хочется узнавать правду, понимаешь? Не хочется знакомиться, потому что уверен, что снова меня будет ждать предательство.

Знаешь, Свет, не обижайся, но сейчас мне хочется побыть одному.

Он поднимает на меня взгляд. Да и… мне нужно привыкать к этому ощущениб, верно?

Друга у меня больше нет, родителей тоже, работа сменилась и главное, — он горько улыбается. — Любимой уже тоже. Это очевидно.

Сердце сжимается.

— Тёма, — я тяну к нему руку, но он качает головой. — Уходи, Свет. Просто оставь меня. В конце концов, не все рождены быть счастливыми.