Я непонимающе хмурюсь и продолжаю смотреть на Владимира. Несмотря на удивление, слёзы продолжают каплями стекать по щекам оставляя соленые дорожки.

— Что… что ты сказал?

Я не узнаю свой голос. Из надрывного панического крика, он упал, до едва слышного шепота.

— Я прошу у тебя прощения, — Владимир отвечает как и прежде спокойно, но теперь без своей привычной ухмылки. — Я действительно привык сражаться с циниками и манипуляторами. Перенял все их уловки. И совсем забыл о том, кто такой я и главное — что не все люди бездушные мрази. Не плачь, Свет, — он делает шаг ко мне и на этот раз осторожно, даже робко приобнимает меня.

Будто уверенный, что я вот-вот оттолкну его.

Но у меня на это просто нет сил. А ещё… ещё мне не хочется этого делать. Я будто впервые почувствовала себя в безопасности по настоящему. Сейчас объятия Владимира были искренними и при этом невероятно надежными. Мне не хотелось покидать этот уголок безопасности и заботы даже на мгновение. Но жестокие в своей логичности мысли сами догоняют меня и вышвыривают в холодную действительность.

— Значит…, — я напряженно сглатываю воздух. — …Всё? Теперь остаётся всё как есть?

— Ты о чем? — Спрашивает над моей головой Владимир.

И я с замиранием сердца уточняю.

— Ты просто отойдёшь в сторону и оставишь всё как есть?

Владимир немного отстраняется и заглядывает мне в глаза.

— Я всё ещё не пойму о чём идёт речь. Ты спрашиваешь меня брошу ли я тебя на растерзание ополоумевшим старшим Стрельниковым? Я правильно тебя понял?

— Да, — я отвожу взгляд. — Мне по прежнему негде от них спрятаться.

Владимир кивает, будто сам себе.

— Ясно. Так и понял. — Он осторожно поглаживает меня по плечам. — Нет, Света. Я так не поступлю. Об этом можешь не волноваться. Тем более, я пообещал тебя защитить. Словами я не разбрасываюсь.

Я открываю рот, чтобы спросить про условия (как будто всё заново идёт, по второму кругу. Мне даже дурно становится).

Но Владимир поднимает ладонь, будто читая мои мысли.

— Сразу говорю, я не потребую от тебя никаких "благодарностей". Но сложности всё же есть. И эти сложности связаны именно с тобой. С твоим решением.

Я слабо улыбаюсь.

— Почему я не удивлена?

— Дело в том, что самых простых способа решить проблему — два. А именно, как я и говорил — сообщить Стрельниковым, что ты снова с Артёмом. Но учти, это предполагает настоящее общение с ним. Или…, — Владимир ведёт плечом. — Я говорю, что теперь мы вместе. Просто говорю. Это будет фикция. Не больше.

Я опускаю взгляд и вздыхаю.

— М-да, интересный выбор. Нечего сказать.