Сборы в Байкальск заняли у Варвары наверное три дня. Она всё не могла решить, что ей надо брать с собой, а, что совсем не потребуется в поездке. Сбор необходимых (с её точки зрения) вещей происходил каждый день и каждый такой сбор заканчивался глубоким унынием потому, что Варвара так и не могла решить до конца, что всё — таки окажется ей необходимым в поездке в столь далёкий от Москвы край. Напрасно я говорил ей, что мы едем практически на всё готовое ( по словам Лернера его байкальский коллега обещал предоставить нам наилучшие условия так, что нам не надо было ни о чём беспокоится при сборах в дорогу, главное было благополучно долететь до Байкальска), Варвара меня не слушала и в конце концов я махнул рукой, в очередной раз убедившись, что для женщины процесс сбора в дорогу (особенно дальнюю) некий самоценный процесс.

Тем не менее в самый последний день, Варвара, очень быстро и деловито собралась в дорогу. Всё уныние у неё прошло, как и не бывало, напротив очень стала собранной и деловитой.

На такси мы приехали во Внуково. Загрузились в самолёт и начали свой путь до Байкальска.

В Байкальск мы прилетели рано утром по местному времени. Выйдя из самолёта я невольно повёл плечами, моё лицо обжёг сибирский мороз. Разница в температуре воздуха между Москвой и Байкальском была очень и очень ощутимой.

Сойдя с трапа мы направились к зданию аэропорта. Подойдя к нему я сразу приметил стоящую подле него серую «Волгу». Подойдя к машине я постучал в окно.

— Никого не ждешь?- спросил я у высунувшегося водилы.

— Москвичей жду,- ответил он мне,- Галкина и Панфёрову.

— Родина водила?

— Ага.

— Тогда это мы. Документы показать?

— Не надо. Садитесь.

Я махнул Варваре рукой и полез машину.

Когда мы уселись в неё, водила завёл мотор и тронул с места.

— Сергей Валентинович, что занят?- спросил я его.

— Да,- ответил он мне, — поэтому меня и послал, — сказал встретить и на загородную дачу отвезти. Он сегодня к вечеру подъедет. Сказал, что вы очень нужные гости из Москвы.

Я с интересом смотрел в окно, рассматривая на проносящийся мимо машины Байкальск, одновременно болтая с водилой о том и о сём. Главным образом о погоде и местных красотах. Меня интересовала главным образом охота и рыбалка. Варвара всю дорогу, напротив, героически молчала, лишь один раз спросив, где находится Облзтравотдел и областной Онкологический диспансер.

Наконец за окном замелькали окраины города. Вскоре мы въехали в явно дачный посёлок. Водила остановил машину перед металлическим двустворчатыми воротами и начал сигналить.

Ворота открылись и мы въехали во двор. Я увидел окружённый обширной территорией двухэтажный дом. Машина остановилась, и я открыв дверцу вышел на улицу.

Родин приехал вечером. Поздоровавшись с нами он сказал:

— Яков Семёнович говорил про то, что вы буквально чудеса творите!

— Он преувеличил,- ответил на это я,- чудес мы, увы, творить не умеем.

— Но всё равно вы можете значительно больше чем может официальная медицина.

Услышав это я лишь пожал плечами.

— Так вот какая проблема,- продолжил Родин, такая вот проблема. Моя невестка Ирина не может забеременеть несмотря на все свои усилия.

— Она обращалась к врачам? — спросила его Варвара.

— Разумеется. Конечно. Она обращалась ко всем местным и не только местным светилам. Результат этого к сожалению один — отрицательный.

— А вы не могли бы рассказать об этом подробнее?- спросила его Варвара.

— Ну я честно говоря не в курсе, кстати Ирина с мужем то есть моим сыном должна будет скоро приехать. Она с не очень большим доверием выслушала мой рассказ о вас, но тем не менее я настоял и она согласилась приехать для того, что бы вы так сказать провели консультацию.

— Но всё же, что — то вам наверняка известно?- продолжала настаивать Варвара.

— Шесть лет назад, сразу после свадьбы Ирина забеременела. Беременность у неё протекала очень тяжело с осложнениями. Её положили на сохранение в больницу. Однако развитие плода остановилось и во время чистки ей занесли инфекцию. В общем она после этого долго болела, а затем после всего этого у неё возникли все эти проблемы. Мы обращались к разным врачам, но как понимаете всё без толку. А летом здесь в Байкальске был один московский профессор, вроде как светило гинекологии. Ирина сходила на приём к нему. Результат был крайне неутешителен. Профессор заявил, что моя невестка никогда не сможет иметь детей.

Ясно,- сказала Варвара, выслушав Родина, хорошо я проконсультирую вашу невестку, хотя наверное вы знаете, что у меня несколько иная специализация.

Яков Семёнович тем не менее рассказывал, что вы можете очень многое,- начал было Родин,но Варвара прервала его:

— Многое это не значит всё. И кроме того мне никогда не доводилось иметь дело с гинекологией. Тем не менее мы согласны посмотреть вашу невестку.

Ирина с мужем приехала примерно через час. Когда она вошла в дом то я увидел весьма блондинку с весьма аппетитными формами и лицом которое отличалось какой -то холодной красотой.

Когда она здоровалась с нами на её лице я прочёл выраженное недоверие. Однако Варвара сразу, как говорится, взяла быка за рога.

— Ирина вы захватили выписку?

Да, — ответила невестка Родина и протянула папку Варваре. Варвара взяла её и раскрыв уселась и начала изучать. В комнате нс это время наступила тишина. Варвара молчала, молчал я, молчали и сын и невестка Родина.

Наконец оторвавшись от бумаг Варвара сказала:

— Я поняла. Ирина, если вам не трудно пройдите в соседнюю комнату. Мне надо вас осмотреть.

— А я думала, что вы как Мессинг мысли читаете и вся и всё насквозь видите,- с иронией в голосе произнесла Ирина.

— Ирина, — не сказала, а лязгнула Варвара, — прошу вас пройти в соседнюю комнату.

Пожав плечами невестка Родина зашла в соседнюю комнату, вслед за ней туда зашла и Варвара.

— Смотрю твоя жена не очень довольна,- спросил я у Родина — младшего.

— Ну Иринка вообще большой скептик, насчёт всей этой экстрасенсорики и прочих чудес. Ну что вы хотите? Во — первых, её родители медики. Причём оба хирурги. Во — вторых она сама математик, закончила специализированную школу, затем матфак нашего универа, сейчас учится в аспирантуре, кандидатскую пишет. Она по природе своей скептик. Очень не любит рассказы обо всём чудесном. Мы с отцом еле- еле уговорили её прийти к вам. Вообще надо сказать, когда этот московский профессор заявил, что у нас никогда не будет детей, Иришка страшно расстроилась, это я ещё преуменьшаю. Она вернулась от него в страшном состоянии. Я даже боялся за неё. А теперь мы вроде и смирились потихоньку. Иришка даже и об усыновлении заговорила. А раньше об этом и слышать не хотела.

— Погодите с усыновлением,- сказал я,- может не понадобится.

— А, вы правда прямо чудеса творите, как отец рассказывал?

— Ну я не знаю, что тебе рассказывал отец, но кое — что мы можем. Варвара Викторовна — врач, учти это. Правда специализация у неё другая, но тем не менее…

Про себя я подумал, что в который раз встречаю блондинку — интеллектуалку. Видимо многочисленные анекдоты о феноменальной тупости блондинок расплодившееся в моё время, всё же были далеки от действительности. Ни невестка Родина, ни Марина Александрович на таковых персонажей явно не тянули.

Осмотр затянулся. Мы сидели в ожидании выход женщин из комнаты ( меня в довершении всего мучило любопытство, как Варвара проведёт свой первый самостоятельный осмотр в качестве действующего экстрасенса), так прошёл почти час наконец дверь отворилась и из комнаты вышла вначале Ирина, а затем Варвара.

— Что -то долго!- не применил подколоть её я.

Однако Варвара никак не отреагировала на эту мою колкость. Она сказала Ирине:

— Ну всё можете быть свободны. Если вы желаете попробовать решить вашу проблему то можете завтра в удобное вам время приезжать сюда на первый сеанс.

— А вы гарантируете успех? — спросила Ирина.

— Гарантию сто процентов я естественно дать не могу. Хотя по своей медицинской специализации я не гинеколог, но как вы понимаете основы гинекологии в институте изучать приходилось. Так,что выводы моего коллеги я полностью подтверждаю.

— А скажите как так случилось, что вы дипломированный врач, подались в экстрасенсы? — спросила Ирина.

— Так и случилось,- ответила ей Варвара, — сама не ожидала этого.

Когда супруги ушли я сказал Варваре:

— Ну,что поздравляю с первым самостоятельным осмотром. Ты выглядела ну очень солидно. Как прошло? Не слишком волновалась?

— Совсем не волновалась. Как в родной стихии оказалась.

— А диагноз твоего московского коллеги? Смотрю полностью подтвердился.

— Полностью. У этой Ирины шансов родить ребёнка никаких.

— Сколько думаешь провести сеансов?

— Предполагаю, что трёх хватит.

— Моя помощь потребуется?

— Думаю нет.

— Смотри! Ты я вижу становишься самостоятельной. Если так дело пойдёт дальше я,что подобного только у тебя на подхвате буду.

Когда Ирина назавтра появилась опять, то я заметил, что скепсиса у неё на лице, заметно поубавилось. Видимо Варвара сумела произвести на неё нужное впечатление.

— Я проведу с тобой два или три сеанса сказала она. Будет видно по ситуации. Ситуация у тебя сложная, но шансы имеются.

— Но ты же онколог, а не гинеколог, — возразила ей Ирина, -как ты будучи онкологом можешь давать оценки?

— Ну я прослушивала курс гинекологии. Онкологам она тоже необходима. И кроме того у меня опыт. Так, что не волнуйся

— Хорошо я согласна,- сказала Ирина.

— Когда следующий сеанс завтра в это же время.

— Хорошо,- ответила Ирина и открыв дверь вышла из комнаты.

Я посмотрел на Варвару и произнёс:

Смотрю ты во вкус входишь. Консультации уже сама проводишь. Растёшь!

Учителя, вернее учитель, хороший был, — ответила мне на это мне на это Варвара.

А,что у этой самой Ирины всё так серьёзно?

Более чем. Как я понимаю официальная медицина решить её проблему не в состоянии. Собственно и я не уверена, что смогу решить её проблему.

— Однако здесь куда холоднее чем в Москве сказал я Варваре. Морозит очень прилично. Градусов двадцать не меньше.

Варвара наконец -то собралась выбраться в областной онкологический диспансер, что бы решить некоторые вопросы связанные с её командировкой. Мне нечего было делать и взялся сопровождать её. Заодно мне хотелось посмотреть на город Байкальск. Когда ещё выпадет случай побывать здесь.

Ты же у нас сибиряк,- подколола меня Варвара,- а значит должен быть привычен к здешнему климату.

— Ну сибиряк я только по документам,- ответил я на это,- а так самый настоящий коренной москвич.

— Ага коренной. В каком это поколении? В первом?

— Ну у тебя тоже предки жили в Москве не самого момента её основания.

— По линии мамы едва ли не самого. А по линии папы, да дедушка у меня происходит как ты знаешь из Орла, вернее его родители. А бабушка коренная москвичка. Как минимум с середины девятнадцатого века. Ой, Андрей, а что это там? — и Варвара отвлёкшись от изложения своей генеалогии показала мне рукой на кучку людей собравшуюся возле одного из домов.

— Давай подойдём и посмотрим,- сказал я и прибавил скорости.