Свечи рождают жуткие тени, что извиваясь, пляшут на стенах. Алые капли тонкими ручейками стекают с алтаря на пол… Никто не смог бы выжить, потеряв столько крови! Но всё же маленькая Николь жива. Сжалась в испуганный комочек, глядя, как родной дедушка идёт к ней, стискивая кинжал в старческих узловатых пальцах.

— Стой! — кричит отец, бросаясь наперерез, вставая на пути прадеда. — Не приближайся к моей дочери! — рычит он, будто раненый зверь.

— Отойди, глупец! — Рявкает Бранаур.

— Ни за что!

— Важно закончить начатое! Жертва должна быть принесена, иначе…

— Алтарь цел! Скверна ушла, демон заперт! А то что Николь жива — чудо! От которого я не стану отказываться.

— Упрямый дурак! — выплёвывает дед, едва не скрипя зубами от злости. — Какой прок с алтаря, если он не подчиняется! Ритуал не был закончен, теперь эта малявка накрепко привязана к артефакту кровью и магией. Клоинфарн будет слушать только её!

— И что здесь плохого? Она принцесса!

— Папа, — жалобно зовёт девочка, растирая слёзы.

Повернувшись к испуганной Николь, отец берёт дрожащую малышку на руки. Поцеловав в лобик, шепчет короткое заклинание, чтобы дочка уснула.

— Она женщина, — презрительно кривится старик. — Глупое существо, живущее инстинктами. Как она распорядится силой? Думаешь, хоть на минутку вспомнит о стране? Да ведь посмотри… теперь в ней и магии не осталось! Вся ушла в алтарь. Поступи разумно, Кост. Отойди и дай закончить начатое.

Отец поднимает на деда стальной взгляд.

— Я благодарен тебе, Бранаур, но сейчас ты переходишь границы дозволенного. Я Король этой страны, за мной последнее слово. Моя дочь будет жить.

Прадед нехорошо усмехается, морщины глубже прорезаются на его иссушенном возрастом лице, в тёмных глазах загорается зловещий огонь.

— Аштария процветает лишь благодаря алтарю, — вкрадчиво говорит старик. — Если мы не сможем использовать его силу, то…

— Сможем, — твёрдо отвечает отец. — Надо лишь продержаться, пока Николь не повзрослеет. Насколько я знаю, в твоей магической башне имеются кристальные уловители. Разве за столько лет в них скопилось недостаточно магии Клоинфарна?

— Достаточно, но…

— Так и используй их, пока Николь не подрастёт!

— А что потом? — фыркает дед. — Правда веришь, что глупая девчонка управится с древним артефактом? Клоинфарн коварен, он — коварное существо из другого мира, он не отпустит твою дочь! Она всего лишь женщина. Он обманет, запутает и заставит её поступить так, как надо ему! Не говоря о том, что обучить её управлять магией алтаря будет невероятно сложно. Ведь она стала пустышкой! А значит, не сможет чувствовать магические потоки.

— Есть выход, — хмурится отец. — Просто нужно, чтобы через Николь кто-то другой управлял Клоинфарном.

— Ты имеешь в виду…

— Мужа. С точки зрения магических законов, он будет иметь доступ к силе алтаря через Николь. А моя дочь останется в безопасности.

— Такой брак должен быть добровольным. Иначе магия не признает супруга.

— Не вижу здесь сложностей, — резко отвечает отец.

Бранаур задумчиво постукивает посохом по плитам пола. Он взглядывает на спящую Николь и его рот растягивается в улыбке, насквозь пропитанной фальшью.

— Беру свои слова назад, — медленно говорит прадед, — ты вовсе не дурак, Кост. Твоя задумка может сработать. Но в мужья девочке нужен крайне одарённый маг, с высочайшим уровнем силы. Где ты найдёшь такого?

— Мир большой, где-то обязательно отыщется, — говорит отец, но в его голосе проскальзывает сомнение.

— Что ж, тебе повезло, Кост! Искать не придётся, — довольно сообщает Бранаур. — У меня есть такой на примете. Уникум. Талант! Ненамного старше Николь, подаёт большие надежды, будущий сильный маг, преданный Аштарии. Я даже думал сделать его своим приемником на посту архимага. Он точно справится!

— Ты про него не рассказывал…

— Хотел сначала всему обучить, а уж потом приставить ко двору. Он идеальный вариант! Если проведём ритуал помолвки в ближайшее время, то он уже сейчас частично сможет управлять силой алтаря и проблем не будет.

Отец что-то отвечает, но мы уже не слышим его слов, потому что воспоминание размывается, как зыбкий мираж, а спустя мгновения я обнаруживаю себя и Джареда в круглой комнате с дверьми. Статуи всё так же перегораживают проход, а Клоинфарн меланхолично поглаживает свои ветвистые рога.

Осознать увиденное сложно. А ещё больнее — принять. В груди будто дыра разверзлась.

План прадеда… убийство… моё оживление… и новый план — подобрать мне правильного мужа.

Вот почему отец так вцепился в Гилберта. А согласился на моё участие в отборе лишь потому, что был уверен, я вылечу с первого же этапа. Все эти годы я терпела насмешки из-за отсутствия магии… Пыталась ничем не уступать сёстрам! И всё равно оставалась «никчёмной Николь», принцессой-пустышкой, позорным пятном на родовом древе Розен. Отец знал, в чём дело… Знал, но продолжал молчать!

Верно… он ведь хотел, чтобы я считала себя бесполезной, никому не нужной… Чтобы безропотно вышла за Гилберта. И тот продолжил управлять алтарём через глупышку-жену.

Меня просто передвигали как безмозглую фигуру на шахматной доске.

Почему отец не обучил меня саму управлять алтарём? Почему даже не попытался? Я ведь всегда старалась! Была послушной! Делала всё, что он говорил! Но даже так не заслужила доверия… Не заслужила даже капли его веры в себя!

— Теперь, надеюсь, вам многое стало понятнее, моя принцесса, — тем временем говорит демон.

Я открываю рот, чтобы ответить, но мысли путаются, спотыкаются, наваливаются одна на другую. Мне обидно до боли. Оказывается в моей жизни не было ничего настоящего. Куда не посмотри — фальшь и ложь.

— Ну и твари! — рычит принц. Его потряхивает от злости. Чтобы хоть как-то собраться, оборотень проходится по комнате. — Я думал, мне с родственниками не повезло! Но оказывается, моя мать — чуть ли не ангел! Эй, рогатый, выходит, из-за этого первого ритуала Николь застряла в круге смертей?

— Верно, — соглашается демон, щуря залитые мраком глаза.

— Но почему она помнит прошлую жизнь в отличие от прочих?

— Из-за вас, конечно.

— Меня? — удивляется Джаред.

— В момент, когда Николь умирала на алтаре, вы взяли её за ладонь. Кожа к коже… Метки откликнулись. Завязалась истинная связь.

— И что?

— А то, что магия душ непредсказуема и сильна. Она способна менять судьбы. Неудивительно, что её воздействие непосредственно рядом с алтарём, да ещё и в момент совершения добровольной жертвы изменило ход событий, повлияло на ритуал «возвращения в прошлое» и позволило принцессе запомнить последнюю жизнь.

— Забавно. Значит тот я из прошлого всё сделал правильно. Может, я ещё в тот раз знал о «круге смертей» и остальном?

— Вы слишком хорошо о себе думаете, Джаред. В любом случае сомневаюсь, что даже знание о прошлом поможет изменить ход вещей.

— Конечно, поможет! — скалится принц. — Тем более, теперь у нас есть личный демон на побегушках.

— Я подчиняюсь только принцессе Николь, — сообщает демон, вздёрнув бровь.

— Николь, — обращается ко мне Джаред, могу я приказывать этому рогатому от твоего имени?

— Д-да, — киваю я.

— Отлично, — потирает ладони волчий принц. — Раз ты умеешь показывать видения о прошлых жизнях, то покажи нам момент убийства Виктории Саблфорд. Мы хотим знать, кто был убийцей.

Клоинфарн издевательски разводит руками:

— Увы, не могу. Я способен показать лишь те воспоминания, в которых Николь принимала участие. Так устроена Ирреальность.

— Тогда скажи, кто ещё кроме этого прыща Гилберта в качестве супруга, может помочь Николь с управлением алтаря?

— К сожалению, я таких не знаю, — ухмыляется демон, демонстрируя острые зубы.

— Пф-ф, да от тебя никакого прока, — машет ладонью Джаред. — Или тебе надо давать задания попроще? Видишь, твоей принцессе грустно? Давай-ка развесели её, рогатый!

Усмешка сползает с красивого лица Клоинфарна. Видно, с такими приказами к нему ещё не обращались.

— Эм-м… И как, позвольте спросить, я должен это сделать?

— Ну, для начала, станцуй.

Демон едва не давится воздухом.

— Ч-что?

Прежде невозмутимый демон, чуть ли не трясётся от бессильной ярости. Мечет молнии взглядом. Кажется, он готов лично открутить принцу голову!

— У тебя со слухом плохо, полуголик? — поднимает брови Джаред. — Танцуй давай!

Я испуганно задерживаю дыхание. Джаред что, бессмертный?! Зачем он злит демона! Первый порыв — отменить глупый приказ! Но одновременно с тем, делается ужасно интересно, что произойдёт дальше… А уж когда Джаред подмигивает мне зелёным глазом, я и вовсе решаю не вмешиваться.

— Ну? Долго ждать? — подгоняет принц.

Красный от злости рогатый юноша низко опускает голову, так что волосы падают на лицо, скрывая демонический взгляд. А потом начинает двигаться из стороны в сторону приставным шагом, туда и обратно, назад и вперёд.

Мы смотрим на это странное действие с десяток секунд.

— Это что? — не выдерживает Джаред.

— То что заказывали, — цедит Клоинфарн.

— А я подумал, тебя заклинило. Не знал, что всё настолько плохо. Ладно, не надо танцев, побереги наши глаза. Хм-м… может, ты умеешь петь?

— Нет!

— Рассказывать смешные байки?

— Ты пожалеешь, если не остановишься, смерд! — шипит демон, и на миг его бледная кожа обугливается, чешуя покрывает скулы, а изо рта выскальзывает раздвоенный язык.

— Воу-воу, — поднимает ладони принц, — полегче. Успокойся, рогатый! Ты какой-то нервный, наверное мало бываешь на солнце?

— Когда я вырвусь отсюда, ты его тоже больше не увидишь, — зловеще обещает демон.

— Да кто ж тебя выпустит, такого бешеного. Ты лучше скажи, как Николь разорвать круг смертей?

— Вам не суметь этого сделать!

— Мы уж сами решим, а ты давай рассказывай способ!

— Разорвать круг можно, скормив мне того, кто этот круг создал.

Видно, что Клоинфарн не хочет открывать правду, но что-то заставляет его говорить, будто против воли.

— Ты имеешь в виду того злобного деда? — уточняет Джаред.

— Да! — глаза демона вспыхивают голубым пламенем, он скалится голодной гиеной. — Бранаур-р-р, мой личный враг, я мечтаю обглодать его кости! Высосать душу, как вино из бокала, его вечный агонизирующий крик боли станет музыкой для моих ушей! Столько веков я пытался дотянуться до этого старикашки, и у меня почти получилось! Я почти вырвался из проклятой клетки! Не было того мага, что способен был запечатать расколотый мною алтарь! Но родилась ты-ы, — он смотрит с ненавистью, — и меня вновь заперли здесь!

— Эй, Николь ни в чём не виновата! — встаёт на защиту Джаред. — Ты тут сидишь в тепле и уюте, а ей приходится бегать из будущего в прошлое. Думаешь, это весело? Давай-ка, расскажи лучше, что случилось с Бранауром?

— Старикашка сбежал!

— Сбежал? — мы с Джаредом переглядываемся.

— Да, я потерял его след!

— Он умер, насколько знаю, — говорю я.

— Это то же самое! — рыкает рогатый. — Его душа избежала наказания! Его долг придётся оплатить вам, принцесса.

— Ты так ненавидишь Бранаура, — говорит Джаред, — будто это он тебя здесь запер…

— Редкая догадливость.

— Что? Это так? Но я думал, алтарь очень древний…

— Ну так и Бранаур жил много веков.

— Как такое возможно?

— Он имел прямой доступ к моей силе, — недовольно признаётся Клоинфарн. — Самостоятельно управлял алтарём! И пользовался магией и в личных целях… что позволило ему скрываться от смерти множество столетий! Много веков он возглавлял магическую башню и сдерживал печать на артефакте, который сам же создал. Приносил жертвы, утоляя мой голод. Но я тоже рос… напитывался бедами Аштарии, болью жертв и в какой-то момент стал настолько силён, что Бранаур не сумел со мной совладать.

— И печать сорвалась…

— Верно. Моя каменная клетка треснула, ещё немного и я бы вырвался из заточения! Но ему повезло, родились вы, Николь. Принцесса с невероятно сильной магией, чьей жертвы хватило бы, чтобы вновь запечатать артефакт и, вернуть контроль. Но кое-что пошло не по плану… В ритуал вкралась ошибка, а жертва оказалась с редкой сильной душой и огромной волей. Ты выжила, Николь. А Бранаур потерял связь с артефактом.

— Вот почему он так неистово хотел завершить ритуал. Даже бросился к маленькой Николь с кинжалом, — бормочет Джаред.

— Именно, — говорит демон.

От обилия информации пухнет голова! Но всё же я рада узнать правду… теперь есть на что опереться. Значит, Бранаур не просто мой прадед, а пра-пра-пра и ещё раз «пра». Предок, что создал алтарь и решил жить вечно. Теперь он мёртв, а без него круг смертей не разорвать! Хотя… что если хитрый интриган выжил? Что, если скрывается где-то и ждёт моей кончины в круге смертей? Ведь тогда ритуал завершится сам собой, а он вернёт свою власть над Клоинфарном. Надо будет поговорить с отцом, может, он что-то знает…

— В любом случае, — продолжает рогатый юноша, — эта информация не поможет вам избежать гибели. Даже если каким-то чудом Бранаур выжил, вам нужно не только скормить его мне, но также совладать с магией алтаря, что требует времени и таланта. А смерть уже за спиной, дышит вам в шею. Её костлявые руки на ваших плечах, а зловонное дыха…

— Стоп-стоп, — поднимает ладони Джаред. — Не надо этих жутких домыслов. Мы ещё повоюем.

— Времени слишком мало, — скалится демон. — Скоро Николь вновь придёт к алтарю. Вновь приклонит голову и добровольно сложит свою жизнь и кровь к моим ногам.

— Что за бред!

— Со слезами на глазах она будет умолять вернуть её в прошлое, — с гаденькой улыбкой продолжает Клоинфарн, — а затем вонзит лезвие в своё измученное сердце. Вот только на этот раз её душа не сумеет перенестись в прошлое. Раньше её сил хватало, чтобы отматывать время на годы, но с каждым разом срок сокращался. Теперь сил её души не хватит даже на короткий прыжок в прошлое. Суть Николь распадётся на кусочки, я сожру каждый из них с превеликим удовольствием!

— Губу закатай, — рыкает принц.

— Кстати, вы, Джаред, тоже окажетесь в моей власти, — сверкает глазами демон.

— Что? Почему?

— Закреплённая истинная связь — это крепкая цепь, что соединяет две души. Если один из вас окажется в моих лапах, другого я смогу затянуть в Ирреальность, будто рыбку, попавшую на крючок.

— Не боишься подавиться, рогатый? — зубоскалит Джаред. А меня вдруг накрывает такая волна страха, что сердце подпрыгивает к горлу.

Клыкасто ухмыляясь, принц продолжает словесную пикировку, а я смотрю на него во все глаза.

Жуткая мысль штопором крутит грудь.

Он может погибнуть из-за меня…

Несмотря на бесподобную красоту Клоинфарна, демон меркнет на фоне волчьего принца. Джаред будто солнце в морозный день, он пахнет ледяной клюквой, царапает колючками слов, смотрит открыто, а в зелени его глаз можно утонуть… А там, в глубине, этот мужчина полыхает ярким пожаром, сжигая врагов, согревая тех, кто дорог.

Вдруг становится совершенно очевидно, что в воспоминаниях та, другая Николь, любила Джареда без оглядки!

Любила… и умирала. Раз за разом принося принцу страдания.

Чем он заслужил, быть привязанной к обречённой принцессе, каждую секунду рискующей свалиться в бездну?

Разве это его война?

Что, если мы не справимся? Не сумеем разорвать круг! Что, если я вновь погибну и демон сожрёт меня! Тогда и Джареда тоже… Истинность утянет его следом. Погубит!

— Клоинфарн, — зову я, перебивая разговор. Голос сипит. — Мне сказали… здесь, в алтаре, мы можем разорвать истинную связь. Это правда?

Джаред впивается в меня зрачками-иглами. Демон тонко улыбается, склоняя голову.

— Да, принцесса, это возможно. Пойдёмте за мной.

Я киваю и на деревянных ногах направляюсь за Клоинфарном. Джаред идёт рядом, но мне почему-то боязно поднять на него взгляд… будто я совершила нечто постыдное. Предала его. Хотя ничего подобного не было! Мы проходим мимо статуй, поднимаемся по широкой каменной лестнице.

— Ты точно всё решила? — хмуро спрашивает Джаред. В его голосе металл и странная нота горечи.

— После всего, что услышала… я не хочу подвергать тебя опасности.

— Какой опасности? — рычит принц. — Мы столько узнали! Через столько прошли. Мы справимся и с этой проблемой.

— А если нет?

— Тогда и последствия будем разгребать вместе.

Ну как он не понимает!

— Джаред, от меня и так зависит судьба королевства! Я не хочу нести ответственность ещё и за твою жизнь!

— Я не ребёнок, Николь, за свои решения несу ответственность сам. В данном случае тем более.

— Это твои настоящие мысли? — я вскидываю напряжённый взгляд. — Или в тебе говорит метка?

— Метка? — голос Джареда звенит злым удивлением. — Ты что ли думаешь, я за тобой таскаюсь только потому, что меня дурит истинность?

— Всё может быть! — сержусь в ответ. — И вообще… не понимаю, ты ведь и сам недавно настаивал на разрыве. Говорил, что кролик и волк не могут быть парой! К тому же… ведь если изменим мнение, то можем позже восстановить связь. Но сделать это с холодной головой. Взвешенно и обдуманно! И уже после того, как всё это безумие закончится.

— Ясно, — сухо роняет принц и больше не говорит ни слова. Даже не смотрит в мою сторону, молча чеканя шаг.

«Неужели обиделся, — раздражённо думаю я, пока мы идём по коридору за Клоинфарном. — Нашёл время! И я ведь правду говорю! Связь можно восстановить при желании! Вдобавок зависимость меня уже извела. Зелье скоро закончит своё действие, и страшно подумать, какие ждут последствия. Нет-нет, тут сомнений быть не может. Связь надо разорвать. Ради безопасности Джареда! Ради себя! Тем более раз представился шанс!