«Я смогу это сделать, — мысленно повторяла я. — Я смогу. Я умная… иногда, — добавила я про себя. — Я заставлю их себя выслушать». Только бы мое тело успокоилось. Кровь бурлила во мне, горячее огня, обжигая. В ушах звенело.

Эрик вышел из машины, опустив руки. На его лице расплылась самодовольная ухмылка, словно он говорил: «Ну, попробуйте меня взять». Я не сдвинулась с места, испугавшись, пытаясь выдавить из себя нужные слова и, да, надеясь, что это все это окажется дурной сон, и я вот-вот проснусь.

— Руки вверх, — сказал голос, и он медленно подчинился. — Камилла Робинс, выходи из машины.

Услышав свое имя, я удивленно ахнула. Они уже узнали, кто я. Мне бы не удалось скрыться, как бы далеко я ни бежала и где бы ни пряталась.

Дрожащим голосом я приказала дверце машины открыться. Как только оказалась снаружи, мне пришлось зажмуриться от яркого света фар. Глаза даже заслезились.

— Мы невиновны, — сказала я. Ноги так дрожали, что я едва держалась на ногах и вынуждена была опереться о машину.

— Руки вверх, — крикнул голос.

Я отошла от машины и чуть снова не упала. Пришлось прислониться плечом к ней для опоры.

— Она ранена, — громко сказал Эрик, а затем прошептал мне:

— Готовься бежать.

— Я остаюсь, — прошептала я в ответ.

— Посмотрим.

— Я хочу объяснить, что произошло сегодня вечером, — крикнула я, пытаясь привести детали, которые помогли бы нам обоим. Я действительно не хотела, чтобы он пострадал. — Я никогда раньше не разговаривала с Эриком до сегодняшнего вечера, так что мы не могли ничего спланировать вместе. Мы…

Эрик выругался, и я поняла, что наши преследователи спешат к нам. Эрик выхватил бластер и начал стрелять. Желто-оранжевые лучи прорезали темноту, освещая фигуры трех девушек. Каждая из них нырнула в укрытие и немедленно открыла ответный огонь, их выстрелы попали в нашу машину. Некоторые выстрелы летели прямо в меня.

Я закричала и пригнулась.

— Я безоружна!

Еще один выстрел попал туда, где я только что стояла.

Эрик вел непрерывный огонь, прячась за открытой водительской дверью, используя ее как щит.

— Беги, — крикнул он мне.

Повинуясь инстинкту, я сделала три шага на корточках. Затем замерла. «Что ты делаешь? Ты не можешь уйти!»

— Беги, идиотка, — прорычал Эрик.

— Нет.

В этот момент мимо моего уха просвистел поток желтого огня. Он не задел меня, но был настолько горячим, что кожа мгновенно покрылась волдырями. Желудок болезненно сжался, и я метнулась за пассажирскую дверь.

— Она, черт возьми, не вооружена, — крикнул Эрик девушкам.

— Брось оружие, — донесся ответ. Это был голос другой девушки, не той, что говорила первой.

— Черта с два, — ответил он ей. Эрик выстрелил еще раз, и я услышала, как девушка выругалась себе под нос.

Да, я прекрасно понимала это чувство. Мне хотелось ругаться, кричать и ругаться еще больше.

— Вы должны мне поверить. Мы невиновны. Все, что произошло сегодня вечером, — это большое недоразумение.

— Выстрел, который тебя задел, был предупреждением, Камилла, — сказала одна из девушек, в ее голосе звенела ярость. — В следующий раз я буду целиться в твое сердце. Если хочешь жить, иди ко мне, с поднятыми руками. Мы пройдем в тихое место и поговорим.

Я попыталась выпрямиться, и луч пролетел чуть выше моего плеча. Вскрикнув, я пригнулась. Они пытались меня убить?

— Я думала… думала…

— Они хотят тебя ранить, — объяснил Эрик. — Они скажут что угодно, чтобы заполучить тебя.

— Но я ранена! — и я больше не хотела сдаваться этим девушкам. Пожалуй, с Эриком мне было безопаснее.

— Нет, ты в ловушке, — произнес третий женский голос, на этот раз похожий на мурлыканье. — Как бы мне ни хотелось выцарапать тебе глаза, Эрик, у нас есть приказ доставить тебя невредимым. По возможности. Но мне плевать, кто ты такой. На тебя и твою маленькую подружку будет объявлена охота, если ты продолжишь стрелять.

Ее слова сбили меня с толку. Кем он был для них?

Через секунду яркий янтарный свет взорвался, поглотив ночную тьму, ярче прожекторов, сияя и освещая меня и Эрика. Тени исчезли.

Нас подсветили.

— Отпустите Камиллу, и я сдамся, — крикнул Эрик. — Я тоже не промахнулся, дамы. Если бы я хотел вас убить, вы бы были мертвы.

Кто-то засмеялся. Кто-то фыркнул. Я пошатнулась. Он сдастся ради меня?

— Как скажешь, Эрик, — ответила та, у которой был мурлыкающий голос.

— Мы ее отпустим, без проблем, — сказала другая девушка.

Думаю, она была главной, поскольку первой заговорила с нами, и в ее голосе звучала властность, которой не было у остальных. Но даже я знала, что она лжет… хотя, возможно, и хотела бы обратного. Никто не стреляет в тебя, чтобы потом просто так отпустить.

— Мы действительно невиновны, — сказала я, снова пытаясь донести до них свою мысль, щурясь от яркого света этих дурацких ламп. Ну, я-то действительно была невиновна, по крайней мере. Я не видела девушек, даже намека на них. Только оранжевые и золотые пятна и окружающую их тьму, частью которой мне хотелось бы стать. Глаза снова заслезились, и мне пришлось опустить взгляд на ботинки. — Салфетка, которую вы видели, когда он мне ее дал, пуста. А я пошла за ним, потому что разозлилась на него. Я хотела спросить, почему он мне ее дал. Вот и все.

— Звучит как интересная история, и я хотела бы услышать ее подробнее.

Жаль, что я не видела ее лица, оценить выражение.

— Конечно, ты можешь согласиться подойти и поговорить с нами. — этот новый голос звучал умиротворяюще.

Хороший коп против двух плохих, наверное.

— Я пыталась. Вы начали стрелять в меня.

— Дай нам еще один шанс. Мы будем вести себя хорошо.

— Не слушай их, Камилла, — рявкнул Эрик.

Я прислонила лоб к прохладной дверце машины. Рука безвольно повисла сбоку, бесполезная. Мои колени дрожали. Я бы не смогла сдвинуться, даже если бы от этого зависела моя жизнь.

Может, так и было.

— Убегай и прячься, пока все не уляжется, — сказал он, — как я тебе и говорил.

— В последний раз говорю, нет!

— О чем вы двое там спорите? — спросил лидер.

Внезапно чья-то рука легла мне на плечо, и я вздрогнула. Я резко повернула голову, у меня перехватило дыхание. Когда увидела, кто присел позади меня, я чуть не растаяла от облегчения. Эрик.

Его лицо было суровым, непроницаемым.

— Тебе следовало бежать. — он не смотрел на меня, когда говорил, его взгляд был устремлен прямо вперед.

— Не могу. Ты попадешь в гораздо большие неприятности.

Его рука легла мне на поясницу.

— Ты продолжаешь меня удивлять, Камилла Робинс.

— Я сама себя продолжала удивлять.

— Мне надоело ждать, — промурлыкала девушка — Я еще не выполнила свою норму убийств за эту неделю, а ты серьезно испытываешь судьбу.

— Тогда взорви машину, — поддразнил Эрик. — Наше время все равно вышло.

Я побледнела. Он только что приказал им взорвать нашу машину?

— Не искушай меня. Многие люди хотят твоей смерти, Эрик. Я просто хочу поговорить с тобой.

Если бы у меня были силы, я бы зажала Эрику рот ладонью, чтобы он не смог ответить. Но этого не произошло, и он не стал ее дальше провоцировать.

— Дай мне минуту подумать, — крикнул он.

— У тебя нет другого выбора, кроме как умереть или сдаться.

— Дай мне подумать, черт возьми!

Пауза.

— Одна минута, — последовал ответ. — И обратный отсчет начинается сейчас. Если ты не примешь решение к тому времени, я сделаю его за тебя. Я уже дала тебе больше свободы, чем кому-либо другому. Тот факт, что мы когда-то были друзьями, значит все меньше и меньше.

— Почему ты это сделала? — тихо спросил он. — Почему ты осталась со мной?

Прошла секунда, прежде чем я поняла, что он говорил со мной.

— У нас минута, и ты хочешь поговорить об этом сейчас?

— Да. Так что поторопись.

— Они уже узнали мое имя, — ответила я, пытаясь впитать его силу. Его волосы свисали низко, прикрывая брови. Вокруг рта залегли морщинки. И все же Эрик никогда не выглядел милее.

— Ты узнала это только минуту назад. Почему? — настаивал он.

Он хотел правды. Хорошо. Мне уже нечего было терять.

— Я не могла просто оставить тебя здесь умирать.

— Даже несмотря на то, что я игнорирую тебя в школе?

— Даже несмотря на это.

— Даже несмотря на то, что ты думаешь, что я наркоторговец?

Я уловила эту формулировку и моргнула. Он сказал «ты думаешь». Не «я есть». В тот момент во мне расцвела надежда, что он был обычным парнем, которого неправильно поняли.

— Да.

Его выражение лица стало уязвимым. Мягким. Таким же полным надежды, как и мое.

— Даже несмотря на это.

— Глупо, — сказал он, но в его голосе была легкость, которой раньше не было. — Смело. — а потом он повернулся ко мне и неожиданно нежно поцеловал меня в губы.

Поцелуй был недолгим, но потряс меня до глубины души.

Опасность была повсюду, и в моей голове тикал внутренний счетчик, но мне было все равно. Эрик Трой только что поцеловал меня. Не с языком, как я мечтала столько ночей, а с заботой — как будто мы собирались умереть, и он хотел насладиться последними минутами на Земле.

Даже после того, как поцелуй закончился, он не сразу отстранился. Я вдыхала запах Эрика, теплый и свежий, как ночь, наслаждаясь этим украденным моментом. Как сильно я хотела, чтобы его руки обняли меня, прижали к себе.

Но они не обняли, и я поняла почему. Он не мог убрать пистолет из поля зрения девушек. Тревожная мысль. И все же это все равно оказалось самым счастливым моментом в моей жизни.

Может быть, потому, что впервые в жизни я поняла, что мне не обещали завтрашнего дня. Может быть, потому, что я была влюблена в него столько месяцев. В любом случае, я черпала утешение в этом поступке. Моя решимость выбраться из этого испытания (живой) усилилась.

— Я не стою того, чтобы ты оставалась, — сказал он. — Никогда.

Еще несколько минут назад я, возможно, согласилась бы с ним. Но после его слов: «даже несмотря на то, что ты думаешь, что я наркоторговец» — я уже не была так уверена.

— Позволь мне самой судить, — ответила я.

Он смотрел на меня мгновение.

— Я не знаю, что о тебе и думать. Ты… — внезапно Эрик выстрелил в сторону девушек. — Не приближайся, Феникс.

— Черт возьми, Эрик!

— Ты обещала мне минуту, а у меня осталось всего несколько секунд.

Феникс. Услышав, как он произнес это имя, я вспомнила, насколько хорошо он знал этих девушек.

— Ты их знаешь?

— Да. К сожалению.

— Мне это надоело, Эрик, — прорычала Феникс, видимо, их лидер. — Ты не сможешь сдерживать нас всю ночь.

— Послушай, мы оба знаем, что у меня есть информация, которая тебе нужна. Ты же не бросишься драться со мной.

— Раньше ты был одним из нас, — произнес новый голос.

Эрик напрягся. На его лице появилось выражение абсолютной беззащитности.

— Кара?

— Да, — сказала Кара твердым, напряженным голосом. — Я тоже здесь. Ты чуть не убил меня своим каскадерским вождением.

Почему он напрягся? Откуда эта беззащитность? И он действительно когда-то был агентом А.У.Ч.? Эрик, похоже, знал о них многое. И я никогда не видела, чтобы кто-то так искусно владел оружием.

— Ты, может, и не хочешь с нами драться, — сказала Кара, — но я бы с удовольствием набила тебе морду.

«Бывшая девушка», — решила я с легкой ревностью.

— Как давно вы расстались? — спросила я, прежде чем успела себя остановить.

Эрик пожал плечами, возвращая внимание ко мне.

— Откуда ты знаешь, что мы встречались?

Я постучала пальцем по виску.

— Умная.

— Несколько месяцев, — сказал он с легкой ухмылкой.

— Что ты такого сделал, что она так разозлилась?

Он поджал губы, уничтожая все намеки на улыбку.

— Не лучшее время для обсуждения этого.

— Точно так же, как ты знаешь, что мы тебя не убьем, — добавила Кара, словно в их разговоре никогда не было паузы. — Мы знаем, что ты не убьешь нас.

— Ты ничего обо мне не знаешь, — мрачно проворчал он. — Больше не знаешь. Может, никогда и не знала.

Пауза.

— Я приближаюсь, и если ты подпалишь хоть волосок на моей голове, я убью тебя так, как хотела уже несколько месяцев, — сказала Кара.

— Уверена, что хочешь рискнуть, детка? — спросил он ее. — Я тоже хочу причинить тебе боль. На самом деле, я мечтал об этом.

Детка? Детка! У него еще остались чувства к ней? Это не мое дело, это не имело значения, не должно было иметь значения, но… Очевидно, ему все еще было не все равно, и, очевидно, мне тоже. В конце концов, он поцеловал меня.

Хлоп.

Я нахмурилась. Откуда был этот звук?

— Я бросила свой пистолет, — сказала Кара, отвечая на мой невысказанный вопрос. — Я безоружна.

Эрик фыркнул и выглянул из окна машины.

— Но ты никогда не бываешь беззащитна.

Я тоже выглянула в окно и увидела, как в свет вошла красивая азиатская девушка. У нее была гладкая кожа цвета карамели, карие глаза и густые темные волосы, собранные в хвост. Она была среднего роста и стройная, ее плавные изгибы были облачены в облегающую черную синтетическую кожу.

Я наклонила голову и нахмурилась. Она была в «Корабле». Была в той группе девушек, которые так пристально смотрели на Эрика. Хотя она не все время смотрела на Эрика. В основном сверлила взглядом меня.

Неужели она тогда подозревала меня в сотрудничестве с ним? Боже мой. Возможно, ночь была обречена на провал, что бы я ни делала.

В моей голове пронеслись образы девушек, когда они подошли к бару… у одной из них на лице была татуировка в виде синего трезубца, у второй были светлые волосы и милые черты лица. У третьей были каштановые волосы и острый взгляд. Остальных я не могла вспомнить. Я только знала, что их было больше.

Неужели они все были здесь? Вероятно. От этой мысли у меня скрутило живот. Это означало, что мы не могли видеть их всех; некоторые прятались. Возможно, даже пробирались к нам сзади.

— Их больше, Эрик. Их больше!

Он понял, что я имею в виду.

— Я знаю. Трое уже пробрались к машине. Здание мешает им прицелиться, так что не волнуйся.

Не волнуйся? Не волнуйся!

Если Эрик хорошо знал этих девушек, почему он не ушел с «Корабля», как только их заметил? Я знаю, что он их видел. Он напрягся и перенес свою встречу с Человеком в Маску в другую комнату.

Чтобы спасти невинных, если бы началась перестрелка?

— Черт возьми, Кара, — внезапно прорычал он.

Кара продолжала идти к нам, сохраняя медленный и ровный темп. Пряди ее темных волос развевались вокруг ее прекрасного лица.

— Раньше ты говорил другое. Ты радовался, когда видел меня.

Неудивительно, что Эрик никогда не приглашал меня на свидание; он встречался с совершенством.

— Это было давно, — сказал ей Эрик.

— И с тех пор многое изменилось. Включая твою внешность. Думал, мы тебя не узнаем с другим цветом волос? Думал, мы не узнаем, что тебе сделали операцию на глаза, заменив собственные зрачки на чужие? Должна сказать, с зелеными глазами ты выглядел лучше.

— Стой! — хрипло крикнул он. — Я не хочу, чтобы ты приближалась.

Если она доберется до нас… Господи, я не знаю. Что сделает? Ничего хорошего, это очевидно. В ее красивых карих глазах была ярость. И что сделает Эрик? Он явно не хотел причинять ей боль, иначе бы уже выстрелил.

Впервые с тех пор, как началась эта ужасная ночь, Эрик казался сильно напуганным… и это ужасало меня еще больше.

Если он испугался, значит, должно было случиться что-то непоправимое. Все его предупреждения об А.У.Ч. пронеслись в моей голове. Боль. Пытки. Смерть. До сих пор он во всем оказывался прав.

Если он не сможет защитит нас, я должна буду это сделать.

Сглотнув, я осмотрелась в поисках какого-нибудь оружия. Я видела грязь, гравий, хрупкие ветки. Несколько камней. Затем увидела рукоятку пистолета, торчащую из-за пояса брюк Эрика. Я никогда раньше не держала в руках пистолет. У нас дома оружие было под запретом, потому что мой отец ненавидел любое насилие.

Прежде чем я успела передумать, я схватила оружие и направила его на Кару. Я не выстрелила, только крикнула:

— У меня есть пистолет, и я не боюсь его использовать. — «как же глупо, Робинс!»

Эрик дернулся от удивления, протянул руку ко мне, потом передумал и замер. Кара тоже застыла на месте.

— Может, он и не выстрелит в тебя, — сказала я, — но я это сделаю. — может быть. О, черт. «Что ты делаешь?»

— Непричастна, да? — выражение отвращения отразилось на нежных чертах Кары. — Успокой свою девушку, Эрик, — огрызнулась она, снова делая шаг вперед.

Моя рука дрожала.

— Я выстрелю. Выстрелю. Я просто хочу, чтобы ты остановилась и выслушала, что я хочу сказать. Не угрожай нам больше. Хорошо?

— Отдай мне пистолет, — сказал Эрик, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, но у него это плохо получалось. — Просто отдай его, и все будет хорошо.

— Нет. — слезы защипали уголки моих глаз. — Они нас не слушают! И ты был прав. Они сначала стреляют, а потом задают вопросы.

— Камилла, — сказал Эрик.

— Нет!

Кара сделала еще один шаг, так близко, что я могла разглядеть золотистые блики в ее волосах. Я видела такие же золотистые искорки в ее глазах.

— Камилла, — повторил Эрик. — Ты не хочешь этого делать.

Нет, не хотела.

Он медленно протянул руку и обхватил мои пальцы. Его прикосновение было нежным; я чувствовала мозоль на его шершавой ладони.

— Тебе никогда не поверят, что ты невиновна, если выстрелишь.

— Но…

— Ты не знаешь, на что они способны. Не становись их врагом.

— Думаю, я уже их враг, — прошептала я отчаянно.

— Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Хорошо? Доверься мне. Я позабочусь о тебе. Я заботился о тебе до сих пор, разве нет?

— Ну…

— С этого момента.

Кара подошла к двери, ее обутые в сапоги ноги коснулись моих. Пистолет уперся ей в грудь.

— Ты раньше не давал обещаний, которые не мог сдержать.

— Заткнись, черт возьми, Кара. Она невиновна. Я все объясню. — Эрик замолчал, не сводя с меня глаз. — Камилла. Отдай мне пистолет.

Слеза сорвалась и скатилась по моей щеке. Я позволила Эрику забрать у меня пистолет. Мои плечи поникли от облегчения. Я ведь и так не хотела стрелять, а конфронтации мне никогда не давались легко.

В следующее мгновение Кара резко взмахнула руками, и два клинка упали в ее протянутые ладони. Прежде чем я успела моргнуть, она приставила острые концы к горлу Эрика.

Я ахнула от шока, от ужаса.

— Ты сказала, что безоружна.

— Я солгала. — она не повернулась ко мне. Наверное, не считала меня достаточно опасной. — Он обезврежен, — крикнула она. — Ведь так, малыш?

Эрик молчал. Наши взгляды встретились, и он едва заметно покачал головой, давая понять, что все действительно будет хорошо.

Остальные девушки бросились вперед, и я увидела, что была права. Их было не трое или четверо. Их было шестеро. Девушка с татуировкой синего трезубца, схватил меня и швырнул на землю лицом вниз. Грязь забилась мне в рот, и я попыталась ее выплюнуть.

— Не трогайте ее, — приказал Эрик. — Я же сказал. Она ни в чем не виновата. Я дал ей салфетку, чтобы отвлечь вас.

— Уверена, она так же невиновна, как и ты, — усмехнулась Кара.

Мои руки завели за спину, и я закричала так громко, что звук эхом разнесся в ночи. Это движение вызвало резкую боль в ране, и я почувствовала каждый новый приступ боли.

Эрик схватил Кару за запястья и резко повернул. Она с визгом упала на колени, ее клинки выпали на землю. Он бросился ко мне, пытаясь освободить, но кто-то… что-то вроде человека-кошки?.. встретил его на полпути, и они вместе повалились на гравий.

— Отпусти ее, — прорычал он. — Ты делаешь ей больно.

Эрик и девушка с разноцветными волосами и заостренными ушами боролись и катались по земле. Девушка шипела и царапалась ногтями. Эрик не ударил ее, как мне хотелось бы, но уворачивался от ее ударов и пытался удержать.

— Осторожнее с ним, Киттен, — прорычала Феникс. — Он нужен живым.

— Да ну, — ответила она мурлыкающим голосом. — Я тоже нужна тебе живой? Он дерется грязнее, чем в прошлый раз, когда мы с ним столкнулись. — она застонала, когда Эрик перебросил ее через плечо.

Она вцепилась в него, притягивая обратно. Ее оранжевые, красные и черные волосы окутали их. Двигаясь с грацией и плавностью кошки, она выгнула спину и скользнула вверх по телу Эрика. Я поняла, что она была Теранкой.

Будучи в плену, я не знала, что делать, и как могла помочь. Поэтому я сказала:

— Эрик, все в порядке. Я в порядке.

Кара схватила свои ножи и набросилась на сражающуюся пару. Отвлеченный, Эрик ее не заметил, и вскоре клинки Кары снова оказались прижаты к его горлу. Несколько капель крови стекли по его шее.

И все же он продолжал бороться, пытаясь добраться до меня.

— Я в порядке, — повторила я, преодолевая боль. — В порядке.

На этот раз он перестал двигаться. Тяжело дыша, Эрик окинул меня взглядом, чтобы убедиться в правдивости моих слов. У меня было предчувствие, что он снова начал бы бороться, если бы я хоть немного нахмурилась.

Пока Кара прижимала нож к его горлу, та, которую звали Киттен, обмотала его запястья лазерными браслетами. Лазерные браслеты надели и на мои запястья, их свет впитался в мою кожу. Если бы я попыталась их снять, я бы оторвала куски кожи и костей.

— Теперь, когда с этим покончено, — сказала Феникс. Она встала перед нами и стряхнула пыль с рук. Это была девушка с светлыми волосами и карими глазами. Красивая, почти хрупкая на вид — поразительный контраст с аурой смерти, окутывавшей ее выражение лица. — Отвезем этих двоих в изолятор А.У.Ч. У меня есть вопросы. У них есть ответы.