Два месяца спустя.

Пробравшись по ухабистой лесной дороге, расплескав придорожные лужи, черный минивэн с наглухо тонированными стеклами остановился на той горке, где ровно год назад, день в день, стоял Кирилл и смотрел на деревню Кузичи.

Дверь минивэна бесшумно откатилась в сторону, и два дюжих молодца в черной спортивной одежде ловко спрыгнули на землю. Они весело повели онемевшими от долгого сидения плечами, шутливо потолкались, а затем выволокли из машины плохо одетого мужчину. В этом сгорбленном, зашуганном человеке с потертым чемоданом в руках с трудом угадывался еще недавно успешный, холеный директор частной гимназии, Миловидов Андрей Юрьевич.

Он затравленно оглянулся на своих конвоиров.

– Чего вылупился? Ступай увереннее! Вот твоя деревня, вот твой дом родной! – засмеялся один из провожатых. Всё еще смеясь, он подмигнул и добавил, провожая его злым холодным змеиным взглядом, – Помни, что в любой день, в любое время мы должны найти тебя здесь!

Прихрамывая, Андрей спускался с горки к деревне. Расспросив у прохожих, где находится школа, направился к ней. Единственной его надеждой был Саша Спицын, студенческий друг, ныне директор сельской школы. Андрей вошел в школу, нашел кабинет директора, постучал.

– Войдите, – услышал он из-за двери кабинета.

Сан Степаныч не сразу узнал бывшего друга.

– Вам кого, уважаемый?

– Сань, привет! Не узнал? – Андрей настороженно смотрел на друга.

Сан Степаныч медленно поднялся, вышел из-за стола и подошел максимально близко. По привычке сложив руки за спиной, он долгим взглядом впился в посетителя.

– Не сразу, если честно, не ср-а-а-а-зу. Эко тебя!… Где так?

– Да так… так жизнь повернулась.

– Похоже, что жопой она к тебе повернулась… Андрей Юрьевич! – хохотнул он, – А чего к нам? Чего сюда? Как тебя занесло в наши-то края?

– Я теперь здесь жить буду. Поможешь с работой? – он с надеждой поднял глаза на Сан Степаныча.

– А… Помочь… Я? Энтэр-э-э-э-сно девки пляшут, – а с какого, скажи мне, хрена я должен тебе помогать, а? Помнится, ты из меня веревки вил, руки мне выкручивал, шантажировал, издевался, дела свои через меня крутил… Ты вынудил меня взять на работу этого парня… Кстати, хороший парень-то оказался… очень хороший. Жаль его, глупо погиб… Чем он тебе помешал-то так, что ты его из Москвы в нашу пердь загнал? А? Не скажешь?.. Чую я, что твои перемены, – он указал пальцем на Андрея, – как-то с этим связаны.

– Ты же мне должен, дружок… забыл? А, Саш?

Саша не забыл. Казалось, что он и сейчас чувствует запах той гостиницы, словно это было вчера… А было это пять лет назад…

Запах дешевого коньяка и потных тел, казалось, намертво въелся в обшарпанные стены номера районной гостиницы. Саша Спицын, директор сельской школы, сидел в продавленном кресле и обреченно смотрел на пустой стакан. Напротив, развалившись в таком же продавленном кресле, сидел Андрей Миловидов, бывший однокурсник, а ныне – директор элитной гимназии города Москвы. Сытый, довольный, как кот, объевшийся сметаны.

– Ну что, Сашок, как оно? – ухмыльнулся Андрей, покачивая в руке бокал с дорогим виски.

Саша скрипнул зубами. Еще пару часов назад он гордо рассказывал Андрею о выделенных деньгах на ремонт школы и на новый компьютерный класс. А теперь… Теперь эти деньги превратились в кучку фишек на экране монитора, а он сам – в жалкого должника.

– Да как, блин… Нормально, – буркнул Саша, отводя взгляд.

– А чего кислый такой? Проигрался? Бывает, – Андрей не скрывал наслаждения. Он знал, что Саша подсел на онлайн-покер, видел этот азарт в его глазах. И специально подсунул ему идею сыграть «по-крупному».

– Да так, ерунда… – промямлил Саша, чувствуя, как волна стыда подкатывает к горлу.

– Ерунда? А мне показалось, ты там все деньги на ремонт школы поставил, – Андрей прищурился, в его голосе появилась сталь.

Саша вздрогнул. «Вот оно, началось.»

– Слушай, Андрюх…

– Я тут подумал, – перебил его Андрей, – тебе же сейчас сложно будет эти деньги вернуть. Да и шумиха поднимется, если вдруг выяснится, куда делись средства. Правильно?

– Я всё верну… только не говори никому, ладно? Мне нужно время… – пролепетал он.

– Время? А у детей твоих есть время сидеть в разваливающейся школе и без компьютеров? – Андрей резко поставил бокал на стол. – Я тебе помогу, Сань. У меня есть для тебя предложение…

Саша молчал, предчувствуя подвох.

– Ты мне окажешь несколько… услуг. Скажем так, поможешь с некоторыми делами. А я дам тебе денег в долг… Что скажешь?

Саша посмотрел на Андрея, в глазах которого не было ни капли сочувствия, только холодный расчет. Саша понимал, что попал в капкан. Выбора не было.

– Хорошо, – прохрипел он.

– Вот и отлично, – улыбнулся Андрей. – Я знал, что мы договоримся.

С этого дня Саша превратился в марионетку в руках Андрея. Он прокручивал через счета школы левые деньги, подписывал липовые договоры, врал родителям и учителям. Он потерял сон, потерял уважение к себе, но главное – он потерял надежду на то, что когда-нибудь сможет выбраться из этой трясины.

А Андрей, наблюдая, только усмехался, довольный своей властью. Он получил то, что хотел. За небольшую, по московским меркам, сумму, он получил – преданного и беспомощного должника, готового на всё ради того, чтобы скрыть свою позорную тайну.

Сан Степаныч потряс головой, словно пытаясь сбросить неприятные воспоминания.

– А вот хрен тебе в жопу, чтоб штаны не падали! – издевательским тоном заявил Саня и сунул ему под нос эффектно сложенный кукиш, а затем сквозь зубы добавил, – ничего я тебе не должен больше. И никому ничего не должен…

– Это почему еще?

– Это потому, что недавно я получил сообщение, что мой долг тебе погашен, и документ платежный, который это подтверждает. А еще на счет нашей школы упала огромная сумма. От кого это всё – понятия не имею, да и не сильно знать хочу, только теперь я, – он развел руки в стороны и отчеканил каждое слово, – никому… ничего… не должен! И впредь больше ни в какую задницу не полезу! Так вот, дружок… мой… институтский… ступай-ка ты приставными шажками отсюда и прямиком на хер! От меня никакой помощи не жди и здесь больше не появляйся!

Андрей вышел из кабинета, прошел по коридору, остановился в рекреации. Попил воды из фонтанчика. Затем подошел к бюсту Менделеева и звучно пошлепал его ладонью по гипсовому лбу.

– О, как всё сложилось-то… Дмитрий Иванович… – пробормотал он.

Подойдя к большому окну, остановился и, глядя на большую лужу посередине школьного стадиона, задумался…

Он вспоминал, как давно, лет пять назад, они сидели с Саней в номере гостиницы, как он лихо тогда подвел его к тому проигрышу и сколько денег потом прогнал через Санину школу…

Андрей вышел из здания школы. Он бесцельно брел по незнакомой улице. Зайдя в сельский магазин, купил бутылку воды и присел на придорожный камень.

Он наблюдал, как маленькая, сухонькая старушка усаживает в машину молодую беременную женщину. Рядом стояла девчонка, вероятно, дочь беременной. Все трое плакали, обнимались и снова плакали. «Кто она? Куда уезжает? Почему они все рыдают?» – подумал Андрей вяло, безразлично.

Женщина настойчиво пыталась запихнуть в машину какой-то непонятный цветок в горшке. Все трое суетились вокруг него, и Андрея это почему-то сильно раздражало: «На хрена он ей? Что, там, куда она едет, цветов не купить? Вот видят же, что не впихнуть, и всё равно пихают… идиотки».

Наконец, женщинам удалось уложить цветок так, как им нравилось, и беременная уселась в машину. Старушка с девчонкой долго смотрели ей вслед, затем развернулись и пошли прочь.

Поравнявшись с Андреем, старушка внимательно посмотрела на незнакомца.

– Ты… чевой-то тут сидишь? Откуда здесь?

– Приехал жить… – вздохнув, ответил Андрей.

– Ммм… к кому приехал-то?

Мужчина пожал плечами, вздохнул и отвернулся.

– Жить-то тебе есть, где?

– Не-а… – Андрей резко открутил крышку и нервно сделал большой глоток воды.

Старушка хмыкнула.

– Ну, поди со мной… – она вздохнула, глядя на его потерянное лицо. – Видали мы таких. Не первый раз городские к нам в тоску да в безнадегу приезжают. Видно, судьба у тебя такая же несчастная, как у Кирилла нашего… Царствие ему небесное. Да может убережет тебя судьбинушка-то… Ладно, иди, пристрою тебя куда-нибудь.

Старушка, невысокая и жилистая, несмотря на возраст, шла быстро. Девчонка плелась рядом, всхлипывая и утирая нос. Андрей еле поспевал за ними. Молчание нарушали только шуршание опавших листьев под ногами и далекий лай собак.

– Ты, это, не боись, – вдруг проговорила старушка, не оборачиваясь, – У нас народ хороший. Примут. Работа найдется…

Андрей молча уткнулся взглядом в спину старушки и пытался представить, как он будет жить в этой глуши. В голове крутились обрывки прошлой жизни. Он резко тряхнул головой и глубоко вдохнул холодный, сырой деревенский воздух.

Они пошли по той же центральной улице, по которой ровно год назад проезжал злой и раздраженный Кирилл, впервые оказавшись в деревне Кузичи…