В русской письменной речи есть четыре маркера-аппроксиматора, которые используются для компрессии текста, как замена говорящим части начатого перечисления или всего перечисления полностью одной единицей: «и т. д.», «и т. п.», «и др.», «и проч.». Интересно, что хотя по сути своей эти единицы ничем друг от друга не отличаются: все они выступают в речи просто как знаки того, что перечисление может быть продолжено, – популярность их у носителей языка неодинакова. Вот данные Национального корпуса:
– «и т. д.» – 31 951 вхождение;
– «и т. п.» – 15 165 вхождений;
– «и др.» – 11 809 вхождений;
– «и проч.» – 7 837 вхождений.
Еще любопытнее, что судьба каждого их этих четырех маркеров складывалась в русском языке по-разному:
– пик популярности аппроксиматора «и проч.» приходится на 1800—1830-е годы (550 на млн словоформ);
– «и др.» был наиболее востребован в 1910—1950-е годы (123 на млн словоформ);
– «и т. д.» и «и т. п.» достигли расцвета только в 2000-е годы (469 и 260 на млн словоформ соответственно).
Как-то объяснить это мы, честно говоря, затрудняемся.