В разговорной речи мы часто сталкиваемся с таким явлением: человек произносит определение, потом произносит определяемое слово, потом понимает, что вылетевшее у него изо рта определяемое слово отличается от того, которое он первоначально задумывал, и наконец исправляет невольную ошибку в согласовании с помощью повтора определения в нужной грамматической форме. Так возникают конструкции вроде следующей: «инверсированная <конструкция> – порядок слов… инверсированный».
Очевидно, что таким образом в современной устной речи все более широкое употребление получают инверсии. И вот что интересно. Традиционно нарушение прямого порядка слов в предложении считается приметой риторически организованного дискурса – способом эмфатического выделения, передачи некоторой лирической взволнованности говорящего.
Получается, инверсия может быть результатом как тщательной подготовки, так и абсолютной неподготовленности. Это как если бы вы получали одни и те же деньги за то, что сделали дело, и за то, что не сделали. Чудо, если вдуматься!