В кулинарном Интернете можно найти рецепты приготовления «серых щей» – традиционного крестьянского блюда. «Серыми», в отличие от «белых», господских, назывались щи, которые готовились из самых верхних капустных листьев, которые обычно просто выбрасывают.
Кулинары-искусницы пишут о совершенно «неповторимом вкусе», который придают супу эти грубые листья, всячески его нахваливают и сожалеют о забытых русских традициях.
В журнале «Коммерсант-Weekend» в свое время даже было опубликовано большое кулинарное эссе о серых щах под красноречивым названием «Щи, которые мы потеряли».
Кто-то указывает, что этот суп «занял свое отражение даже в классике русской литературы».
Действительно, в русской литературе и публицистике XIX – начала XX века неоднократно упоминаются «серые щи» или «щи из серой капусты».
Да вот в чем дело: этот суп был литературным символом нищеты и беспросветного существования.
«Удивительный контраст! мягкий диван в вагоне, зеркальные стекла, тонкая столярная отделка, изящные сеточки на чугунных красивых ручках, элегантные станции с красивыми буфетами и сервированными столами, прислуга во фраках, а отойдя полверсты от станции – серые избы, серые жупаны, серые щи, серый народ…» (А.Н. Энгельгардт)
«Военные события почти не коснулись только приюта… Это болото благотворительности по-прежнему невозмутимо продолжало свое грязное существование. Жидкие щи из серой капусты, скверная каша с прогорклым маслом, сечение воспитанниц, сплетни помощниц, наушничество каждой на всех и всех на каждую – все это шло неизменным, раз навсегда заведенным порядком» (А.К. Шеллер-Михайлов).
«Если кто-нибудь, не знакомый с мужиком и деревней, вдруг будет перенесен из Петербурга… даже в избу богача, то он будет поражен всей обстановкой и придет в ужас от бедственного положения. <…> Темная, с закоптелыми стенами (потому что светится лучиной) изба. Тяжелый воздух, потому что печь закрыта рано и в ней стоит варево, серые щи с салом, и крупник либо картошка… Полное отсутствие какого-либо комфорта, характеризующего даже самого беднейшего интеллигентного человека» (Г.И. Успенский).
«…Нижние этажи облезлых домов в нем были заняты главным образом „пырками“. Так назывались харчевни, где подавались: за три копейки – чашка щей из серой капусты, без мяса; за пятак – лапша зелено-серая от подонья из-под льняного или конопляного масла, жареная или тушеная картошка» (В.А. Гиляровский).
«В три часа дня в дверное оконце подается корзина нарезанного хлеба, а затем приносят обед: знаменитые тюремные щи, в которых серая капуста пахнет пареным бельем; в щах листы и нити вываренного мяса, отдельно – гречневая или полбенная каша» (М.А. Осоргин).
В общем, наша литература совсем не дает поводов сожалеть, что мы «потеряли» эти самые «серые щи».
Но не верить мастерам современного поварского дела, конечно, нельзя.
Отсюда вывод: или русские писатели неправду писали, или капуста стала намного лучше.