После безопасного размещения Люси в отеле — хорошем отеле, за который платило АСР — с агентом АСР, охраняющим её дверь, который был под угрозой смерти, если он осмелится покинуть свой пост, — Каттер помог завершить дело.

Ему не разрешили задавать вопросы ни Харви, ни Брюсу. Очевидно, они боялись, что он не будет хитрым и может оторвать им головы или что-то в этом роде. Что ж, они не ошиблись, но он был почти уверен, что сможет найти тонкий способ сделать это.

Видимо, как только проснулся, Брюс начал им всё рассказывать. Он, вероятно, слишком боялся встретиться ещё раз с Каттером.

Эйвери и Исида сообщили ему, что Люси беспокоилась о нём, и позвонила Эйвери после того, как он ушёл, чтобы найти Примроуз. Эйвери была в баре с Уэйном и Исидой, поэтому она послала Уэйна искать Каттера, а они пошли поговорить с Люси.

По прибытии они увидели машину Харви, припаркованную на улице, и осторожно подошли к ним, опасаясь, что он пришёл искать Каттера. Но когда они услышали его рёв, они перекинулись и влетели в окно.

Каттер был рад, что с Люси всё в порядке, хотя он был немного обижен тем, что ему не удалось стать её рыцарем в сияющих доспехах. Но он полагал, что у него впереди годы, чтобы спасать её снова и снова. Естественно, в ролевых играх, потому что ей не разрешено снова оказаться в опасной ситуации — никогда. Фактически, он не хотел, чтобы она переходила улицу без него, и, если Люси думала, что ей разрешат выйти из дома без его сопровождения, она сильно ошибалась. Что? Он перегибает палку? Ему всё равно.

Примроуз будет в порядке, она уже начала заживать. Сэди отказалась покинуть её. Все были просто шокированы, увидев, как Примроуз проявляет нежные эмоции. Это было так… странно. Словно наблюдать, как Дарт Вейдер останавливается, чтобы погладить щенка или что-то в этом роде.

Харви молчал, но у них было достаточно улик, чтобы арестовать его в любом случае со свидетельскими показаниями Брюса и за нападение на Люси. К тому же, когда они действительно начнут копать, они были уверены, что смогут связать его с убийствами в Урсе.

Директора сразу вызвали с вынужденного отпуска. Он не подначивал босса за то, что слушал Харви... ну, по крайней мере, не особо. Директор, что неудивительно, отругал Каттера за то, что тот не сдался, но, учитывая, что парень, подставивший его, был агентом АСР, пытающимся его подставить... Директор не стал наказывать Каттера. Но он настоял на том, чтобы тот взял недельный отпуск на восставновление сил. Ради их же блага.

Его это устраивало. Старый Каттер, ДЛ Каттер, мог спорить и настаивать на том, что ему нужно остаться, но у него было кое-что получше. Ему нужно ухаживать за ежихой.

Он даже придумал недельный оплачиваемый отпуск для Люси. Примерно неделя, проведённая вместе в постели, было бы подходящим для них двоих. Им нужно наверстать упущенное.

Он так боялся причинить ей боль, что бежал от неё, как трус. Всё, что потребовалось, это быть подстреленным его коллегой, обвинение в убийстве и почти потеря её из-за сумасшедшего волка, чтобы он понял, что она ему нужна. Жаль, что на самом деле всё это не произошло год назад.

Теперь Каттер знал, что действительно заслужил её. Что ж, может, он и не зайдёт так далеко, но он был достаточно эгоистичным, чтобы удержать её, вот так-то.

* * *

Люси было немного жаль, что она не увидела, как Исида и Эйвери набросились на Харви. Она была уверена, что выражение его лица было бы бесценным, когда тигрица и львица напали на него. Но ей было просто приятно, что всё закончилось.

Так почему ей грустно?

Потому что это означало, что у неё больше не было оправдания, чтобы держать Каттера в постели. Теперь он мог свободно уйти и делать всё, что хотел. Облом.

Её ежиха оживилась, когда она услышала спор снаружи.

— Что за хрень? Ты спал? — взревел сердитый, но очень желанный голос.

Её ежиха от счастья мяукнула.

— Я просто отдыхал глазами… — раздался приглушённый ответ.

— Чему, блять, они учат вас в академии? Забудь, свали, я сейчас здесь.

Её красивый волк ворвался в дверь, выглядя как дикий романтический герой, и первое, что он сказал:

— Какого чёрта эта дверь открыта? Сюда мог войти любой!

— Только не с охраной снаружи, — терпеливо рассуждала Люси, бросаясь к нему в объятия.

— Ублюдок спал!

Она прижалась к его груди и почувствовала удовлетворение, когда он обнял её и крепко прижал. На ней была футболка АСР, которую ей дал один из агентов. Её собственная одежда была испорчена Харви, когда он закатил истерику, и Каттер вытолкнул её из дома так быстро, что у неё не было времени что-то схватить. Тонкого материала было недостаточно, чтобы скрыть морщинистые точки её сосков, затвердевающие из-за её возбуждения при появлении Каттера. Она смущённо попыталась отодвинуться, но он не отпускал.

Каттер цеплялся за неё, и она не могла отрицать, что в этот момент не было места, где бы она хотела быть. Конечно, его собственное возбуждение в этот момент почти врывалось в её живот. Это было тёплое и озорное давление, от которого её бёдра инстинктивно сжались.

Со вздохом и разочарованным всхлипом Люси Каттер отпустил её и подвёл к кровати, так что они сели рядом.

Он испытующе посмотрел на неё, и она почувствовала желание заполнить тишину, но остановилась.

— Спасибо за всё, что ты для меня сделала, — мягко произнёс он.

— Тебе не нужно меня благодарить. Я твой друг.

Каттер нахмурился при слове «друг». Неужели он даже не хотел с ней дружить?! Неужели её разочарование не знало конца?

Люси отвернулась от него, боясь, что может сделать что-нибудь девчачье, вроде разрыдаться.

— Но тебе не обязательно оставаться здесь, ты действительно можешь вернуться в свою квартиру.

— Я не хочу, чтобы ты была одна, — грубо ответил Каттер.

— Серьёзно, всё в порядке.

— К тебе же не придет ещё один мужчина, не так ли? — обвинил он резким тоном.

Люси даже не удосужилась ответить, она просто закатила глаза и надула губы.

Он положил палец ей под подбородок, заставляя её взглянуть на него и в его янтарные глаза.

— Послушай меня.

Стальное доминирование в его голосе было поразительным и вызвало у неё почти конвульсии.

— Я хочу быть здесь.

Каттер сделал глубокий, успокаивающий вдох.

— Я люблю тебя, Люси, и я люблю тебя с того момента, как встретил тебя.

Она глубоко вздохнула от его неожиданного признания. Она надеялась, что, по крайней мере, ей удастся услышать речь: «Давай будем друзьями с привилегиями». Она просто предполагала, что в будущем после того, как она будет заниматься этим в течение примерно пяти лет, она будет шантажировать его — или, возможно, свяжет и будет пытать его — прежде, чем она, наконец, получит слово на букву «Л».

— Я тоже тебя люблю, — хмыкнула она.

Каттер наклонился для поцелуя, но дёрнулся, когда она хлопнула его по руке.

— Что за хрень?

— Если ты любишь меня, то какого чертового минигольфа ты убегал от меня?

Её ежиха хотела упасть в обморок прямо в его большие сильные руки, но у Люси было немного больше резерва — правда, совсем немного. Не слишком.

Он ухмыльнулся её выбору слов, прежде чем стал серьёзным.

— Милая, я засранец.

— Ла-а-адно.

Не та реакция, которую Люси ожидала. Она предположила, что он куда-то клонит.

— Ещё до того, как произошёл взрыв, устроенный Марони, я был придурком. Я всё время угрюм и злюсь. Я превращаюсь в козла без промедления, и мне трудно сдерживать свою ярость. Я так часто ходил на курсы по управлению гневом, что знаю их лучше, чем учитель. К тому же у меня есть долбаные ночные кошмары, просыпаясь, пытаюсь задушить людей или выстрелить в стену. Ты бы навредила человеку, которого любишь? Я просто думал, что сделаю тебя несчастной.

«Ух, он невыносим!»

— Ты действительно думаешь, что за прошедший год я не была несчастна?

— Я всё думал, что ты найдёшь кого-то лучше меня, и он сделает тебя счастливой, — сказал Каттер с отвращением, как будто идея о том, что это когда-либо произойдёт, сродни тому, чтобы съесть бургер, сделанный из червей.

— Ну, я никого не нашла и никогда не найду. Я несчастна без тебя, так что с таким же успехом я могу быть несчастной с тобой, хотя не думаю, что буду.

Он посмотрел на неё с сожалением.

— Нет, я тоже не думаю, что ты будешь.

Вау, он полон сюрпризов. Прежде всего, он бросил ей слово на букву «Л» без всякой подсказки, и теперь он признал, что быть вместе не будет равносильно потоплению «Титаника».

— Что заставило тебя передумать?

Каттер начал гладить её по волосам.

— На днях, когда ты разбудила меня ото сна, всей боли и гнева, я просто отпустил это, как только увидел тебя. И когда ты спишь рядом со мной, мне не снятся кошмары. Эти последние пару дней, несмотря ни на что, я действительно просыпался счастливым. Я хочу, чтобы ты была моей парой, и я хочу, чтобы ты знала, что я не лгу, когда говорю, что влюбился в тебя с первой встречи. С прошлого года я даже не смотрел на другую женщину.

Люси нахмурилась.

— Но разве ты не забыл кое-кого?

Каттер приподнял брови.

— Пава-перевёртыш, — сказала она, надеясь, что в голосе не будут слышны эмоции.

Что было нелегко, когда её ум и ежиха автоматически потянулись к слову «шлюха» вместо «павы».

Его лицо потемнело, и она сразу почувствовала досаду, вспомнив об этом и разрушив момент. Она начала слезать с кровати, и руки Каттера обвились вокруг неё, прижимая к себе на колени. Он обнял её крепко и собственнически.

— Угу, дорогая. Я пытаюсь объяснить это с тех пор, как это произошло. Теперь ты, наконец, собираешься сидеть спокойно и выслушать меня.

Каттер провёл большими пальцами по её заднице, пытаясь не хихикать над её надутыми губами.

— С этой девушкой ничего не было.

Люси смотрела на него несколько секунд.

— Ии-и-и-и?

— И?

Он взглянул на неё с искренним недоумением.

Глаза Люси вспыхнули чёрным её маленьким зверьком.

— Действительно? После разговора о Рике и Ксандере, это всё, что я получу?

— Хорошо, — прорычал Каттер. — Я сильно напился, и она позаботилась о том, чтобы я вернулся домой. Я не помню ту ночь, но знаю, что не занимался с ней сексом. Я больше ни с кем не был с тех пор, как встретил тебя. Ты лучший секс в моей жизни, и я люблю тебя. Счастлива теперь?!

— Да, — ответила Люсиа успокоено, совершенно не обращая внимания на его угрюмый тон. — Я тоже ни с кем не была с тех пор, как встретила тебя.

— Слава богу за это, — воскликнул Каттер, уронив голову ей на плечо. — Я хочу провести с тобой по крайней мере следующие два дня голым, и у меня просто нет времени в моём расписании, чтобы выслеживать и убивать любого засранца, который осмелился прикоснуться к тебе. Не то чтобы я бы этого не сделал. К тому же я неплохо отпугнул их от тебя.

— Кого отпугнул?

— Ублюдков, которые осмелились пожелать моё, — сказал он ей с гордостью.

Люси не знала, обнимать Каттера или дать ему пощёчину. Неудивительно, что парни, которые пытались сблизиться с ней в течение последнего года, теперь активно сбегали, увидев её. Они, должно быть, были напуганы тем, что Каттер собирался прийти после этого. Из всего… О, какой смысл спорить? Его собственничество действительно заводило. Она уткнулась носом в его шею.

— Мм-м-м, ты мой большой, плохой волк.

— Не могу обещать, что со мной будет легко. Я не могу обещать, что не причиню тебе вреда. Я не могу обещать...

Она поднесла пальцы к его губам.

— Я согласна с обещаниями любить меня и всегда опускать сиденье унитаза. Что касается остального, разберёмся по ходу дела.

— Разберёмся, — пробормотал Каттер. — Ты просто пытаешься меня возбудить.

— Мне не нужно пытаться, — проворковала Люси.

— Нет, не нужно.

С рёвом он перевернул её на спину. Он стоял на краю кровати, пока она извивалась. Люси села и приподнялась на локтях. Он выглядел задумчивым и неуверенным, как будто не знал, что сказать. К счастью, у него была пара, которая редко не знала, что сказать.

— Собираешься стоять там весь день, любуясь видом? Или ты собираешься перебраться сюда и спариться со мной? Конечно, если ты думаешь, что не справишься из-за своих ран...

— Что ж, это похоже на вызов.

Каттер одарил Люси широким оскалом. Его лицо было запечатлено голодным желанием. Её ежиха задрожала от восторга.

Через несколько секунд Каттер снял одежду и заполз по кровати. Её футболка стала всего лишь лентами, когда он сорвал её с тела Люси. Девушка задыхалась и дрожала, когда он чувственно атаковал её. Его руки и рот были повсюду, облизывая, посасывая, массируя — едва ли дюйм ее тела ускользнул от его натиска. Она извивалась и хваталась за покрывало, в то время как её удовольствие закручивалось всё сильнее и сильнее, отчаянно ища выхода. И как раз тогда, когда до него дотянулись...

Каттер остановился. Святая корова — он такой сын матери-лягушки! Разочарованная, Люси начала разваливаться на глазах.

— Не останавливайся, — умоляла она, задыхаясь.

Он усмехнулся и прикусил её бедро острыми зубами.

— Милая, у нас вся ночь впереди. Не надо спешить. Я хочу, чтобы эта ночь была особенной.

— Есть то, к чему стоит спешить, — проворчала она.

Оргазм схватил её за хвост и начал ускользать.

Каттер провёл несколько минут, массируя ноги Люси, проводя пальцами по её коже. Это было мирное удовольствие, в отличие от земного удовольствия, которое она испытывала от оргазма. Это было действительно приятно. Она расслабилась и наблюдала за ним, наслаждаясь его большими тёмными руками, манипулирующими её кремовой кожей. Его руки пробились к её грудям, легонько массируя их, недостаточно, чтобы заставить её кончить, но достаточно, чтобы доставить удовольствие.

К тому времени, когда Каттер закончил и устроился между её ног, глаза Люси были закрыты, и она практически мурлыкала. Но ощущения его пульсирующего мужского достоинства, прижимающегося к её клитору, было достаточно, чтобы разжечь огонь внутри.

— Ты готова для меня? — самодовольно спросил Каттер.

— Я всегда готова.

— Я люблю тебя.

— Я о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-ох-х-х!

Он вошёл в неё, и она издала плачущий стон. Господи, она надеялась, что люди в соседнем номере не думали, что она умирает. Можно ли умереть от слишком большого количества оргазмов? Есть только один способ выяснить.

Каттер не останавливался, пока полностью не вошёл в неё, а затем захватил её губы в жадном поцелуе, проглатывая стоны и всхлипы, которые она испустила, когда приспособилась к его размеру. Люси обняла его, когда он задвигался внутри неё, наполняя её снова и снова.

Она наклонила бёдра и прижалась к нему, встречая его удары и погружая его глубоко — так восхитительно глубоко — внутрь. Он не мог долго сдерживаться. Его движения стали более настойчивыми и управляемыми его зверем, из-за потребности завладеть ею, он начал страстно загонять себя в неё. Это было слишком, ощущение его внутри неё, то, как он тёр её сладкое местечко, и то, как он царапал клитор, — всё это было слишком.

— Ты моя, — прорычал Каттер, когда притянул её к себе, грубо пронзив.

— Да! — запищала она, дрожа вокруг него.

— Скажи это!

— Твоя, вся твоя, — захныкала Люси.

— Моя, — взревел Каттер, запрокинув голову.

Он почти яростно вошёл в неё, и она закричала его имя, когда оргазм пронзил её тело, как молния. Его клыки рассекли её шею, и она впилась в него зубами. Её маленький зверь взвыл от радости, когда Каттер наконец стал её парой. Их переплетённые тела пульсировали и дрожали по мере того, как формировалась партнёрская связь, и они чувствовали любовь и желание друг друга.

Насытившись, Люси легла на кровать и вздохнула, когда её пара лениво лизнул рану на её шее. С гордостью она провела пальцами по маленьким следам укусов, оставленным на его шее, и хихикнула, когда Каттер издал рокочущее рычание. Они не будут такими очевидными, как след, который оставил он на ней, но ей было всё равно. Она знала, что он её, и это всё, что имело значение.

«Мой».