Декабрь

Мадам прислушивалась к слезам своего последнего клиента. Она не знала, что с ней делать. Но у неё уже несколько месяцев не было клиента, и она начала нервничать. Она не совсем понимала, насколько достойна была эта женщина, но чем больше та говорила, тем больше мадам понимала, что мужчины, обидевшие её, заслуживают расплаты.

— Он говорил мне, что любит меня! — причитала она. — Мой муж никогда не относился ко мне должным образом, он всегда был таким собственником и не позволял мне уйти. И однажды он меня ударил! Поэтому, когда эта проклятая змея появилась и сказал мне, что мы можем быть вместе, я подумала, что он серьёзно. Но теперь я ушла от мужа, и он не хочет меня, и мой муж не хочет иметь со мной ничего общего. Что мне делать?

Она моргнула, глядя на мадам, которая похлопала её по руке.

— Теперь мой муж планирует снова жениться на перевёртыше кугуаре на двадцать лет моложе меня, а я застряла в грязном мотеле с тремя детьми, и эта ублюдочная змея перешла к своей следующей жертве. Это несправедливо!

— Нет, это несправедливо, — с силой сказала мадам.

«Она права». Почему мужчинам позволено бить своих жён или совращать их, чтобы они разрушили свою жизнь — ведь это было равносильно убийству? Мадам поняла, что слишком мелко думала. Она сконцентрировалась на серьёзных преступлениях, но было много других преступлений, считавшихся менее важными, чем убийство, которые заслуживали внимания и определённо заслуживали наказания. Если бы это бедное создание не нашло путь к мадам, её муж наверняка женился бы повторно и жестоко обращался со своей новой женой, и змея испортила бы ещё больше жизней своими жалкими соблазнениями.

Да, мадам придётся помочь. Очевидно, эти люди нуждались в наказании. «Работа мадам заключалась в том, чтобы помочь отомстить этой женщине».

* * *

— Никого со мной не соединяй, — отрезал Джерри, проходя мимо своей секретарши.

Норма, перевёртыш бородавочник средних лет, неодобрительно посмотрела на него.

— Зейн Мэтьюс звонил дважды за последние двадцать минут.

— Ни с кем. Не соединяй, — повторил он, стараясь не скрипеть зубами.

Его змея зашипела. Это был адский день. Слава всему, что свято, что он не перед кем не отчитывался и мог проигнорировать звонок. Меньше всего ему хотелось слушать, как медведь-перевёртыш умоляет его по телефону вернуть ему работу. «Это может, чёрт возьми, подождать».

Норма цокнула языком. Он мог быть настолько холодным, грубым или злым, насколько хотел, и его секретарша никогда не была впечатлена.

— Что ж, тогда я бы не советовала туда заходить.

Он проигнорировал её и влетел в свой кабинет. И он, и его змея зашипели, когда двадцать человек закричали от удивления: «С днём рождения», и бросили в него несколько лент. Его немедленной реакцией было загрохотать на всех. Он ненавидел отмечать свой день рождения. Но когда его глаза разыскали глаза Джесси, и он увидел озорной блеск, дразнящий его, он успокоился, и его разъярённый зверь фактически превратился в сварливого щенка. «О, она за это заплатит».

Джерри ослабил галстук и старался не сердито смотреть на всех, когда они начали петь «С днём рождения». Он поклялся, что слышит хихиканье Нормы над всеми ними.

— Не унывай! Ты не такой уж и старый, — засмеялась Исида, тигрица-перевёртыш, жаждущая смерти.

«Гадство». Сорок пять. Что ж, он был немолодым. И он казался намного старше по сравнению с двадцатичетырёхлетней Джесси. Разница в возрасте не была астрономической, и они определённо не столкнулись с какими-либо проблемами в спальне, как когда он делал ремонт, так и когда у них были энергичные и частые приступы секса. Но она была такой молодой и энергичной в двадцать четыре года, в то время как он, казалось, уже родился серьёзным взрослым.

Джерри прочистил горло.

— Спасибо всем, что пришли, теперь не стесняйтесь убраться к чёрту.

— Расслабься, Джерри, — промурлыкала его вампирская босс Джульетта. — Дни рождения — это то, чему нужно радоваться.

«Что ж, кто бы говорил». Ей было не меньше четырёхсот лет. По крайней мере, она не скрывала своего настоящего возраста. Она отлично знала дни рождения. Он хмыкнул и позволил себе заполнить руки стаканом дешёвого вина и кусочком бананового торта с солёной карамельной глазурью. Он старался не улыбаться слишком широко. Несомненно, Джесси выбрала торт. «Она знает, что мне нравится», — нежно подумал он. Его взгляд упал на неё, и в тот момент, когда он увидел её сочное тело, нежность превратилась в нечто гораздо более захватывающее.

Его еле сдерживаемый зверь крикнул ему, чтобы он пошёл к их паре. Он почти не видел её последние несколько дней. В качестве Директора, отвечающего за следственные группы в отделении Лос-Лобоса Агентства Сверхъестественных Инфорсеров, его время было монополизировано вдали от его маленькой пары. А поскольку у Джесси было разумное, но совершенно ненужное правило о запрете секса в офисе, он, откровенно говоря, был чертовски возбуждён. Но сегодня всё изменится. Это его день рождения, и будь он проклят, если не получит гораздо большего. «Кроме того, на самом деле он хотел только одного на свой день рождения», — подумал он, наблюдая, как округлые полушария её задницы покачивались, пока она шла. «И уж точно на это не продавали подарочную карту».

Он провёл утомительную светскую беседу с парой других Директоров и избегал разговоров с Барри Сэйлзом, который хмурился и говорил всем, что Джерри выглядел очень усталым. Он обошёл Хэстер и Кору, которые, казалось, обе спорили в пользу смертной казни против Эрин, которая выглядела так, будто ей очень жаль, что она вообще открыла рот. Наконец, совершенно случайно, он оказался рядом с Джесси, когда молодой, с не обсохшим материнским молоком на губах, рысь-перевёртыш жаловался на какую-то условность для комиксов или чего-то в этом роде. Его змея шипела, как будто это важно. Это снова был чёртов мальчик Робби. Несмотря на то, что Джесси всё время говорила ему, что не хочет романтических отношений, проклятый кот продолжал увиваться вокруг неё.

Джерри попытался вежливо слушать, но было очевидно, что молодому человеку всё равно, будет он там или нет. Нет, всё его внимание было полностью сосредоточено на Джесси. Ему пришлось удержать свою змею, чтобы она не заставила себя сдвинуться с места и не задушила мальчика на месте. Не помогло и то, что мальчик оказался ровесником Джесси, работал с ней на той же должности и имел схожие интересы. Несмотря на комплекс змеиного превосходства в большинстве аспектов его жизни, в некоторых областях Джерри действительно чувствовал недостаток. Он в самом деле пытался посмотреть «Доктора Кто». «Но бросьте!» Парень, который путешествует во времени в полицейской будке?! Пожалуйста! А «Сумеречная зона»? Было непостижимо, почему Джесси настаивала на просмотре повторов снова и снова. Но, как он ни старался, Джерри не мог заставить себя любить то же, что и его маленькая пара. Не то чтобы она, казалось, возражала. Она была рада, что он читал, пока она смотрела одно из своих шоу.

Через некоторое время Робби немного занервничал и отошёл, чтобы поговорить с кем-нибудь ещё. Ха, должно быть, это был зловещий взгляд, которым Джерри направлял на него последние десять минут. Мальчику следует гордиться тем, что он продержался так долго. «Более великие мужчины сдавались за три минуты».

Джесси лучезарно улыбнулась ему, и его ревность растаяла, когда его змея упала в обморок из-за неё. Её волосы были окрашены в чёрный цвет с ярко-розовыми прядями, которые соответствовали её нынешней паре очков. На ней была чёрная мини-юбка, которая, хотя и демонстрировала божественное количество её пышных ног, была слишком короткой, чтобы носить её на публике. На самом деле это должен быть только спальный наряд. Он с радостью позволил бы ей продефилировать в нём, когда они будут в её спальне. Образ был завершён парой фиолетовых сапог угги и футболкой, которая облепляла её щедрую грудь, с изображением банана и слоганом «Эта футболка любителя бананов». Он предположил бы, что это было в честь его торта, но на самом деле это была одна из его любимых. «Она чертовски правильно облепляла все нужные места».

— Нравится ваша вечеринка? — застенчиво спросила она.

Она просунула язык между зубами и бросила на него озорной, дерзкий взгляд.

— Я отплачу тебе за это, Джессика, — предупредительно пробормотал он её имя.

Он был единственным, кто называл её полным именем, и ему удалось сжать его вокруг языка таким образом, чтобы показать своё неудовольствие или свою возбуждённость. Обычно эти вещи шли рука об руку — всякий раз, когда Джерри злился на неё, он хотел её больше, чем когда-либо. Его змея застонала, когда на ум пришли образы порки её идеальной задницы.

— Счастливый день рождения?

— Спроси меня ещё раз, — наклонившись, прошептал он ей на ухо, — когда мы останемся одни сегодня вечером, и ты будешь объезжать мой...

— Тебя могут услышать, — мягко упрекнула она, когда очаровательный розовый румянец залил её щеки.

Джесси сделала крошечный шаг от него, и он проигнорировал звук недовольства, исходивший от своей змеи. Она не виновата, что держится от него на публике подальше. Она делала только то, о чём он очень глупо просил.

— Как прошёл обед?

Все его тело было изувечено от напряжения. По настоянию жены он был вынужден пообедать с ней, её братом и отцом. Одним словом, это был ад. Проводить время с его пустышкой-женой, её братом-тупицей и её упрямым отцом всегда было ужасно, но знать, что его действия причиняют небольшую боль его паре, было невыносимо. Джесси сказала, что её это не беспокоит, но она не может скрыть от него свои истинные чувства.

— Ужасно, — пробормотал он. — А твой?

Джесси удивлённо приподняла брови. «Что? Разве он никогда не спрашивал её об этом раньше?»

— Я, как обычно, ела бутерброд в кафетерии. Между прочим, твоя девушка Тэмми передаёт привет.

— Смешно. Не обедала со своими… друзьями?

В частности, он хотел знать, проводит ли она время вне работы с Робби. Хотя Джесси не интересовалась молодым рысью-перевёртышем, то же самое нельзя было сказать о нём.

— Нет, ты меня знаешь — я всегда беру с собой упакованный ланч. Это намного экономичнее. В ресторанах здесь такие завышенные цены. «У волка» через дорогу берут пятнадцать долларов за бутерброд с ветчиной. Это полный грабёж!

Джерри заставил себя не хихикать над скромным возмущением своей маленькой пары. Выросшая с семью младшими братьями и сёстрами, выживая за счёт разноса почты и выгула собак, у Джесси возникло чувство финансовой ответственности. Она делала покупки в комиссионных магазинах и никогда, никогда ничего не выбрасывала, если не была абсолютно уверена, что больше не воспользуется этим. Хотя он находил её нравственное возмущение восхитительным, в этом не было необходимости.

— Если тебе нужны деньги на обед, я с радостью дам тебе их. Тебе нужно только спросить.

Джесси раздражённо поджала губы.

— Мне не нужны деньги на еду.

— Но ты...

— Я жаловалась, что рестораны здесь дорогие. Я не просила милостыню.

Его змея разочарованно вздохнула.

— Я не пытаюсь дать тебе подачку.

Он был мужчиной, она была его женщиной. Разве для него не было самым естественным обеспечивать её?

— Нет, просто превратить меня в содержанку. Достаточно плохо, что я живу в твоей квартире.

— Джессика… — предупреждающе прошипел он.

Джерри определённо не хотел снова вдаваться в этот спор. Его змея несчастно зашипела. Ни при каких обстоятельствах она не была содержанкой. «Они пара». Те деньги, которые у него были, по его мнению, принадлежали и ей. Что касается квартиры, то это было необходимо. Он никак не мог допустить, чтобы она жила с этими тремя тупицами. Для его рассудка было критически важно вытащить её оттуда.

— Привет, с днём рождения! — подскочил к ним Рик, судмедэксперт.

Он вскинул голову, заставив взъерошенные светлые волосы разлететься в разные стороны. Пара женщин-Директоров, включая Джульетту, чуть не упала в обморок. «Ха, грёбаные львы-перевёртыши — всегда прихорашиваются».

— О чём вы, ребята, говорите?

Лицо Джерри напряглось. Для умного парня лев плохо читал ситуации. Его тело и лицо кричали льву, чтобы тот отвалил.

Джесси, шалунья, улыбнулась, будто ничего не случилось.

— Я просто жаловалась на цены в «У волка».

— А я говорил, — сказал Джерри с холодной улыбкой, которая определённо не отражала горячего раздражения его зверя, — что там продают отличную еду, и это не такие уж большие расходы, когда у вас есть деньги.

— Да, они делают отличную лазанью, — восторженно согласился Рик, не зная, как пламенные взгляды метались между Джерри и Джесси.

— У некоторых из нас ограниченный бюджет, — резко проговорила Джесси.

— А у некоторых из нас денег больше, чем достаточно, если бы мы просто перестали быть такими упрямыми.

Рик нахмурился, нисколько не понимая разговора.

— Мне также нравится их чесночный хлеб. Они кладут туда что-то такое, что я не могу понять, но что бы это ни было, вкус действительно выделяется.

— Простите, я собираюсь попробовать торт, — заявила Джесси, медленно уходя прочь.

Джерри смотрел, как она прищурилась.

— Маленькая злючка, да? — заметил Рик, не подозревая, насколько он был близок к смерти.

Джерри поправил галстук, чтобы занять руки, пока его змея ворчала что-то о тупых, с висящими волосами львах. «Не хотел бы, чтобы они обвивались вокруг мясистой шеи Рика».

— Нравится вечеринка?

— Конечно, — проворчал Джерри.

— Джесси организовала её, знаешь?

— Хм-м-м.

Да, он так и думал. Она всегда хотела, чтобы он выбирался в мир и радовался жизни. Ха. Он предпочёл бы остаться с ней наедине.

— Милая, молодая женщина, — прокомментировал Рик.

— Да.

Как будто он этого не знал!

— Есть какие-нибудь планы на вечер?

Джерри бросил взгляд на Джесси, у которой был израненный, надутый вид. Он чуть не рассмеялся. Она не будет злиться долго, если это выражение было чем-то особенным. Он знал, как привести её в чувство.

— Да, да, есть.