Дальше все пошло очень быстро. События мелькали как картинки в телевизоре, когда нажимаешь на кнопку ускоренной перемотки видеомагнитофона. Я даже не успевал вникнуть, что происходит сейчас, как все уже менялось и показывали следующий эпизод.

Почти сразу, как ушла разъярённая Наташка, во двор вышел Сергей. Прикинут наш жених реально круто. Черный приталенный пиджак, белая рубашка, черный узкий галстук и лаковые туфли. Стильные шмотки и черные волосы до плеч делали моего друга похожим на какого-то актера. То ли на Траволту, то ли на Джигурду.

«Малой! Ты че? Какой Джигурда? Это который в юбке ходит?»

– Не знаю я какой у вас Джигурда. У нас он крутой чувак. Рассекает на «Урале» с люлькой и всех блатных гасит. Однофамильцы, наверно, с твоим Джигурдой. Наш точно в юбке ходить не будет.

Брачующийся был явно взволнован и от этого зол.

Понимаю Серегу. У меня тоже так бывает: волнуешься, а сам злишься на себя из-за того, что волнуешься. Типа, оказывается я слабак, потому что переживаю из-за ерунды. Из-за того, что считаешь себя слабым, злишься еще сильнее и срываешься на тех кто под руку подвернулся.

«Малой, тебе надо врачу специальному показаться».

Вот что за жизнь, а? Даже подумать нельзя ни о чем без свидетелей.

– Судукевич, блин! У меня от тебя скоро фляга засвистит. Ты можешь не влазить в мои мысли? Если что я думаю про себя, а не говорю вслух. Не могу же я сначала подумать, о том, как правильно мне подумать и только потом думать.

«Ну, извини. Вообще-то, я не всегда здесь. Просто сейчас удачно зашел и наткнулся на процесс твоих самокопаний. Если бы у тебя в голове стояла условная дверь, то я бы обязательно постучался, а так как…»

– Ты можешь просто заткнуться? – Прервал я болтуна, который, кажется, прикалывался надо мной.

Сергей поздоровался с водителями «Волг», недовольно кивнул в сторону притихших Сени и Вадика, и только потом пожал руку мне. Кореш был явно доволен тем, что от меня не пахло спиртным.

– Здорово братан! Я смотрю, эти два гопника уже закинули. Блин, просил же как людей: потерпеть и не пить с самого утра. – Зыркнул в сторону пацанов Серега. Вадик с Сеней бестолково суетились около машин, делая вид, что поправляют платье у свадебной куклы и старательно не смотрели в нашу сторону.

– Ладно, поехали. Садись со мной, Ром. А вы, калдыри, садитесь во вторую машину. И это. Если еще хоть каплю примете, то я хрен вас пущу в кафе. Отвечаю, пойдете дальше пить свою бормотуху в подъезде. Понятно?

– Серега, ну ты же нас знаешь… – Начал Вадик.

– Знаю, поэтому и предупреждаю сразу, чтобы потом без обид. В кафе хоть упейтесь, но на выкупе и в ЗАГСе ведите себя по-человечески.

Пацаны возмущенно вытаращили мутные глаза, а Сеня даже прижал руки к груди, показывая, как им, поборникам трезвости, неприятны и до слез обидны несправедливые упреки друга. Однако, увидев выражение лица Сереги, трезвенники не стали спорить и молча полезли в серую «Волгу».

Выкуп невесты прошел быстро и не затратно для жениха. Маша сирота и живет с бабушкой. Выкупать мы ее должны не у ушлых, острых на язык теток, которые обязательно есть среди родственников на любой свадьбе, а у подружек невесты. Подружек у Маши всего три и все тихони.

Главным организатором выкупа и основным бастионом крепости, защищавшей Машу от семейного счастья, должна была стать Наташа. Сеня рассказал нам по секрету, что сестра рисовала плакаты, чтобы в день свадьбы развесить их на стены в подъезде, а по вечерам к ним приходила Маша, и они с Натахой подолгу шептались. Сеня подслушал, что они придумывали конкурсы на свадьбу и испытания на выкупе для жениха. Все это девчонки записывали в специальную тетрадь, а потом куда-то ее убирали. Сколько Сеня не искал тетрадку, пока сестра на учебе, так и не нашел.

Но все пошло не по тетрадке. Не знаю, может, Наташка с девчонками поругалась, или от общения со мной еще не отошла, но она не вмешивалась в торги. Наташа делала вид, что вообще случайно здесь оказалась, и просто стояла рядом с подружками невесты, скрестив руки на высокой груди. Когда я прошел около Наташки, она с безразличным видом отвернулась от меня, но я все равно учуял запах спиртного.

Без участия Наташи девчачья крепость сдалась почти без боя. Девчонки, конечно, что-то пытались сделать. Они предлагали вспомнить все хвалебные слова в адрес невесты и купить Мишину туфлю, но шустрый Сеня быстро прорвал неуклюжую оборону, юркнув в подъезд за спиной сестры.

Обеднев на заранее приготовленный мешочек с мелочью, который жених отдал героям обороны Машиного подъезда, мы, уже вместе с невестой и ее подружками, двинули в ЗАГС. Девочки поехали на черной «Волге», а мальчики на серой.

В ЗАГСе народу собралось побольше. Видимо, родственники молодых посчитали выкуп детской шалостью, мероприятием, недостойным внимания взрослых партийных людей, и прибыли сразу на официальную часть свадьбы.

Гости толпились в душном зале. Сеня с Вадиком воспользовались моментом и, укрывшись за спинами родственников, производили какие-то таинственные манипуляции. Они по очереди слегка пригибались, чтобы их не увидел жених, а потом разгибались, со счастливыми лицами и закусывая моей конфеткой.

Я похлопал себя по карману. Точно конфеток не было. Сеня, гад такой, успел вытащить из моего кармана, пока мы ехали в свадебной машине. Он стопудово допрыгается с такими криминальными талантами.

Жениха, невесту и нас с Наташкой вывели в центр зала и выстроили вдоль полосы, намалеванной на паркетном полу желтой краской.

Я стоял рядом с женихом, пока женщина в платье, похожем на скатерть, скороговоркой пообещала, что теперь молодым будет хорошо. Серега слушал женщину из ЗАГСа вполуха. Он кажется, прикидывал в голове, хватит ли спиртного на застолье, а вот невеста внимала женщина со слезами на глазах.

Наташка стояла с другой стороны от молодоженов, но я видел, как взволновано она дышала, поднимая налитой грудью ткань кофточки. Глаза невесты и свидетельницы блестели, когда дама перечисляла все плюсы семейной жизни.

Что ж девочкам замуж-то так хочется? Не мужчину хочется, а именно замуж. Что им это дает? Ни фига не понимаю. Может, со временем пойму.

«Не поймешь».

– Молчи уж. Помощник хренов.