ИЗАБЕЛЬ

— Это было ужасно, — театрально произнесла я, врываясь в дверь своей квартиры и бросив клатч в кресло.

В ответ — тишина.

Я вздохнула, сбрасывая туфли и разводя плечи, пытаясь стряхнуть напряжение прошедшей ночи. Воздух внутри был тяжелым, теплее, чем следовало бы, и как раз в тот момент, когда я собиралась позвать свою соседку по комнате, Пиа Пейдж, по квартире пронесся звук, заставивший меня замереть на полпути.

Ритмичный, прерывистый стон.

— Ох, черт, Бен...

Мое лицо залила краска. Нет, нет, нет.

Звуки становились только громче. Отчетливый скрип кровати Пии, низкий голос ее парня, прерывистые вздохи, не оставлявшие абсолютно ничего для воображения.

Я зажала рот рукой, чувствуя себя униженной.

Это был не первый раз, когда Пиа приводила Бена — черт, он почти жил здесь, — но обычно они делали это за закрытыми дверями. Видимо, не сегодня.

Двигаясь быстро, я направилась к своей спальне, надеясь добраться туда до того, как…

— О, Господи, да...

Нет. Нет. Нет.

Я с грохотом захлопнула за собой дверь, прижавшись к ней спиной и зажмурив глаза, словно это могло каким-то образом стереть то, во что я только что вошла. Мое сердце колотилось: отчасти от неловкости, отчасти из-за того, что у меня не было абсолютно никакого опыта в чем-то отдаленно похожем на то, чем занимались Пиа и Бен.

Конечно, я целовалась с парнями. Было несколько неловких, незабываемых моментов в колледже. Но это? Тот вид сырой, необузданной потребности, которую я только что подслушала?

Я этого не знала. Я была не такой.

Я все еще их слышала. Теперь тише, приглушенно через тонкие стены, но достаточно, чтобы понимать, что они не собираются останавливаться. Я закрыла лицо руками, обдумывая варианты. Я могла бы включить музыку погромче, уйти из квартиры или умереть от чистого стыда.

Прежде чем я успела что-то решить, в дверь постучали.

— Иззи? — голос Пии звучал высоко и виновато.

Я вздохнула. — Ты понимаешь, что твоя дверь распахнута настежь?

Долгая пауза. Затем: — Черт.

Я услышала торопливый шепот, движение, шуршание простыней и, наконец, захлопнувшуюся дверь. Я упала на кровать, качая головой, мое лицо все еще горело. Конечно, это и была моя жизнь.

Через минуту дверь со скрипом открылась. Я подняла глаза и увидела Пиа — раскрасневшуюся и растрепанную, в одной из футболок Бена.

Она поморщилась, собирая свои длинные светлые волосы в пучок. — Так, эм... сколько ты слышала?

Я одарила ее безразличным взглядом.

Она застонала, закрывая лицо. — О, Боже мой. Убей меня сейчас же.

— Ты должна извиняться передо мной, — пробормотала я, хватая подушку и прижимая ее к груди.

— Я знаю, я знаю. — Она театрально вздохнула, а затем плюхнулась на край моей кровати. — Справедливости ради, я не знала, что ты вернешься так рано.

Я закатила глаза. — Это не делает ситуацию лучше.

Она ухмыльнулась. — Нет, но это делает ее понятной.

Я застонала, падая на спину. — Я ненавижу тебя.

— Нет, не ненавидишь. — Она подтолкнула меня. — Ну, рассказывай, как прошел Доминион-холл?

Я выдохнула, глядя в потолок. — Изысканно. Пугающе. Полно мужчин, у которых, вероятно, есть офшорные счета и которые убивают людей ради спорта.

Ее глаза расширились. — Сексуально.

Я фыркнула. — Я бы не стала использовать это слово.

— Ты встретила кого-нибудь интересного?

Я замялась. Одно имя мелькнуло у меня в голове.

Райкер.

То, как он смотрел на меня. То, как он встал между мной и тьмой, словно был единственным, что удерживало ее на расстоянии.

Мой живот скрутило. Нет. Я не буду об этом думать.

Пиа прищурилась. — Что это было?

— Что именно?

— Этот взгляд. Ты только что скривилась.

Я покачала головой, приподнимаясь. — Тебе кажется.

Она ухмыльнулась. — Иззи, ты встретила мужчину?

— Нет, — выпалила я слишком быстро.

Пиа ахнула. — О, Боже мой, ты встретила. Кто он?

— Никто.

— Лгунья.

Я застонала, потирая виски. — Ладно. Его зовут Райкер Дейн, и он…

Я замялась. Кем именно он был?

Друг Уилла. Бывший солдат. Из тех мужчин, которые смотрели на меня так, будто уже знали, какова я на вкус.

— Он... напряженный, — закончила я.

Пиа заиграла бровями. — Напряженный в каком смысле?

— Настолько напряженный, что, как мне кажется, у него нет нормальных человеческих эмоций, — пробормотала я. — Такое ощущение, что он мог бы сломать человеку позвоночник одной рукой и даже не моргнуть. Не говоря уже о том, что у него есть змея.

Пиа выглядела в полном восторге.

— Иззи, — она схватила меня за руки. — Ты хочешь сказать, что наконец встретила мужчину, который не является безопасным, предсказуемым, трудоголиком-гуманитарием?

Я уставилась на нее. — Мне нравятся парни-гуманитарии.

— Нет, ты терпишь парней-гуманитариев. — Она махнула рукой. — Но это? Это интересно.

Я застонала, закрыв лицо подушкой. Потому что самое худшее? Она была не совсем неправа. Райкер Дейн не был тем мужчиной, о котором мне следовало думать.

Лежа там и слушая приглушенные смешки Пии, я уже знала, что слишком поздно. Я думала о нем. И я не была уверена, что хочу перестать.

Мой телефон завибрировал на покрывале.

Сначала я проигнорировала его, слишком занятая тем, что смотрела на Пию, которая все еще ухмылялась, словно только что раскрыла мой самый глубокий и темный секрет. Но затем последовал второй, настойчивый вибросигнал.

Я вздохнула и потянулась к нему. Мой живот сделал странный кувырок, когда я увидела имя на экране.

Неизвестный номер.

Я засомневалась. Наверное, спам. Или неверный номер. Или...

Я провела пальцем, чтобы ответить, и включила громкую связь. — Алло?

Пауза. Затем:

— Ты добралась домой?

У меня перехватило дыхание. О, нет.

Я приподнялась, сжимая телефон крепче. — Э-э... кто это?

Тишина. А затем снова этот голос. Низкий, хриплый, непринужденно контролирующий ситуацию.

— Райкер.

О, Господи.

Пиа вскочила с кровати, как ищейка, почуявшая добычу, ее глаза расширились, и она беззвучно прошептала: «Ни за что на свете».

Я прочистила горло, заставляя голос звучать обычно. — Откуда у тебя мой номер?

— Уилл.

Конечно. Мне следовало догадаться. Чрезмерно опекающий старший брат снова в деле.

Райкер больше ничего не сказал, а просто позволил тишине повиснуть, словно он никуда не торопился. Словно ему нравилось смотреть, как я ерзаю под его взглядом.

Я заерзала, убирая прядь волос за ухо, хотя он не мог меня видеть.

— Что ж, — произнесла я, стараясь говорить непринужденно, — я жива. Никаких похищений, никаких убийц, ждущих у моей двери. Думаю, со мной все хорошо.

Еще одна пауза.

Затем: — Я бы не был так уверен.

По спине пробежал холодок, но не от страха. Нет, это было что-то другое.

Я сглотнула. — Что простите?

— Ты слишком беззащитно идешь по этому миру, Изабель. — Его голос стал еще ниже, с ноткой, от которой мой живот не должен был переворачиваться. — В один прекрасный день кто-нибудь это заметит.

Я выдохнула, игнорируя тепло, подступающее к шее. Он просто издевался надо мной. Наверное, пытался напугать меня, держать в узде, как он делал со всеми остальными.

Я закатила глаза. — Ты всегда такой драматичный?

— Не драматичный, — сказал он, его тон был настолько ровным, что это вызвало волнение в груди. — Просто наблюдательный.

Пиа сжала мою руку, ее выражение лица было хищным.

Я одарила ее взглядом «пожалуйста, успокойся», но она не сдвинулась с места.

— Значит, — сказала я, пытаясь вернуть контроль, — это то, чем ты занимаешься? Звонишь женщинам поздно ночью только для того, чтобы предупредить их о неясных, неконкретных угрозах?

— Только когда они не слушают.

Я открыла рот, но ничего не сказала. Потому что я понятия не имела, что на это ответить.

Райкер не флиртовал, по крайней мере, не совсем. Он не говорил сладких слов, не был обаятельным и не играл в игры. Но каким-то образом то, как он говорил — тихо, сдержанно, ровно, — казалось более интимным, чем любой комплимент, который я когда-либо получала.

Словно он уже знал, как я отреагирую.

Словно ему это нравилось.

Я выдохнула. — Что ж. Спасибо за предупреждение, наверное.

— Ложись спать, Изабель.

Щелчок.

Связь оборвалась.

Я уставилась на телефон, мой мозг пытался осмыслить происходящее.

Пиа издала сдавленный звук, прежде чем броситься на кровать. — Что, черт возьми, это было?

Я моргнула, глядя на нее. — Телефонный звонок?

— Это был не телефонный звонок. Это была самая сексуально заряженная вещь, которую я когда-либо видела!

Я застонала, откинувшись назад. — Ничего подобного.

— Его голос, — она почти застонала. — Этот хриплый, глубокий, собственнический… «Ложись спать, Изабель», — передразнила она, понизив голос на октаву.

Я закрыла лицо. — Прекрати.

— Не буду. — Она села по-турецки, слегка подпрыгивая. — Детка, на твоем месте я бы сделала все, чтобы быть с ним.

Я выглянула из-под пальцев. — У тебя есть парень.

— И что? — она ухмыльнулась. — Я все еще могу оценить, когда мужчина преступно горяч.

Я выдохнула, качая головой. — Ты невыносима.

Она легла на живот рядом со мной, болтая ногами в воздухе. — Он тебе нравится.

— Нет, не нравится.

— Ты хочешь увидеть его снова.

— Нет, не хочу.

Она усмехнулась. — Ты думаешь о нем прямо сейчас.

Я крепко сжала губы.

Она рассмеялась, перекатываясь на бок. — Иззи. Это происходит.

— Ничего не происходит, — настаивала я, качая головой. — Даже если бы я этого хотела, а я не хочу, Райкер... он не такой. Он... — я замолчала.

Пиа заиграла бровями. — Напряженный?

Я замялась. Слишком напряженный. Слишком резкий, слишком спокойный, слишком контролирующий. Но в то же время... слишком много его в моей голове.

Потому что долгое время после того, как Пиа заснула, долгое время после того, как в моей квартире стало тихо, его голос все еще звучал там.

Низкий. Хриплый. Опасный.

Ложись спать, Изабель.

Я перевернулась на бок, натягивая одеяло выше и прижимая бедра друг к другу, чувствуя тепло, скрутившееся внизу живота.

Я ненавидела то, что хотела услышать это снова.

И самое сумасшедшее — он был рядом годами.

Райкер не был просто каким-то незнакомцем, которого я встретила на вечеринке. Я знала его с тех пор, как была ребенком. Он был лучшим другом Уилла, тем, кто всегда был рядом, но как будто не присутствовал по-настоящему. Тихий. Наблюдательный. Из тех мужчин, которые растворялись на заднем плане, пока сами не хотели, чтобы их заметили, — и тогда ты уже не могла отвести взгляд.

Я провела годы, не существуя для него. И это было нормально. Ожидаемо.

Уилл и его друзья были старше, неприступны, они действовали в мире, в котором у меня не было никакой роли.

Я ни разу не подумала, что Райкер обратит на меня внимание.

Не так, как он сделал это сегодня. Не так, как его голос все еще задерживался в моей голове, обвиваясь вокруг меня, как нечто, от чего я не могла спастись. И уж точно не так, как это заставило меня задаться вопросом, каково было бы, если бы он когда-нибудь прикоснулся ко мне.