Казалось бы, в данный момент у меня всё есть: муж, дом, работа, но чувство радости и счастья смешивалось с угнетённым состоянием.

— Не грусти! — услышала я за своей спиной голос Николая Станиславовича, после того как мы встретили Новый год и разместились в гостиной по разным углам, распаковывать свои новогодние подарки. — Всё наладиться, Марина уедет и оставит вас в покое после того, как родит ребёнка.

— Целых три месяца она будет всё время рядом? — уточнила я.

— К сожалению, да. С Мариной мы тоже сдали анализ на отцовство, и оно подтвердило, что Алекс является отцом её ребёнка. Прости, что говорю тебе об этом сейчас. Но ты должна об этом знать. И не надо смотреть на меня такими глазами! Хоть Алекс и является отцом её ребёнка, но при том, он тебе не изменял. Я по своим каналам выяснил, что она действительно сделала ЭКО, использовав биоматериал моего сына.

— И что будет после рождения их ребёнка? Будем продолжать жить шведской семьёй? — хмыкнув, спросила я.

— Не говори глупостей! Ты же видишь, что Алекс без ума от тебя, а на Марину не обращает никакого внимания. Перестань ты его ревновать и мучить этим!

— А меня никто не мучает в сложившейся ситуацией?

— Детка! Возьми себя в руки! Перестань хандрить. Расскажу тебе один секрет Марины, о котором Алекс ещё даже не подозревает.

— М?

— Пойдем, выйдем со всеми вместе пускать фейерверки, там тебе в стороне ото всех и расскажу.

— О чём тут секретничаете? — спросила Людмила Александровна (мама Алекса), подойдя к нам.

— Пытаюсь поднять настроение нашей невестке... — ответил свёкор.

— Грустишь из-за того, что рядом нет родителей?

— Есть такое...

— Всё ещё больно от их потери?

— Уже не так, просто мне их не хватает. Особенно сейчас, когда я беременна.

— Не грусти об этом, детка! Мы рядом и поможем тебе немного вместо твоих родителей.

— Спасибо вам за поддержку. Я очень благодарна за то, что вы делаете по отношению ко мне...

— Мам, пойдём на улицу, там папа уже фейерверки подготовил для того, чтобы их пускать! — подскочил к нам Лёшка, прерывая наш разговор.

Братишка уже с месяц как стал Алекса называть папой, который поначалу весьма смущался, а у меня сразу же на лице от этого расплывалась улыбка. Потрепав брата по голове, я ответила ему:

— Пойдём, родной!

Одевшись в уличную одежду, мы всей толпой вывалились во двор дома. Пока пускались многочисленные залпы фейерверков, Николай Станиславович прошептал мне на ухо: «Марина после рождения ребёнка сразу же хочет написать отказную на ребёнка, чтобы его усыновили вы двое, и уехать за границу со своим бой-френдом, но с учётом того, что Алекс отстегнёт ей приличную сумму, которая поможет забыть вас раз и навсегда!»

— Охренеть... Только я сомневаюсь, что она отстанет окончательно от Алекса.

— Я думаю, что Алекс постарается обрубить все концы, чтобы она больше никогда не появлялась в вашей жизни.

— А как же Тася?

— Тася уже взрослая девочка и сама может решать, как ей общаться со своей матерью и где.

Я слегка улыбнулась в ответ свёкру, но при этом понимала, что мне ещё как минимум три месяца терпеть бывшую своего мужа. Но если выйдет на самом деле так, как сказал Николай Станиславович, то я готова пережить этот срок, даже если и появиться сразу в нашей жизни сразу три ребёнка, вместо двух.

Пока я размышляла об этом, ко мне подошёл Алекс и обнял меня со спины.

— Я начинаю всё сильнее ревновать тебя к своему отцу, — прошептал он мне на ухо и целуя меня в него. — Ты последнее время очень много времени проводишь с ним, вы постоянно о чём-то шепчетесь и у него неограниченный доступ к твоему телу.

Я откровенно рассмеялась над своим мужем и ответила ему:

— Твой отец мой личный гинеколог, вот он и имеет этот доступ к моему телу. Не стоит так ревновать! Я люблю только тебя!

После моих слов Алекс приник к моим губам.

— Эй! Парочка! Нацелуетесь у себя в комнате! Не забывайте, что рядом с вами дети! — вмешалась Тася.