– Ниночка… – Олег, идущий впереди, остановился, подождал ее. – С тобой все в порядке?

– Нет.

На пригорок Нинель карабкалась с трудом. Задыхалась, ноги – пудовые. И это на небольшом подъеме. А что же будет, когда придется взбираться на гору Мертвецов?

– Не все в порядке. И не только со мной. И не говори, что об этом не думаешь.

В этот раз с самого начала все шло не так. Осенью, когда Олег планировал поход, собиралось идти двенадцать человек. Большинство – из тех, с кем они уже ходили: опытные, хорошо знакомые ребята. Потом один завалил сессию и засел готовиться к пересдаче, к другому приехала из Челябинска мать, у третьего начался бурный роман, а перед самым выходом заболел Мишка Рыжов. Тут уже пришлось срочно искать замену, ведь даже по спальникам все решили! Берут три сдвоенных, ложатся в них по трое. И груз распределяли на девятерых. Замена Рыжову нашлась – Гришка Маврин. Но шли все равно тяжело. Несхоженные, не привыкшие друг к другу. Подолгу возились со слетающими креплениями, тропу прокладывали в час по чайной ложке. Когда останавливались на ночевку, элементарные вещи – утоптать площадку для палатки, выкопать яму под костер, связать треноги, чтобы повесить котелки, – каждый раз отнимали кучу времени. Из графика, соответственно, выбились сразу и с каждый днем отставали все больше.

Но дело было даже не в этом. А в том, что Нинель давно не чувствовала себя такой подавленной. Особенно сейчас, после встречи со стариком. Его равнодушные слова будто до сих пор звучали в ушах.

«Гора Мертвецов не отпустит живых. Вы не вернетесь».

– Ну чего ты? – Олег улыбнулся Нинель, заглянул в глаза. – Неужели из-за Гришки так расстроилась? Я ему уже навтыкал, не переживай. Больше никуда без спросу не полезет.

– Олежек. Давай вернемся.

Это вырвалось нечаянно. Нинель сказала – и тут же мысленно обругала себя. Вот же дура, надо было так раскиснуть! Подумаешь, какой-то полоумный старик! Из-за его бредней отказаться от похода, поломать Олегу давнюю мечту?

Кому, как не ей, знать, о чем мечтает любимый парень. Снова, как в предыдущие годы, успеть сделать за зиму два маршрута. Сейчас Олег ведет группу в «тройку», в марте сможет замахнуться на «четверку». В следующем году, на пятом курсе – еще два зимних похода, и сбудется мечта! К окончанию института Олег сможет уже «пятерки» водить, а там и мастера закроет. А мастер – это уже ого-го какие перспективы. Можно хоть в экспедицию к полюсу холода проситься, хоть в Арктику. А она сейчас о чем думает? О том, чтобы вернуться и объявить: «Мы не прошли маршрут, потому что испугались духов»? Идиотизм чистой воды. Она просто устала, вот и все.

Олег нахмурился:

– Ты ведь это не всерьез?

– Нет, конечно. – Нинель постаралась улыбнуться. – Не обращай внимания. Просто переживаю, что от графика отстаем. И идем очень плохо. Игорь еле ползет, Рувим с Валеркой не лучше. Про Любу, Гришку – вовсе говорить нечего.

– Да, эти сильнее всех тормозят. Гришка, хоть и разгрузили, все равно еле тянет. Я-то на Рыжова рассчитывал. Он физически крепче, опытнее… Но ничего. Я тут придумал кое-что. – Олег подмигнул. – Нагоним график! Даже опередим, чтобы запас был. Вечером все тебе расскажу. Давай, не кисни. – Олег потрепал Нинель по плечу и, оттолкнувшись палками, покатился вниз.

Группа уже спустилась с пригорка, Нинель шла замыкающей. Посмотрела на то, как растянулась на снегу цепочка лыжников. Хороший кадр.

Заставила себя улыбнуться. Расстегнула куртку, вытащила фотоаппарат. Крикнула:

– Эй, туристы! Оглянитесь-улыбнитесь!

Ребята, остановившись, замахали руками. Нинель щелкнула камерой.

Жить оставалось меньше двух суток.