Быть под всеобщим обозрением слишком сложно и тяжело для меня. Я не хотела этого. И всё, что сейчас происходит, идёт вразрез с моим желанием не выделяться.

Ещё и внимание Ворона… Он будто нарочно говорит, что мы друзья, но всем своим видом демонстрирует обратное. Холодно-насмешливый взгляд, вызывающая поза, постоянные шуточки — всё это направлено на то, чтобы показать: он желает меня застолбить, продемонстрировать, что между нами что-то есть.

И я… не выдерживаю.

— Отодвинься, Кирилл, — шиплю я, резко давя на его плечо.

Этот гад развалился на стуле и закинул руку мне на спинку. Друзья такого себе не позволяют!

Да, Тим иногда может обнять меня или похлопать по плечу, но это ничего не значит. А вот прикосновения Кирилла заставляют меня чувствовать себя неловко. Рядом с ним я задыхаюсь. Душно. Ужасно просто.

— Я же ничего не делаю, — усмехается он, не убирая руки. — Хочешь, принесу ещё десерт? Ты наелась, Алиса?

Я хочу отказаться, но… если я скажу «нет», он просто останется рядом. А так… хотя бы отвлечётся. Отлипнет от меня на пару минут.

— Давай, — соглашаюсь я, стараясь говорить спокойно. — И ребятам возьми. Вы же будете тоже?

Смотрю на Катю и Тима. На самом деле их ответ не нужен. Я хочу, чтобы мажор поработал немного официантом. И неважно ради кого. Хоть на всю компанию, хоть для меня одной.

Но если для всех — это будет даже эпичнее.

Только мой план накрывается медным тазом. Кирилл вдруг кивает Тимофею:

— Будь другом, Дубов. Сходи, притащи чего дамы пожелают.

Он лениво протягивает свою карточку Тиму. Тот, к моему удивлению, тут же поднимается с места без всяких возражений, но карточку не берёт. Просто уходит к витрине.

Не получилось. Не удалось избавиться от назойливого внимания Ворона.

— Ой, Кирилл, я забыла… Мне хочется ещё воды, — снова тяну я, стараясь звучать мило и немного беспомощно.

— Сейчас вернётся Дубов…

— Я очень хочу, — почти шепчу я и заглядываю ему в глаза. — Пожаааалуйста…

Видно, что он не хочет, но всё же встаёт. Уходит. Наконец-то уходит. Я перевожу дыхание.

— Ничего себе, как ты им вертишь, — поражённо произносит Катя, глядя на меня.

— Ничего такого, — пожимаю плечами.

— Ещё как «ничего»! И главное — он ведётся. Значит, ты ему точно нравишься!

Хм… Скорее, ему нужно мне угодить. Чтобы я стала к нему лояльнее. Это явно какой-то спор. Вот и проверим, как много он сможет выдержать, прежде чем послать меня куда подальше.

Кирилл и Тим возвращаются. Друг ставит передо мной шоколадный тортик. Знает же, что я люблю. Просто идеально знает. Он ведь даже не спросил. Внутри разливается приятное тепло.

Кирилл же протягивает мне бутылку воды.

— Спасибо, Тимоша, — расплываюсь я в улыбке и перехватываю его за руку, чтобы привлечь внимание. — Мне так нравится, что ты знаешь мои предпочтения. Ты настоящий друг.

Замечаю, как Тим чуть распрямляет плечи. Уже и не так хмурится. А то с самого начала этого обеда сидел с таким видом, будто на каторге.

Любопытно… что у него за отношения с Кириллом?

— А мне «спасибо»? — требовательно произносит Кирилл и смотрит на меня. — Не откажусь от поцелуя… Хотя бы в щёку.

Я едва не фыркаю вслух и не закатываю глаза. Вовремя останавливаюсь. Играть, так играть. Нельзя на полпути сливаться.

— Ой, я тут подумала… Кирилл, а ты не мог бы мне принести латте? Обожаю шоколадный торт запивать латте.

Мгновение он смотрит на меня. И в его глазах будто бы разгорается подозрение. Но я всем видом стараюсь продемонстрировать, что я невинная овечка. Типа, мне жаль, но воду я уже не хочу.

— Ладно, — соглашается он, скрипя зубами. — Я сейчас.

Как только он уходит, я мысленно праздную победу. Да, знаю: если выиграю этот раунд — это ещё не конец. Но зато смогу убедиться, насколько ему важно дойти до своей цели.

Катя смотрит на меня с удивлением. И я понимаю почему. Обычно я не веду себя как избалованная фифа. Потом объясню ей свою стратегию.

Тимофей тоже смотрит странно, но вопросов не задаёт. Такое ощущение, что он всё ещё пребывает в шоке от того, что я поблагодарила его так тепло. Нет, я не хотела впутывать его в эту игру, но как ещё можно было показать настоящие дружеские отношения? Дружба — это когда ты знаешь человека. А Ворон только делает вид, что ему интересна я.

Наконец парень возвращается. Мы все сидим молча. Мы с Катей медленно поглощаем свои десерты. Тимофей бросает задумчивые взгляды на меня.

Кирилл протягивает мне стаканчик.

— Держи, твой латте. Теперь я заслужил своё «спасибо»?

Он снова садится рядом, закидывает руку мне за спину и смотрит в глаза. Я улыбаюсь, тянусь к кружке, делаю глоточек… и морщусь.

— Ой… Это латте с сахаром.

Кирилл смотрит на меня без выражения. Либо не понял, что я собираюсь предпринять, либо думает, что я просто прикалываюсь. Но нет, дорогой мажор, я вполне серьёзно.

— Я никогда не пью кофе с сахаром вместе с тортиком, — поясняю я расстроенным голосом. — Ты не мог бы… поменять его на латте без сахара?

— Поменять кофе? — переспрашивает Воронин таким холодным тоном, что мне кажется, будто он меня сейчас придушит на месте.

Опасная затея. На грани хожу. Но что поделать? Он сам всё это начал!

— Ну, если тебе так сложно… — начинаю я, смущённо отводя взгляд. Вкладываю в голос как можно больше расстройства. — Нет, конечно, не надо ничего. Спасибо. Ты итак был очень заботлив.

Произношу это так, будто сильно обижена. Будто поверить не могу, что он не может сделать ради меня такой мелочи. Всего-то пойти и обменять стаканчик на кофе без сахара. Я кусаю губу, будто вот-вот расплачусь…

Он смотрит на меня. Я чувствую это всем своим существом. Шумно выдыхает, встаёт и уходит. Молча уходит!

Неужели я его так достала, что он отступить решил? Плюнул всё-таки на меня и решил не связываться? Переключиться на более адекватную девушку? На ту, что будет ему в рот заглядывать?

Поднимаю глаза вверх и вижу взгляды друзей. Тимофей и Катя теперь откровенно пялятся на меня, будто я сошла с ума.

— Что? — спрашиваю я и передёргиваю плечами. — Да что такое?

Оба молчат. Оба, судя по всему, впечатлены моим представлением. Они ведь знают, что это не я. Никогда так не делала. И вот… будто открываюсь для них с новой стороны.

А через пару мгновений Кирилл возвращается. С новым стаканчиком.

Молча ставит его передо мной. Молча садится. Молча поворачивает мою голову к себе за подбородок. Смотрит мне прямо в глаза.

От его взгляда у меня мурашки бегут по коже. Я так взволнованна, что даже не рыпаюсь. Просто утопаю в синеве его глаз и жду. Жду, что будет дальше.

Что же он сделает теперь?