Когда подъезжаешь к Царицыну по Волге, дом Голдобина виден издали, он расположен почти у самого устья реки Царицы. В этом громадном здании помещалась прежде чайная, большевики реквизировали дом и устроили в нем „чрезвычайку.“

Подвалы большевики использовали под конюшни, лучшие комнаты заняли сами под свой канцелярии, а весь второй этаж превратили в арестное помещение. Отсюда была выписана вся мебель, — кровати, столы, стулья; заключенным предоставлялось устраиваться на полу. Однако теснота была настолько велика, что даже пола на всех не хватало! Спали друг на друге в два этажа.

Помещение не отапливалось.

Допросы производились в канцелярии, — над письменным столом следователя, на стене, очевидно, в целях психологического воздействия на опрашиваемых висел большой плакат исполненный в красных тонах: атлет сокрушает молотом гидру.

Над плакатом надпись:

„Смерть Буржуазии“!

Расстрелы производились во дворе или на песчаной косе, как раз против дома.

Казнь считалась занятным зрелищем, и администрация чрезвычайки специально приглашала на этот случай гостей. Хозяева и приглашенные выходили на балкон наслаждаться кровавой расправой. Палачи, зная это, нарочно растягивали экзекуцию, не сразу убивали несчастных, а сперва истязали их.

Например: обреченных заставляли бежать и стреляли им в догонку; простреливали им ноги, или руки, а затем добивали штыками.

Женщины, особенно молодые и недурные собой, доставались комиссарам и палачам — Червякову, Лекатошу, Сергееву, Иванову и пр. Их заставляли принимать участие в оргиях, оскорбляли и обесчещивали. Некоторых это спасало от смерти. Других-же все равно потом расстреливали.