– Народ голодает, а эта падаль по ресторанам шастает! На костях людских жирует, сволочь неблагодарная! Мы всё для него делаем, работаем до кровавого пота, а что в итоге…? – с надрывом и зарождающейся истерикой вопрошал то тот, то другой “активист”.

И пусть выкрики были разные, но смысл у них был одинаковый. Мы плохие и всё гребём под себя, а остальные люди из последних сил выбиваются, чтобы просто прокормить себя и близких. Чушь, конечно, полнейшая, но, видимо, у многих жителей короткая память. Все как-то разом забыли про бесплатную еду от дендроидов и Левиафанов, вкупе с возможностью работать и зарабатывать в соответствии со своей профессиональной деятельностью. Я было попытался спокойно и логично отвечать на такие выпады, но мой голос быстро потонул в бессвязном оре, которым тут же занималась толпа. Понятно, что их провоцировали и подзуживали некие тёмные личности, но я всё ещё надеялся, что голос разума может быть услышан.

– Хорошо! Представим, что всё так и есть. Тогда давайте подходить конструктивно и решать проблему. Чего именно вы хотите? – наконец, удалось мне перекричать собравшихся.

– Долой! Долой Яшку-колдуна с его чудищами! Пусть всё будет, как раньше! – услышал я визгливый ответ.

– Вали из города! Дай нам жить, как сами хотим! Не нужны тут подачки всякие, – поддержали с другой стороны толпы.

Ну, а дальше всё опять обратилось в безумный шум без капли смысла. Ругательства, обвинения во всех грехах и прочие “прелести” разогретой жаждой насилия людской своры.

Возможно, глава моего отряда и был прав. Тут не получится поговорить на равных. Пока у людей головы затуманены такими вот провокаторами, любое общение бесполезно. Мы просто не услышим друг друга. Да и не захотим. Так что, пора выполнить тактический манёвр и заблаговременно отступить, чтобы не ввязываться в ненужную драку.

Шагнув назад, я вполголоса высказался о своём решении, и меня тут же поняли, отгородив от напирающей толпы. Мы вернулись обратно в ресторан и тут же пошли в сторону чёрного входа. А вслед нам полетели презрительные выкрики и камни, вывернутые из булыжной мостовой. Всё, как завещали выбитые нами из Петрограда красные. Видимо, исторический круг замкнулся. Ну, или такие методы работают всегда.

Минут через пять мы уже оказались на улице, двигаясь к оставленным за углом автомобилям. Вот только там нас уже поджидала вторая часть стаи, которую теперь составляли далеко не простые жители бывшей столицы. Судя по злобным рожам и ехидным ухмылкам, тут собрался цвет “тёмной стороны” общества. А направленные нам в лицо винтовки и револьверы подтверждали, что всё это действо было заранее спланировано.

– Я так понимаю, по-мирному разойтись не получится? – уточняю на всякий случай и активирую Колю.

Вместо ответа в нас начинают безостановочно палить из разных видов оружия. Наученные опытом и работой в связке с носителем биоброни, мои бойцы шустро разбегаются кто куда. Кроме, стоящих близко ко мне. Они, наоборот, прячутся за мою спину, используя меня, как живой танк. Я же неспешно иду вперёд, давая противнику выпустить весь боезапас, концентрируясь на моей персоне. И, как только шквал огня стал стихать, в дело вступает отряд телохранителей (как бы иронично это не звучало).

Первый залп проредил ватагу бандитов вдвое, второй добавил им ещё раненных. Помня мою просьбу парни целились в руки и ноги, стараясь не убивать.

Разом потеряв большую часть своих стрелков, нападавшие поняли, что просто так взять меня не получится. Отступили, спрятались за наши машины и принялись обороняться одиночными выстрелами. Именно обороняться, а не нападать. Всё неожиданно изменилось совершенно в другую сторону.

А я продолжаю идти к ним навстречу, напрочь игнорируя пули, бессильно щёлкающие по “доспехам” и рикошетящие куда попало. Вижу, как один из противников вдруг вскакивает в полный рост и замахивается в меня гранатой. Тоже привычно и знакомо. Делаю рывок вперёд и хватаю деревянную ручку ещё в воздухе. Мощный толчок и опасная штуковина улетает куда-то на крышу. Лишние жертвы мне не нужны.

Захожу за автомобили и короткими оплеухами отправляю бандитов в бессознательное состояние. На что они, вообще, надеялись, нападая на нас? Простое стрелковое оружие и парочка гранат. Это же курам на смех. Или задумка была другая?

Знаком подзываю своих бойцов и приказываю им связать преступников. Доставим их на базу, может, удастся разговорить и узнать что-нибудь полезное.

– Думаю, на сегодня прогулок хватит. Все по машинам, едем домой, – скомандовал я, поднимая забрало.

Вот только возвращаться пришлось на своих двоих. Моторы и колеса автомобилей оказались повреждены в перестрелке. Чертыхнувшись, я вытер пот со лба и, посмотрев на солнце, прикинул, что к закату должны успеть.

***

Мы уже подходили к нашему обиталищу, когда мне резко захотелось пить. Спросив у парней осталась ли у них вода во фляжках и получив отрицательный ответ, я направился к ближайшему дендроиду. Как-то незаметно почти половина города уже проросла моими химерами. У меня, конечно, был определённый план по распространению этого растительного мозаичного организма, но местная версия квинтэссенции V и страсть любой жизни расти и развиваться внесла кое-какие коррективы в изначально стройную схему. Теперь дендроиды росли не только там, где мы равномерно их высаживали, но и в других, казалось бы, не приспособленных для этого местах. Вот и сейчас, я по привычке смотрел на перекрёстки или прикидывал, где находится ближайший парк, а химера проросла буквально в соседнем дворе, раскрошив булыжную мостовую.

Подойдя ближе, я коснулся шероховатой коры-кожи рукой и на мгновение замер. В ответ пришло удивление, радость и желание помочь мне во всём, что я только попрошу. Химера узнала меня, как прародителя и стремилась угодить, как только возможно.

– Воды. Я хочу пить, – скорее образами, чем словами ответил я.

В ту же секунду ко мне спустилось одно из щупалец, держа хрупкий сосуд из высохших “листьев”, внутри которого плескалась прозрачная жидкость. Сделав глоток, я почувствовал прохладу, свежесть и удовольствие. Допив до конца и утолив жажду, я поблагодарил химеру и уже собирался было уходить, как вдруг мозаичный организм “заговорил” со мной. Но не эмоциями-посланиями, а конкретными информационными массивами, где визуализация сплеталась с обычной человеческой речью.

Ошарашенный, я какое-то время стоял, переваривая услышанное и увиденное. Молчал, думал, анализировал.

– Ты понимаешь меня? – наконец, задал я вопрос.

– Да, – пришёл короткий ответ.

– Как ты научился общаться таким образом?

– Не я – мы.

Тут уж пришла пора удивляться вдвойне.

– Мы, это все химеры-дендроиды? – уточнил я.

– Верно. У нас нет отдельной личности для каждого. Мы, это и есть я. А я, это и есть мы, – совсем запутал меня он (они?)

– То, что ты…то есть, вы показали мне, это правда? – решил я сосредоточиться на самой важной теме.

– Да. Они касались наших корней, трогали накопители, и мы почувствовали их.

– Хм, сказать, что я удивлён, значит ничего не сказать. А полученную информацию остальным….эммм сегментам (я пытался подобрать подходящий термин) как передали?

– Под землёй мы сплетены воедино. То, что ощутила одна грань, тоже вскоре и почувствуют остальные, – пришёл короткий ответ.

Что ж, похоже, прямо на моих глазах формируется новый подвид мозаичного организма. Уверен, они уже и местные грибницы под свои нужды заграбастали, сделав расширенную версию микориза. Фактически сейчас у меня под ногами располагается биологическая сеть передачи данных с зарождающимся прото-разумом. Я пока не мог точно понять хорошо это или плохо, но прямо сейчас такая неожиданная помощь оказалась очень даже к месту.

– Ладно. Тогда пока отложим наш полноценный разговор на попозже. Как ты (вы? Интересно имя у этого многосоставного существа есть? Самоназвание хотя бы?) видишь, у меня сейчас образовалась кое-какая проблема. Так что решим дела и снова пообщаемся уже в более спокойной обстановке, – закончил я нашу необычную беседу.

Моё сознание омыло тёплой волной и напоследок меня словно коснулось бугрящееся энергией пожелание удачи, воплощённое в слове-форме-звуке-потоке.

Взбодрившись таким нестандартным способом, я поспешил вернуться к отряду. Там меня уже откровенно заждались и уже хотели, на всякий случай, послать бойца для проверки. Поблагодарив парней за такую внимательность, я подозвал их командира и сообщил ему о смене маршрута. Он, конечно, удивился, но вида не подал. Чётко отрапортовал, что неподалёку есть запасная база и там вполне можно обосноваться. Для полной передислокации здание, конечно, не подходит, но для временной остановки вполне сгодится. Я кивнул и, подозвав ближайшую химеру, передал через неё послание двум Василиям, Георгию и Варваре. Мой старший командный состав тоже должен был прибыть на точку и желательно, как можно скорее. Ссылаясь на экстренные обстоятельства и строжайшую тайну, я закончил своё сообщение, и отправил Вултуса на поиск нужных адресатов. Первым делом он, разумеется, полетит в нашу основную ставку. Как раз там и планируется покушение на меня, о котором рассказали дендроиды.

***

– Что-то такое я и подозревал. И, вроде, уже подобрался, но точных указаний как именно всё произойдёт так и не нашёл. Только примерное время и запасной вариант плана, – сокрушался Степаныч, когда все уже собрались вместе, и я кратко поведал то, что узнал.

– Хм, а что за запасной вариант? – решил уточнить Апостол.

– Так взорвать всё хотел к такой-то бабушке, – просто ответил бывший красноармеец.

– И ты сейчас просто об этом говоришь? – нахмурившись, продолжил Георгий.

– Запасной же план, а не основной. Это, если что-то пойдёт не так. Да и заложить взрывчатку, куда они захотят всё равно не получилось бы. Мои люди постоянно следят за их передвижениями, – пожал плечами Василий.

– Следят-то следят, да самое главное упустили. Они ж, считай, через канализацию подземный ход к нашим подвалам прокопали. Вполне могли и сами не вылезать, а просто динамита пару телег запихать, чтобы рвануть, когда нужно будет, – удивлённо вставил я.

– Тут согласен, прошляпили. Но кто ж думал, что они в землю зароются? – ответил он, – мы потому и контролировали каждый их шаг, чтобы всё доподлинно знать. Даже учёт ввели, сколько человек заходит, сколько выходит и кто с кем в городе связь держит.

– Василий, ты же понимаешь, что если бы дендроиды мне ничего не рассказали, то, скорее всего, этой ночью нас всех во сне и перебили бы. Или это тоже…прошляпили называется? – начиная потихоньку заводиться, сухо интересуюсь я.

Кажется, теперь до старого друга дошло, какую ошибку он допустил. Степаныч замялся, спрятал взгляд, уставившись себе на руки и промолчал.

– Да, ладно уж…чего тут. Каждый опростоволоситься так мог. Степаныч просто много на себя взял. Ну, и поверил в свой профессионализм. Всё-таки боец, пусть и ставший командиром, это одно, а разведчик и борец с диверсантами совсем другое, – попытался было оправдать его Петрович.

– Цена такой ошибки наши жизни, – коротко закончил я эту тему, – мы ещё вернемся к этому моменту. Но сейчас, главнее всего, решить, как в данной ситуации следует поступить.

Какое-то время все молчали, обдумывая возможные варианты действий. Потом стали накидывать идеи, переходя в полноценный мозговой штурм. Я старался вычленять подходящие задумки и записывал их на бумагу. Через полтора-два часа наш концепт противостояния атаке и последующим контрдействиям был готов. Осталось кое-что подрихтовать и можно приступать к делу.