Джон — выводил узоры на моей обнажённой спине и шептал всевозможные приятности.
— У тебя очень красивая и нежная кожа. Я будто касаюсь лепестков розы… Волосы цвета золота и на ощупь точно шёлк… Ты очень красива, Элизабет…
Я улыбалась и жмурилась от удовольствия, как настоящая кошка, которую ублажили по-настоящему. Мне хотелось продлить это чувство удовольствия, запомнить и обязательно повторить. Не хватало только замурчать.
Джон, глядя на мою довольную моську, окутал своим приятным смехом, словно коснулся мягким и пушистым мехом обнажённой кожи. По телу прошла приятная дрожь, и я сонно взглянула на него, когда супруг прекратил нежные поглаживания. Перевернулась на бок и прижалась к его твёрдому и сильному телу. Теперь я вырисовывала пальчиком узоры на его груди, путалась в тёмной поросли волос и улыбалась, чувствуя его дрожь и томление от моих нехитрых ласк.
— Джон… — позвала его и положила подбородок ему на грудь.
— Ммм? — протянул супруг зажмурив глаза.
Облизнула губы и произнесла:
— Расскажи, что с тобой произошло. Пожалуйста.
Мужчина распахнул глаза и внимательно посмотрел на меня. Погладил по волосам, коснулся скулы, полураскрытых губ и вздохнув, сказал:
— Хорошо…
Поудобнее устроилась на его плече и обратилась вслух.
— В тот роковой день я встречал корабль его величества, на котором доставили пойманного изменника и предателя — принца и моего кузена Рагнара Эстеро.
Сумерки накрыли город и на палубу судна — быстроходного брига, прибывшего из длительного путешествия, взошёл герцог Картиаравийский, дабы удостовериться в выполнении задания и привести к королю его блудного сына-изменника — принца Рагнара.
Окружённый несколькими штабными офицерами и главнокомандующий всеми войсками королевства Троарнаш, Джон Морган пребывал в отличном настроении. Принц и его сподвижники натворили за весь год немало проблем и значительно подорвали авторитет Его Величества Дорана Первого.
Ветер в этот день дул холодный и резкий, словно раздавал щедрые пощёчины.
Собирались дождевые тучи, и погода обещала обрушить на город мощный ливень. К герцогу подвели доставленный «груз». Ростом принц был невысок, когда как король-отец имел исполинский рост, но запоминался принц не низкорослостью. Даже в тусклых сумерках его вьющиеся крепкими кудрями волосы пылали как огонь, глаза как чёрные провалы, настолько они были темны, руки его излишне длинны, а плечи непропорционально широки. Принц Рагнар был человеком недалёким, внушаемым, ведомым, шумным и агрессивным. Полная противоположность отцу. Нелюбимый сын и нежеланный наследник трона.
Было трудно удержать в тайне измену принца. Рагран присягнул на верность королю всего преступного мира и основателю пиратской базы Сент-Иль — Говарду Киду, беспринципному мерзавцу, которого с удовольствием отправит на казнь без суда и следствия любой комиссар.
Принца доставили домой верные подданные короля, и какого же было удивление Джона Моргана, когда принц вдруг сбросил на палубу кандалы и показал свободные руки. Из-за спины принца вышла прекрасная маркиза Розалинда Лаер. Леди победно улыбнулась герцогу и того взяла оторопь. Маркиза была возлюбленной герцога и приняла его предложение стать женой. Шок от осознания предательства любимой женщины стоил Моргану драгоценных секунд — вся команда корабля оказалась никем иным, как пиратами. На Моргана и его людей пираты направили магическое оружие.
— Роза! Ты что ты творишь? — не веря своим глазам, прорычал разъярённый герцог, глядя на любимую женщину, которую сейчас не узнавал.
Женщина самодовольно улыбнулась и обняла принца, который выглядел и чувствовал себя победителем.
— Я делаю то, что должна делать, Джон. Моё будущее — это Рагнар, — томным и тягучим, словно мёд голосом, произнесла жгучая брюнетка.
В тот миг сердце Моргана будто пронзили раскалённым мечом. Стало трудно дышать, и крайне сложно было поверить в измену любимой, но уродливая правда раскрыла ему глаза: притворство и игра в любовь его Розалинды оказались больнее всего того, что произошло с ним дальше.
— Убейте всех, кроме герцога! — отдал приказ Рагнар. — Его можете потрепать, но не убивать!
На палубе начался хаос. Офицеры не испугались отбросов, переодетых в подданных короля. Они бились храбро, бесстрашно и убили немало пиратов, но и свою пролили кровь. Морган вёл магический бой с опальным магом и выиграл бы, если бы не Розалинда. Маркиза знала слабое место герцога…
— Прекрати, Морган! — крикнул принц. — Сдайся и тогда я оставлю её в живых!
Один взгляд и он пропал. Рагнар крепко держал Розалинду и приставил к её горлу клинок.
— Сдавайся, Джон, — повторил королевский мерзавец. — Если сейчас же не прекратишь — Розалинда умрёт.
— Джон! Прости! Прости меня, любимый! — разрыдалась девушка.
В её глазах плескалось море отчаяния и раскаяние. И Джон Морган совершил роковую ошибку. Он сдался, чтобы сохранить жизнь любимой. Когда на его запястьях защёлкнулись кандалы, черноволосая красавица звонко рассмеялась и произнесла, с презрением глядя герцогу в глаза:
— Ты такой глупец, Джон. Тебя так легко оказалось провести. Кто бы мог подумать — такой умный, расчётливый, всегда на шаг впереди… Но тебя переиграла женщина. Это я всё устроила, мой дорогой Джон. Следом — смерть короля. Рагнар взойдёт на престол и сделает меня своей королевой.
Он не стал ничего отвечать этой женщине, что растоптала его сердце, надругалась над его верностью и честью. Он лишь посмотрел в её глаза, полные превосходства, и вздрогнула Розалинда, когда увидела, как во взгляде Джона Моргана по отношению к ней рождается новое сильное чувство — ненависть.
Офицеры, прибывшие с герцогом, были убиты. Джона Моргана привели к королю Розалинда и Рагнар. Всё дело обставили, как многоходовую партию Моргана. Это он оклеветал бедного принца, слал от его имени письма, подрывающие власть короля и это Морган присягнул на верность Говарду Киду, пообещав тому помилование на землях Троарнаш, когда займёт престол, как единственный наследник. Но сначала нужно избавиться от глупого принца, а затем и от самого короля.
Его Величеству были представлены всевозможные улики измены герцога — переписка на гербовой бумаге и личной печатью Джона Моргана; нашлись многочисленные свидетели, что в один голос повторяли заученные слова. Поверил ли король в эту ложь? Поверил. Даже если и знал, что Морган не виновен. Чтобы не пачкать в этой грязной истории семью монарха, обществу не стали раскрывать все тайны падения Джона Моргана. Его объявили изменником. Лишили титула, конфисковали имущество и отправили на скорый суд, дабы как можно быстрее закончить это дело.
Все приличные слова исчезли. На языке вертелись одни ругательства и проклятия. Я набрала в рот воздуха и тут же выдохнула. В груди клокотала ярость на этих чёртовых предателей, на эту курицу тупую, что променяла такого замечательного Джона на мерзкого принца!
— Джон! Это ужасно! — выпалила, наконец, и сжала руки в кулаки. — Мы не оставим всё как есть, верно?
Супруг мягко улыбнулся, убрал руки за голову и удивлённо произнёс:
— Ты решила принять непосредственное участие в наведении порядка и справедливости?
Расправила плечи, грудь гордым знаменем оказалась прямо перед носом Джона и, не замечая его потемневшего от желания взгляда, провозгласила:
— Сначала твоей бывшей «спасибо» скажу, а потом голову ей откушу! Ну а с принцем, папашей его и пиратами ты сам прекрасно справишься!
Джон рассмеялся и повалил меня на себя. Поцеловал в губы и сказал:
— При всей отвратности ситуации всё же есть и прекрасное — это ты, Элизабет. Не случись со мной беды, вряд ли бы мы встретились.
Облизнула губы и оставила на его щеке поцелуй.
— Судьба судьбой, но всё равно оставлять дело в таком виде… — вновь начала заводиться.
Джон запустил пальцы в мои волосы и серьёзно проговорил:
— Никто не уйдёт от правосудия.
— Займёмся спасением природы? — оскалилась я. — У меня есть знакомый хирург, он может помочь с твоими врагами. Да и с моими тоже.
Джон в голос рассмеялся, что в уголках глаз выступили капельки слёз.
— Дорогая моя супруга, да ты страшна в гневе!
— А то ж, — хмыкнула я и принялась исследовать мужнины просторы.
Но супруг что-то вдруг запротестовал.
— Элизабет… Милая моя… Я только что лишил тебя девственности…
Притянул меня к себе, обвил руками и ногами как лианами, что не вздохнуть и затих.
— У меня ничего не болит… — пискнула я.
— Тсссс… Не искушай меня, дорогая… Лучше давай спать.
Лунный свет украсил комнату причудливыми спиральными линиями и, глядя на кружащие пылинки, я не заметила, как уснула.
Утро началось рано. Точнее, для меня рано, потому что спать-то мы с Джоном легли уже под самое утро. Хотя самого Джона и не видать рядом. Зато миссис Хедсон тормошит мою сонную тушку и что-то бормочет.
— Леди, просыпайтесь, — слышу сквозь сон. — Леди Милтон вас ожидает в малой гостиной. Она в каком-то необычном нетерпении, что ещё чуть-чуть и сама к вам ворвётся.
При упоминании Милтонов, мой сон как рукой сняло.
— Какая из леди Милтон? — буркнула я, отрывая от мягкой и тёплой подушки мятую физиономию.
— Эмилия Милтон, — с улыбкой произносит миссис Хедсон и у меня отлегает от сердца.
— Фух! — провела ладонью по лбу. — С утра я слишком неадекватна, чтобы встречаться с ещё более неадекватными личностями.
И тут же добавила, спуская ноги на пол.
— Это я про её мать…
— Я поняла, — кивнула женщина и подала мне халат, старательно отводя глаза от смятой постели.
Взглянула в том же направлении и сделала брови домиком.
— Оу… — только и смогла выдавить из себя. А потом густо покраснела и заблеяла:
— Э-э-э… Мне неловко просить… Но…
— Я всё уберу, не переживайте и не смущайтесь, — расплылась в широкой улыбке миссис Хедсон. — Наоборот, мы всё гадали, когда же у вас с милордом произойдёт… Хотя, учитывая все ситуации и происшествия… Вы уж извините за откровенность миледи…
С каждым её словом, мои глаза становились всё больше и больше. Надеюсь, не вывалятся из орбит.
— Наверное, скоро этот дом услышит звонкий детский смех и топот маленьких ножек… — мечтательно произнесла миссис Хедсон.
Я скорчила рожицу, хоть леди и не пристало иметь живую мимику.
— Давайте не будем загадывать, — проворчала я. Что-то о детях я как-то не подумала. Я вообще мало о чём думала этой ночью. — Ладно, позовите горничную, мне нужно помыться и одеться.
— А может, останетесь в постели? Я сменю простыни. Всё же… — она не сдержала улыбку. — Такое событие. Вы, наверное, плохо себя чувствуете, всё болит… Милорд — мужчина большой и…
— О Боги, миссис Хедсон! — воскликнула я. — Ничего у меня не болит! Я лишилась девственности, а не головы! Зовите горничную, пока я ещё не совсем озверела.
Служанка‚ продолжая улыбаться‚ кивнула и исчезла за дверью. А я посмотрела на окрашенные кровью простыни и покачала головой. Вот теперь я вроде как совсем-совсем взрослая женщина.