ВЕЧЕРОМ, КОГДА на землю уже стали опускаться прохладные сумерки, мне позвонил Влад. Я сначала даже не поняла, что за Влад, и окончательно вспомнила, кто это, только когда услышала в телефоне его бархатный обволакивающий голос.

— Привет, Дарья, — сказал он.

— Привет, — растерянно отозвалась я, не понимая, почему он звонит.

— Ты не теряла кошелек? — в следующий момент спросил он. — Я нашел в машине, когда заехал на парковку. Бледно-розовый, с серебряным замком.

— Да, это мой кошелек! — вздохнула я с облегчением. — Я уже думала, что потеряла его где-то!

— Он остался на сиденье, а я не сразу заметил. Могу привезти его тебе.

— Прямо сейчас? — растерялась я.

По нашему разговору я поняла, что элитный жилой комплекс, в котором у Влада была квартира, находился почти в центре города, на центральной набережной. И оттуда до моего дома нужно было ехать минут двадцать-тридцать, а с пробками и все два часа.

— Почему бы нет? — В его голосе появился задор.

— Но это же долго, — нахмурилась я.

— Я люблю водить, — отмахнулся он. — Да и скучно. У меня тут никого нет. Встретишь меня около подъезда, Даша?

— Договорились, — согласилась я. Хорошо, что я еще не смыла косметику и не помыла голову.

На эту встречу я собиралась почти как на свидание — перемерила три платья и остановилась на четвертом — длинном, легком, цвета зеленого бутылочного стекла. Затем подкрасила глаза и надушилась, так что за мной, казалось, летит целое облако из тонкого аромата смородины, ноток ванили и карамели.

— Ты куда? — выглянула из гостиной мама.

— Забрать кое-что, — отозвалась я, накидывая на плечи кардиган.

— Не поняла — что и у кого? — удивилась она.

— Кошелек у парня, — пояснила я.

— В наше время у парней забирали сердца, — рассмеялась она.

Я улыбнулась.

— Ты неправильно поняла, мам. — И я попыталась объяснить ей, куда и зачем иду.

— Какой хороший мальчик, — умилилась она. — Только, Даша, пожалуйста, не гуляйте долго. Тебе вставать завтра рано.

Я лишь кивнула и убежала. Когда Влад приехал, я с независимым видом стояла около подъезда, освещенного ярким желтым фонарем, делала вид, что переписываюсь с кем-то в социальной сети и совсем не жду его, хотя все было наоборот. Встречи с этим загадочным парнем я очень ждала.

Сейчас Влад был одет в темные джинсы и голубую рубашку поло, которая невероятно ему шла. Значит, отметила я, все-таки заезжал домой.

— Держи, — вручил он мне кошелек.

— Спасибо тебе большое, — искренне сказала я, пряча кошелек в сумочке.

— И не проверишь?

— Думаешь, я решу, что ты что-то взял? Глупости какие.

— А может быть, наоборот. — Он чуть прищурился.

— Наоборот?

— Я, конечно, рад, что ты мне доверяешь, хотя доверять людям вообще не стоит, но все же посмотри, — попросил Влад.

Я снова полезла в сумочку. Несколько секунд — и я уже открывала кошелек. Внутри лежали крохотный кулон — роза в стеклянной баночке, как в «Красавице и чудовище», и небольшой квадратный конвертик.

— О боже, какая прелесть, — проговорила я, вертя розочку в пальцах. — Не стоило!

— А это мне решать, стоило или нет, — отозвался Влад. — Стоп, а вот конверт не открывай.

— Почему? — замерла я.

— Открой его завтра после пар. У тебя же их завтра четыре? — Я кивнула. — Вот после четвертой и открой.

— Зачем? — Я широко распахнула глаза, не понимая, что он хочет.

— Там записаны время и место встречи. У нас же завтра свидание — ты не забыла? — спросил Влад довольным тоном. Понял, что ему удалось меня удивить.

— Вот оно что… Серьезно? Не открывать до завтра? А ты романтик! — весело воскликнула я.

— Не без этого, — кивнул он.

— Столичный романтик. — Я рассмеялась.

— Только это секрет — наш с тобой. В глазах Других я буду высокомерный мажор.

— Почему ты так решил?

— Потому что вижу отношение людей. Вижу и предвижу.

— Да ладно, может, ты станешь для всех своим в доску парнем, — отмахнулась я.

— Сомневаюсь. Даша, у тебя листочек в волосах, — вдруг потянулся ко мне Влад. Его лицо приблизилось к моему, и у меня захватило дух.

Он осторожно коснулся кончиками пальцев моих волос. А после сдул с них листик. На сердце отчего-то стало теплее. Какой Влад все же классный!

Я думала, что он тотчас отстранится, но он не спешил. И смотрел на мои губы — так, будто готов был поцеловать их. Время замерло, стало стеклянным и звонким. Я вдруг подумала, что, если Влад захочет меня поцеловать, я позволю ему сделать это. Пусть даже мы знакомы всего день. Пусть даже… Мои мысли, а заодно и флер романтики, окутавший нас, были разрушены в один миг. Застывшее время разбилось, и его осколки бесшумно улетели вверх, в небо, став далекими тусклыми звездами. Рядом с нами плюхнулась шкурка от банана — в опасной близости, прямо под ноги.

— Что за?.. — моментально вскипела я. И только присутствие Влада не дало мне крепко выразиться. Что он обо мне теперь подумает?!

Я задрала голову и увидела Матвеева, который стоял на своем балконе и пялился на нас, как хозяин на своих кур, в ожидании, когда они снесут яйца. Влад тоже его увидел и нахмурился.

— Ты с ума сошел?! — заорала я.

— Простите, — с высоты сообщил Даня, и в его глумливом голосе явно не было никакого сожаления. — Случайно упала.

— Ты у меня сейчас случайно взлетишь!

— Я еще не настолько возвеличился, чтобы нарушать законы физики, — отозвался Матвеев.

Вот скотина первосортная! Разорвала бы на кусочки!

— Водку-то заберешь? — ухмылялся он, как сыч. Черт, да кем он меня выставляет перед Владом?!

— Слушай, ты… — начала было я, но Влад меня успокоил.

— Все в порядке, Даша, — тронул он меня за плечо. — Если тебя это задело, я могу подняться и поговорить с ним. Это ведь тот тип, что хотел увезти тебя в больницу?

— Тот самый, — скрипнула я зубами.

— Малыш просто ревнует.

— Ревнует? — злая усмешка исказила мое лицо.

— Конечно, — спокойно сказал Влад. — Иначе бы не совершал эти детские выходки. А хочешь, чтобы он тебя ревновал еще больше? — вдруг спросил он тихо-тихо.

Кажется, мой взгляд говорил: «Хочу».

— Тогда иди ко мне, — правильно понял меня Влад и обнял, положив руки мне на спину — аккуратно, почти невесомо. И мои руки тоже оказались на его плечах.

От Влада пахло холодным цитрусовым парфюмом, он был совершенно чужой, вернее, незнакомый, к нему не тянуло так сильно, как к проклятому Матвееву, но его прикосновения были приятны. Я вынуждена была это признать.

— Я бы поцеловал тебя, Даша, но слишком рано, — щекотал мне ухо его шепот. — Ты же не из тех девочек, которые разрешают делать это на первом свидании?

Я чуть не рассмеялась — ага, вообще не из тех, но только что думала о поцелуе с тобой, милый. Когда мы отстранились друг от друга, Матвеева на балконе уже не было. А я-то боялась, что он нам на головы поскидывает все яйца. Мы постояли с Владом еще минут двадцать, болтая о ерунде, и только потом распрощались.

— Не забудь: открой конверт завтра после пар, Дарья, — напоследок сказал он мне.

Я кивнула, улыбнулась ему так кокетливо, как только могла, а после скрылась за железной дверью подъезда. Сжимая в руках баночку с хрупкой нежной розой, я вошла в лифт, а когда вышла из него, увидела Матвеева — он стоял на пороге своей квартиры, одетый в джинсы и кожаную куртку.

— Совсем деградировал, Клоун? — выпалила я, тотчас ощетинившись.

— Не называй меня так, мы уже не дети, — бросил он, захлопнул входную дверь и зашел в лифт, даже не глядя на меня.

— Эй, это моя фраза, — возмутилась я.

Но Даня ничего не ответил. Створки закрылись, и он уехал.

— Как же ты меня бесишь, — прошипела я, махнула рукой и… уронила подарок Влада на пол. Баночка разбилась, а хрупкий цветок переломился. Обидно было почти до слез.

Всю ночь мне снилось, как бьются стекла, а еще будто я куда-то бегу в страхе и панике и меня нагоняет гроза. Однако гром этой грозы звучал как мой будильник. И я проснулась — совершенно разбитая, как будто действительно бегала всю ночь.