Это решение было спонтанным. Неожиданным даже для меня. А еще — глупым.

Во-первых, я окончательно понял, что меня до сих пор тянет к Сергеевой физически. И это просто жесть — прошло три года, а я все еще схожу с ума, касаясь ее. Я все еще хочу быть с ней.

Я скучал, черт возьми!

Во-вторых, Сергеева на меня наехала. Она не на шутку завелась — как будто бы это я был виноват! И велела ее отпустить. Ну, я бы, наверное, тоже возмутился, если бы был девчонкой, а какой-то тип схватил меня на руки.

— Девушка просит отпустить ее, — вмешался мажор. — Отпусти. Иначе придется вмешаться.

Я отпустил Дашку и с яростью глянул на него.

— Я сам отвезу девушку в травмпункт. Можешь быть свободен, — заявил он. И мне тотчас захотелось начистить его сияющую морду.

Я подошел к нему и положил руку на плечо.

— Ты водить не умеешь, приятель? Мне тебя научить? — спросил Даня, склоняя голову на бок.

Тот гаденько усмехнулся.

— Спасибо. Но с этим у меня проблем нет. Приятель, — явно пародировал он меня.

— Ты едва девчонку не сбил. — Мне все еще было страшно за Дашку. — За рулем в глаза долбишься, что ли?

— Кажется, приятель, это твоя прерогатива. Если бы ты был чуточку умнее и наблюдательнее, понял бы, что моей вины нет. Девушка упала перед моей машиной. И я резко затормозил. Не навешивай на меня свои проекции. Если ты, конечно, понимаешь, о чем я. В спортзале, кажется, такое не изучают.

Если бы я не был так зол, начал бы ржать. Всегда обожал стереотипы — если ходишь в спортзал — значит, тупой. Если носишь очки — ботаник. Если рассекаешь на белом коне, то есть «Лексусе» — значит, принц.

Мажор был дерзким. Уверенным в себе. И смутно знакомым. Правда, где я его видел, так и не мог вспомнить.

А еще он просто нарывался, и я готов был проучить придурка. Даже руку занес — пугал. Но он перехватил ее.

Короче, мы бы точно подрались — все шло к этому, хотя я прекрасно знал, что на территории университета этого делать не стоит — могут быть неприятности. Но меня просто ломало от злости, чего уже давно не было.

Нам помешал Владыко. Владыко Олег Сергеевич, если быть точнее.

Молодой препод, с которым у меня случались конфликты. Он был умным, получал какие-то гранты, считался перспективным ученым, но не переваривал меня. А я — его.

— Так-так-так, — услышал я знакомый голос. — Господин Матвеев, вы продолжаете нервировать общественность?

Я отпустил мажора.

— Доброе утро, Олег Сергеевич, — процедил я сквозь зубы.

— Не очень-то уж оно и доброе, раз первым делом я встретил вас, готовящегося набить лицо этому господину, чья фамилия мне неведома.

Владыко поглумился надо мной в своей излюбленной вежливой манере, и я свалил, взяв на заметку мажорика на «Лексусе». Откуда он только взялся? В прошлом году я его не замечал — а не заметить такую тачку сложно.

Я нашел свободное место, припарковался, и пошел к своему корпусу. Ира шла следом — училась там же.

— Дан, это ведь твоя соседка? — спросила она меня по дороге.

Я только кивнул.

— Между вами точно что-то есть, — выдала Ира вдруг.

— Что? Пропасть? — усмехнулся я. — Терпеть ее не могу. Бесит.

— Ты уверен? Ты на нее странно смотрел…

— Уверен, — рявкнул я. Эта тема раздражала.

Ира хотела взять меня за руку, но я, сделав вид, что не понимаю намеков, засунул руку в карман джинсов.

С того дня все поменялось.

Я снова думал о Сергеевой в режиме нон-стоп. И если раньше мы почти не виделись, то теперь жизнь сталкивала нас слишком часто, для того чтобы я мог дать себе передышку и забыть о Дашке.

Сергеева активно превращала мою жизнь в хаос, наполнив ее тем, что принято называть любовью.

После инцидента на парковке я встретил Сергееву спустя несколько часов — наш личный рекорд. Она шла вместе с тем самым мажориком к его шикарной машинке. Не знаю, что он ей там заливал, но Сергеева смотрела на него с восхищением, что меня моментально взбесило. Вот же идиотка! С большой долей вероятности он вешает ей на уши лапшу, а она и рада слушать.

Перед тем как сесть в «Лексус», Дашка обернулась, и я, ухмыльнувшись, постучал себе по лбу, давая ей понять, что она дура, раз повелась на мажорика. В ответ Сергеева высунула из окна руку и показала мне средний палец, когда они проезжали мимо.

Она никогда не давала мне спуску. Всегда отвечала, что бы я ни делал.

И это всегда меня восхищало. С детских лет.

Я даже злиться не мог за этот жест. Скорее развеселился.

— Это еще кто такая? — поинтересовался Димка, стоящий рядом.

— Одна маленькая непослушная девочка, — отозвался я.

— Которой требуется порка? — на лице друга появилась улыбка.

— Почему бы и нет? — пожал я плечами и сел в машину.

Сначала я подвез Димку, потом поехал домой. Все это время Сергеева не выходила из головы. Как раньше.

Разумеется, я снова встретил Дашку — уже в супермаркете. Ее покупки были воплощением хаоса в ее голове — Дашка тащила в руках сок, шоколадку, пачку печенья, какие-то флаконы и водку. Последнее меня крайне заинтересовало. Раньше я не замечал, чтобы Сергеева питала слабость к алкоголю. На кассе выяснилось, что она умудрилась посеять кошелек, и я заплатил за нее.

Домой мы возвращались вместе впервые за несколько лет. И я чувствовал глухое беспокойство. А еще — слабый клубничный аромат ее духов. Смутно знакомый и волнующий.

Глупо, но поддавшись эмоциям, я сказал Дашке, что испугался за нее. А она вдруг извинилась за то, что невежливо повела себя на дороге. При этом ее голос был тих, а взгляд — необычайно мил. В этот момент мы оба были искренними.

Пытаясь скрыть смущение, я заявил, что мне понравилось увиденное на балконе — у нее правда была классная грудь! — и сделал ноги, не забыв незаметно прихватить с собой бутылку с водкой. А дома сидел на кровати, не понимая, почему мыслями возвращаюсь в ночь выпускного, когда целовал Сергееву и ловил ее жаркое дыхание губами.

Жаль, не осталось видео нашего поцелуя.