В самом деле, чем мы занимались дни напролёт? Мы играли.

Нет, не вдвоём. В ПП-2 было много детей, если того требовала игра, мы делились на две партии, в одной был Динька, в другой – я. Иначе игра не имела смысла. Выходит, мы всё же всегда играли друг с другом, я и он.

И были игры для дня и для ночи, вернее, для вечера, так как поздней ночью нам уже не давали играть, мы должны были идти домой. Но южные вечера темны оглушительно, вязки, как самая чёрная ночь, поэтому: игры для дня и игры для ночи.

Для дня: войнушки, бадминтон, футбол, государство (мы печатали свои деньги, издавали газеты и назначали друг друга на разные звонкие должности).

Для ночи: прятки, «красное знамя», казаки-разбойники, бильярд, карты, страшные истории. Например, для игры в «красное знамя» брались два красных цветка, гвоздика и роза (они срывались с кустов и цветников, изобиловавших вдоль дорожек). Эти цветки и олицетворяли знамёна. Играющие разделялись, соответственно, на армию роз и армию гвоздик. «Знамёна» прятались в секретном штабе. Очерченная для игры территория делилась строго пополам. Для победы в игре надо было узнать, где находится штаб и знамя соперника, и выкрасть его. Но, проникнув на чужую территорию, игрок рисковал быть пленённым: о местонахождении символа узнавалось от пленных, которых можно пытать, заламывая руки или заставляя поедать кислую зелёную алычу. Попавшие в плен соратники освобождались: для этого спасателю достаточно было прикоснуться к пленному. Но если быстрее успевали прикоснуться к спасателю, то и он оказывался пленённым.

Был целый свод правил, для каждой игры, о, память моя слаба, теперь мне не вспомнить, но в каждой игре была своя цельная и несокрушимая логика.

И только мы, я и Динька, могли остановить игру или изменить правила. Ведь этот мир был придуман нами, для нас самих и всех остальных.

Устав от игр, мы собирались, чтобы рассказать друг другу истории. Все пересказывали прочитанные в книгах, увиденные в фильмах, услышанные от других страшные истории – например, о каннибалах, которые делали пирожки с человечиной или про «чёрный-чёрный гроб». Но самые интересные истории рассказывал Динька. Его ещё нужно было упрашивать. Немного поломавшись, он начинал повествование о своих героических деяниях. Ведь он был богом, ему было положено совершать сверхчеловеческие поступки. И он рассказывал. Как летал в космос с инопланетянами, как проплыл под водой по Волге и Каспийскому морю на сконструированной из бочки и стиральной машинки подводной лодке, как в Безмеине он сражался с конницей туркменов, только это была не конница, а ишачница, ведь туркмены, это все знают, ездят на ишаках. А у Диньки был стреляющий гвоздями пулемёт, из которого он стрелял по ишакам и по их диким наездникам. Динька рассказывал обо всём обстоятельно, с подробностями и заверениями, что «всё так и было, а если не верите – спросите у… (называлось имя, фигурировавшее в описании очередного подвига), хотите – я дам его адрес в Безмеине».

А мы верили. Я и сейчас верю.