Наконец-то Игорь и Таня остались одни! В отведенной для них светелке стояли две лавки с перинами, от которых исходил пряный запах мяты. С бревенчатого потолка на пуховые перины спускались легкие пологи из розового заморского шелка. Отбрось полог, ляг на такую постель — и небось утонешь в ласкающей тело мягкой неге.
Стемнело. На потолке дрожали красноватые отблески — то в граде и в предградье жгли новгородцы боевые костры, пили мед и ол во славу Олега, за его победы в полуденной Руси. Сквозь открытые окна доносились неясные крики и пьяные песни.
Неслышно в комнату скользнула старая холопка со свечой в руке, зажгла светильник на круглом столе, шепнула у порога:
— Да не потревожат чуры ваш сон! — и так же неслышно исчезла.
— Как я устала! — сказала Таня, садясь на лавку у окна.
Игорь не ответил. Приподняв полог, он разглядывал пуховую постель, ткнул в перину пальцем и недовольно поморщился.
— Как странно, — вдруг сказал он, — мы с тобой знаем, что ждет впереди и князя Олега, и князя Игоря…
— Удивительно, что и я именно об этом сейчас подумала, — оживилась она, — мы могли бы предсказать им судьбу! Олег станет киевским князем, будет много воевать с врагами Руси и побеждать, а умрет от того, что его ужалит змея… Помнишь?
«…Так вот где таилась погибель моя!
Мне смертию кость угрожала!»
Из мертвой главы гробовая змея
Шипя между тем выползала;
Как черная лента, вкруг ног обвилась,
И вскрикнул внезапно ужаленный князь.
— А помнишь, какая смерть ждет моего тезку?
— Князя Игоря? Кажется, после Олега он тоже станет киевским князем…
— И с ним расправятся те самые древляне, которые прислали сейчас в Новгород гонцов просить защиты от Аскольда и Дира. Но Игорь забудет об этих гонцах. Ты помнишь, что с ним случится?
— Да, да, Игорь придет со своей дружиной в древлянскую землю собирать дань. А когда уйдет, ему покажется, что собрал мало, и вернется к древлянам за новой данью…
— И тогда древляне перебьют дружину Игоря, а его самого привяжут к двум согнутым деревьям. Потом отпустят согнутые стволы, и они разорвут князя Игоря на части.
— Бррр! — вырвалось у Тани. — Ужасно!
Игорь хотел что-то сказать, но вдруг застыл с открытым ртом, потому что они оба отчетливо услышали за дверью какое-то движение.
— Танька, — шепнул он, — нас подслушивают!
Прежде чем она успела ответить, Игорь скакнул к порогу и распахнул дверь. В темном проходе, как тень, метнулось темное платно волхва Фарлафа и скрылось за поворотом.
— Так я и думал, — закрывая дверь, сказал Игорь, — этот противный волхв не хочет оставить нас в покое! Мне еще днем показалось, что он нас выслеживает… Давай-ка поставим к двери этот стол… на всякий случай…
Они забаррикадировали дверь, но лечь так и не решились.
Светильник слабо потрескивал на столе. Вокруг бледного огонька роем вились мотыльки и мошки и падали с опаленными крыльями на драгоценную скатерть, вытканную золотыми нитями. Огонек колыхался, и поэтому в углах комнаты, за прозрачными пологами постелей, словно живые, двигались косые тени.
— Я хочу домой! — жалобно прошептала Таня.
— А как это сделать? — пожал он плечами.
— Я не знаю…
— Я тоже не знаю.
— Давай позовем фею Мечту…
— Тсс! — приложил он палец к губам. — Я опять слышу шаги!
Шаги на этот раз были отчетливыми и громкими. Возле двери шаги смолкли, и они услышали бодрый голос юного князя:
— Вы спите, братие?
— Нет, не спим! — обрадовалась Таня, отодвигая стол. — Заходи, княже!
Он переступил порог и, взглянув на перины, с усмешкой сказал Игорю:
— Не ведомо мне было, тезка, что тебя почивать устроили на женском ложе!
— Я и сам не люблю таких постелей, — покраснел Игорь.
— Князь Олег учит спать меня как воина: на голой лавке или на траве, подложив руку под голову, — продолжал князь. — А то еще учит на коне спать, в седле, как спят воины в походе.
— В седле он спать не пробовал, княже, а дома спит на твердом матраце, — вступилась за брата Таня.
— Вельми хороший вечер ныне, — сказал князь Игорь. — Пошли гулять, братие! Поглядим, как пируют воины.
— Пошли! — быстро согласилась Таня. Ей так не хотелось оставаться в светелке, что она сразу позабыла о своей усталости.
Князь Игорь внимательно посмотрел на тезку и вдруг рассмеялся:
— Друже, мы с тобой равного росту… Давай для потехи наши платна поменяем!
— Как? — не понял гость.
— Я твои ноговицы надену… А ты мое княжеское платно на свои череса наденешь!
Они быстро переоделись, и Таня всплеснула руками.
— Слушай, Игорь, — сказала она брату, — князь как две капли воды стал похож на Петьку Воробьева!
Ее брат оглядел себя. Он был доволен княжеским нарядом, особенно ему нравились мягкие, чуть поскрипывающие сапоги из красного сафьяна.
И в эту минуту все трое услышали за дверью чьи-то тихие, крадущиеся шаги.