АТЛАС

Ещё три взрыва прокатываются по Троновии. Дым поднимается от самой Калмары на севере и до главных городских улиц. В гавани нет ни одного вражеского корабля, а значит, они либо проникли сюда через лес, либо приплыли под чужим флагом.

Я выбегаю наружу и смотрю в сторону Драакстена. К счастью, там нет никаких признаков тревоги.

Я мог бы побежать к Видарру. Мы могли бы начать воздушную атаку и…

Рука Трэйна ложится мне на плечо.

— Мы не можем использовать драконов, — говорит он жёстко, словно прочитал мои мысли. — Враг смешался с мирными жителями. Если мы пролетим над городом на драконах…

— Мы начнём убивать троновианцев, — заканчиваю за него. — Демон. Значит, выбора нет. Нам придётся спуститься туда и найти их.

Церковь стонет от каждого толчка. Велика вероятность, что это здание не устоит, если прогремит ещё несколько взрывов.

Шэй выбегает наружу, уже на ходу заплетая волосы в косу, готовая к бою.

— Гидры. Их нет.

— Что? — в замешательстве распахиваю глаза. — И почему вообще важно, что их нет?

Шэй игнорирует мой вопрос и вместо этого указывает большим пальцем себе за спину, чтобы Трэйн тоже обратил внимание на исчезновение гидр.

— Думаю, ты был прав насчёт них. Тут что-то не так. В гавани нет ни одного вражеского корабля, и даже дальше в море ничего нет. Нет и признаков того, что они пришли через северные леса, потому что там у нас стоит патруль. Нас бы предупредили. Веспер кто-то помог попасть в Троновию.

У меня мысли несутся вихрем.

— Нас кто-то предал?

— Не кто-то, — Трэйн качает головой, хмурясь. — Астрея Талей.

— Моя мать бывает всякой, — вмешивается Эрис, всё ещё не снявшая маскировку. — Но чтобы привести Пожирателей Душ к берегам союзников? Тебе не кажется, что это уже перебор?

— Похоже, я знаю твою мать лучше, чем ты, — голос Трэйна режет так остро, что даже я невольно вздрагиваю. — Мы, Базилиус, направимся к гавани. Если это гидры привели сюда Пожирателей, нам нужно отрезать им путь к бегству.

— Я иду с тобой, — Шэй делает шаг вперёд, и её серые глаза пылают яростью.

— Шэй…

Мои протесты разбиваются о глухую стену. Она бросает на меня такой взгляд, что слова, уже готовые сорваться с губ, застревают в горле.

— Я буду сражаться рядом со своей роднёй, — твёрдо говорит она. Я знаю, что ей нужно прикрывать им спины, и потому не спорю.

Страх, что с ней случится что-то ужасное, пронизывает меня насквозь. Я думал, у нас будет больше времени до того момента, когда придётся разойтись и вступить в бой. Мы не можем быть неразлучны. Меня бы куда сильнее отвлекало то, что она сражается рядом со мной, чем мысль о том, что она держится где-то в другом месте.

— Куда Шэй, туда и я, — Никс становится рядом с ней, скрестив руки на груди.

— Я пойду на север, — расправляю я плечи. — Смогу обеспечить безопасность людей, живущих там, и перекрыть врагам любую попытку уйти через лес.

— Я с Атласом, — без колебаний говорит Финн.

— И нас тоже считайте.

Моя мать и Ронан делают шаг вперёд.

— Нет, — я указываю на мать. — Останься с…

— Твой отец и Эрис останутся с Виэллой и королевской семьёй на случай, если враг решит ударить по ним, — перебивает меня моя мать. — Если демоны жаждут боя, — по её рукам взвиваются языки пламени, — значит, мы будем сражаться.

Ей не дали возможности воевать в Великой войне. Если я сейчас встану у неё на пути, она вполне может напомнить мне о своём положении, а я совершенно не в настроении. И, если уж совсем честно, у нас просто нет на это времени. Поэтому неохотно киваю.

— Ладно.

Мой взгляд находит Шэй.

— Береги себя.

Она коротко кивает, и на её губах играет лёгкая улыбка.

— Сегодня вечером я тебя увижу, любовь моя.

С этими словами она, Никс и семья Базилиус срываются вниз по холму. Шэй уже давным-давно сбросила туфли и теперь легко мчится к городу.

Я заталкиваю весь страх от того, что не рядом с ней, в самый дальний угол сознания. Троновианцы нуждаются в нас. Вместе с братом, кузеном и матерью я сворачиваю на путь через Старое Королевство, чтобы добраться до северной части города.

Ронан не произносит ни слова. Впрочем, слова и не смогли бы выразить его ярость лучше, чем тот гнев, что пылает у него внутри. Ронан будет сражаться всем, что у него есть. По крайней мере, его утешает мысль, что мой отец и Эрис охраняют его новоиспечённую жену, пока он не вернётся.

Мы добираемся до северной стороны, и там люди кричат, бегут кто куда, а части города обрушены взрывами. Мы мчимся по улицам, помогая жителям, оказавшимся под завалами и обломками. У меня желудок сводит, когда я вижу кровь на мостовой и разбросанные тела мёртвых.

Я так сосредоточен на поиске людей с красной каймой вокруг глаз, что едва не пропускаю огромных гибридов волка и крокодила. Финн ударяет ладонью мне в грудь.

— Их шесть.

— Шесть?

Я смотрю вниз по улице и, конечно же, вижу, как крольвы терроризируют мой народ, выбивают стеклянные витрины и уничтожают всё на своём пути.

— Демон.

В моих руках возникают теневые мечи.

— Защитите людей на этой стороне. Ронан…

Но мой кузен не ждёт указаний. Он срывается вперёд, переходя в своё трансцендентное состояние. Я не видел Факела уже много лет, но сейчас Ронан — выпущенный на волю зверь. Он кричит и обхватывает руками одно из чудовищ. То воет от жгучей боли. Ронан не отпускает его. Он так ослеплён яростью, что не замечает другое существо, несущиеся на него сзади. Я слишком далеко, чтобы успеть. Кричу Ронану обернуться, но кролев внезапно начинает выворачиваться в жутких судорогах. Его руки и ноги ломаются под несколькими невозможными, неестественными углами. Он ревёт, взмывая над землёй.

Я разворачиваюсь и смотрю на Финна. Его глаза ярко-оранжевые. Он использует свою магию.

— С этим я разберусь. Продвигайся вперёд!

Ронан бросает мёртвую тварь — шипящую и обугленную. И срывается дальше по улице, его жестокая тактика срабатывает. Я кидаюсь за ним, рассекая крольвов, которые начинают преследовать моего кузена. Он — идеальная приманка. В ту секунду, когда чудовища понимают, что я у них за спиной, уже слишком поздно. Я с лёгкостью рублю их, и их кровь брызжет мне в лицо.

Шесть уничтожены. Но когда мы заворачиваем за угол, то видим новых — в конце улицы они продолжают сеять хаос. Откуда их столько берётся?

Ещё четверо переключают внимание на меня и Ронана. Он устал, я вижу, как у него опускаются плечи.

— Ты слишком долго находишься в состоянии Факела, — говорю ему, заслуживая свирепый взгляд. — Мёртвый или выгоревший, ты никому не поможешь, Рон. Отступи.

— Нет! — его пламя разгорается сильнее, поднимаясь всё выше.

— Рон, — рычу я. — Не упрямься, блядь. Мне не нужно, чтобы ты тут рухнул без сознания.

— Я сказал…

Вскидываю меч, преграждая ему путь.

— Я не стану смотреть, как мой будущий король подвергает себя опасности. Отступи. Перегруппируйся.

К нам присоединяется моя мать.

— Послушай его, Ронан. Финн присмотрит за тобой. Мы с Атласом здесь справимся.

В глазах Ронана пылает ярость, но в ней уже сквозит и усталость. Наконец его пламя гаснет, и он падает на колени в облаке изнеможения. Финн уже рядом с нами, его глаза снова стали обычными.

— Идите! — кричит он. — Я присмотрю за ним.

Мы с матерью срываемся вперёд.

— Двое слева — мои, — говорю я, и она кивает с хищной улыбкой. Пламя вспыхивает у неё до самых локтей. Она выбрасывает руки в разные стороны, когда твари пытаются ускользнуть от нас. Огненные удары находят свои цели, удерживают их на месте, поджигая чешую и клочья шерсти.

Я уклоняюсь от их атаки, используя скорость себе на пользу. Ныряю, уворачиваюсь от когтей и шипастых хвостов, рассекаю их рептильи тела, а затем сношу головы. И именно тогда я вижу её. Веспер.

Она ведёт через город небольшую группу Пожирателей Душ, а за ней по приказу следуют несколько крольвов. Словно почувствовав меня, она резко оборачивается и встречается со мной взглядом. Улыбается, и по моему позвоночнику пробегает ледяная дрожь.

— Это она? — вопрос моей матери застаёт меня врасплох. В её голосе звучит такая жестокость, какой я раньше не слышал. — Та самая, что изрезала тебе грудь?

Я тяжело сглатываю, заталкивая эти мучительные воспоминания в самые тёмные глубины сознания.

— Она.

— Сегодня она умрёт.

И вдруг моя мать кричит и вскидывает руку к небу, где в ярости клубятся тёмные облака. Она рубит ладонью вниз, в сторону улицы, и с неба срывается пылающий шар, летящий прямо в Веспер и её отряд. Всё происходит за считаные секунды. Только что Веспер была там — и вот её уже нет. Шар ударяет о землю с такой силой, что взрыв швыряет в нас обломки. Мы пригибаемся, закрывая лица от ударной волны.

Когда пыль оседает, на том месте, где стояла группа, зияет огромная воронка. Крольвы мертвы, а вокруг валяется несколько тел Пожирателей. К сожалению, без тел они пробудут недолго. Но Веспер нигде не видно. Каким-то образом ей удалось выскользнуть у нас из рук.

В меня взмывает нож. Я успеваю отпрянуть как раз вовремя, чтобы не получить удар.

Веспер скрипит зубами, с яростью размахивая своими парными кинжалами. Её лицо измазано кровью и чёрной копотью, но она и не думает сбавлять натиск. А моя мать больше не может использовать свою силу, не рискуя случайно задеть меня.

Я отражаю её удары, двигаясь с той быстротой, к которой готовился годами именно ради этого момента. Она шипит, орёт, но продолжает своё бешеное наступление. Мои теневые клинки полосуют её по бедру и по плечу, но раны её не останавливают. Они только ещё сильнее её разъяряют. Она бросается на меня, но внезапно её ножи с лязгом падают на булыжную мостовую, а сама она хватается за голову и кричит.

Мой взгляд взлетает вверх по улице, и я вижу, как к нам идёт Финн — его оранжевые глаза полыхают, рука вытянута в её сторону.

— Не убивай её! — приказываю я. — Она нужна нам живой. Если ты убьёшь её, она найдёт нового носителя.

Поначалу Финн не ослабляет хватку. Веспер корчится на земле, брыкается, воет, рвёт на себе волосы. Мои теневые мечи исчезают, и я обхватываю ладонями лицо Финна.

— Финн, ты должен остановиться. Она нужна нам живой.

Мать подходит к нему сзади и кладёт руку на плечо, и это словно выводит его из оцепенения.

— Финниган. Отпусти её. Твой брат хочет, чтобы она осталась жива.

Она бросает на меня взгляд, говорящий: ей бы хотелось убить её прямо сейчас, но это ничего бы не решило. Я ценю этот материнский порыв, но Веспер можно уничтожить только тогда, когда её душа будет заключена в священный клинок. И я намерен держать её в цепях до тех пор, пока не представится шанс избавиться от неё окончательно.

Оранжевое свечение исчезает из глаз Финна, и он снова становится собой. Отпускает Веспер, но та не двигается и не издаёт ни звука. Демон.

— Я её убил? — вопрос Финна звучит тихо. Мы смотрим на её тело.

Ронан догоняет нас, слегка побледневший, но уже не такой измотанный.

— Люди в безопасности, и, насколько я вижу, больше крольвов нет.

Он замечает тело Веспер.

— Мертва?

— Не уверен, — делаю шаг к ней, но Финн проходит мимо меня.

Он опускается на колени и кладёт руку ей на шею, пытаясь нащупать пульс. Но в ту же секунду, как его ладонь касается её, её глаза распахиваются, и она вонзает один из своих кинжалов ему в грудь.

— Финн! — кричит моя мать.

Веспер отталкивает Финна ногой и срывается вниз по улице со своими кинжалами, заливаясь смехом.

Я подхватываю Финна, когда он падает навзничь, кровь начинает сочиться у него из груди.

— Демон! Нам нужно доставить его к Шэй. Она сможет его исцелить.

— Мы не знаем, где она, — Ронан едва не плачет, тяжело сглатывая. — Гаванный район огромный.

Финн дышит с трудом, его грудь медленно поднимается и опускается. Я прижимаю ладонь к ране, и он стонет. По его лицу скатывается слеза, исчезая в линии волос.

— Отнесите меня в больницу, — хрипит он, в его глазах стоит страх. Не помню, чтобы брат когда-либо смотрел на меня с такой тихой тревогой. Но именно то, как он произносит: — У меня мало времени, — пробирает меня до костей.

Ронан отталкивает меня в сторону, прижимает руку Финна к ране у него на груди и подхватывает его на руки.

— До больницы около километра. Я бегаю быстрее всех. Донесу его туда. А ты найди Шэй и приведи её.

По щекам моей матери текут слёзы, и она не может совладать с собой. Я беру её лицо в ладони.

— Иди с ними. Будь сильной. Мы его спасём.

Она кивает, хотя я чувствую её отчаяние. Она — самая сильная женщина из всех, кого я знаю, и всё её тело горит ужасом. Я вижу это в её глазах. Её заставляют смотреть, как умирает один из её сыновей.

— Идите! — кричу я Ронану.

Ронан и моя мать срываются вниз по улице. Он прав. Из нас четверых, пока мы росли, Ронан всегда был самым быстрым. Адреналин, пульсирующий в нём, поможет ему прорваться сквозь усталость и вовремя доставить Финна к лекарю. Но мне нужно найти Шэй. Я ни на секунду не сомневаюсь: она сможет его спасти. Я мчусь к гавани. Мне понадобится не меньше десяти минут, чтобы добраться туда, а Финну нужно, чтобы я поспешил.

Я не позволю своему брату умереть.