– Анна… Моя милая Анна, – протянул Шон, ленивой походкой направляясь к девушке.

Она тяжело дышала и боялась даже пошевелиться… Ей казалось, что она чувствует своим сердцем твердый кусок дерева.

– 1:1, Шон, – усмехнулась она, но улыбка выглядела искусственной.

– Ну, вообще-то 1:2. Ты пока ведешь… Неприятное чувство, правда? – поинтересовался мужчина, приблизившись к ней вплотную. – Видишь… Я – хороший ученик.

– Я вижу… Ты решил мне отомстить?

– То, что я решил – тебя не касается.

– Отдайте девчонку Арману.

– Видишь ли, милая… У Блэкморов есть традиция: не отдавать девушек Арману, – произнес шутливым тоном Шон и пожал плечами. – Тебя же я тогда не отдал, и помог тебе исчезнуть.

– Почему ты тогда сдался ему прямо в руки? Сто пятьдесят лет меня мучил этот вопрос… Мы же могли сбежать вдвоем.

– Я не мог.

– Ах, великая братская любовь! – с сарказмом произнесла Анна.

– Это называется «семья». К сожалению, ты не знаешь такого слова.

Девушка попыталась пошевелиться, и из ее лёгких вырвался тяжёлый вздох.

– Достань кол. Он царапает мое сердце, – сквозь зубы процедила она.

– Да ну! Правда? У тебя есть сердце?

– Очень смешно…

– Значит, удар очень точный. У меня было много времени потренироваться, – улыбнулся Шон и приблизил к ней свое лицо. – Когда ты впервые использовала этот удар на мне? В тысяча девятьсот двадцать третьем?

– В двадцать четвертом…

– Это была новогодняя ночь… Ты ужинала своим покровителем в одном из отелей Парижа, как мне помнится… – в его голосе звучали нотки ностальгии. – А твое блестящее платье… Мммм… До сих пор помню, как оно падало к твоим ногам… Как и то, что было после…

– А почему бы нам не повторить? – хрипло прошептала она.

– Мне не понравилось, как ты простилась со мной утром, – едва касаясь ее губ, произнес Шон и провел пальцем по вырезу ее рубашки, остановившись на соблазнительной ложбинке.

– Я просто покинула тебя…

– Ты всадила мне в грудь кол и украла мое кольцо.

– Я вернула тебе его.

– Через двадцать лет, – язык Шона скользнул по ее губам. – Мммм… А на вкус все тот же сладкий яд… Стерва…

Шон немного отстранился от девушки и, подцепив пальцем одну из пуговиц, расстегнул ее, открывая себе больший обзор на упругую грудь.

– Одна тысяча девятьсот пятьдесят третий год. Нью-Йорк, – произнес он. – После той жаркой ночи ты вернула мне не только мое кольцо. Но ещё и деревянный кол. И опять вонзила сюда… – рука медленно двинулась вниз по груди и остановилась именно там, где торчало оружие. – Мне было очень неприятно, скажу я тебе… Но открытые шторы были последней каплей.

Анна усмехнулась, вспоминая их случайные встречи и бурные ночи … И каждый раз они расставались не лучшим образом…

– Почему, Анна? – Шон вновь нагнулся к ней и едва коснулся ее губ. – Я был таким плохим любовником?

– Ты был лучшим из всех, Шон, – хрипло прошептала Анна, и голубые глаза потемнели. – Потрясающий любовник…

– Так в чем же было дело?

– В том, что ты – Блэкмор. И, признаюсь, мне ты нравился всегда больше, чем Рэй. Я знаю, что ты меня любишь.

Взгляд серых глаз скользнул по красивому лицу. И Шон, поддавшись порыву, коснулся ее губ.

– Анна, – тихо прохрипел он, – знай… Хотеть и любить – разные понятия. И я очень буду по тебе скучать.

Одно движение его руки, и она почувствовала, как деревянный кол, который был так близко к сердцу, достиг цели…

Анна вздрогнула, а в голубых глазах промелькнул страх… Лицо мгновенно приобрело серый оттенок, а ярко-красные губы приоткрылись… Словно она хотела что-то сказать ему, но не успела.

Шон закрыл глаза и, тяжело вздохнув, прижался к ее лбу.

– Прощай, Анна. Прощай…

* * *

Рэй, в компании Джаспера, уже десять минут наблюдал за тем, как Софи рисует на полу непонятные символы. Огромный круг был разделен на тринадцать частей.

– Софи, может объяснишь? – уже в тысячный раз поинтересовался Рэй.

Она подняла на него глаза, которые обрели ярко-зеленый цвет.

– Они говорят, – прошептала она и вернулась к своему занятию.

Мужчины переглянулись и нахмурились.

– Мне кажется, что ты нашел себе не совсем нормальную женщину, – тихо произнес Джас.

– С ней говорят духи… Но вот ее глаза…

– Что дальше?! – Софи поднялась на ноги и приложила руки ко лбу. – Говорите, черт возьми!

– Я надеюсь, она не нам? – поинтересовался у друга Джас.

– Нет.

Софи подбежала к огромному столу и взяла оттуда книгу Сантино.

– У твоей женщины отменная фигура, – с улыбкой произнес Джаспер, скользнув взглядом по короткому светлому халату.

– Так… – недовольно пробурчал Рэй. – Пошел вон отсюда. Иди проверь, как Шон и Анна. И поторопи его.

– Ты ревнуешь?

– Хватит пялиться на мою женщину. Проваливай, Джаспер! – Блэкмор подтолкнул друга к дверям. – Давай…

– Ах, эта собачья ревность… – поддразнил его Джас и, получив в награду на свою реплику полный ярости взгляд, добавил: – Ладно, волчья ревность… Или всё-таки вампирская?

– Проваливай, мать твою! – рявкнул Рэй и сделал шаг к другу, увидев, что Джас снова с улыбкой взглянул на Софи.

– Уже ушел…

И дверь закрылась.

Рэй повернулся к Софи, продолжая хмуриться. Она сидела в своем коротком халате прямо в центре круга, держа на коленях книгу Сантино.

Черт возьми, она одеться не могла?

– Что ты делаешь? – громко спросил он, не в силах скрыть того, что до сих пор зол. Но не на нее… На Джаспера.

– Сегодня я открою Чистилище, – ответила Софи и резко вскрикнула, приложив ладони к вискам. – Что происходит?!

– Софи, – с тревогой произнес Рэй и тут же оказался рядом с ней, но не смог войти в круг.

Что за чертовщина?

Софи поморщилась от невыносимой боли, пронзивший тело, словно разряд тока. Ей казалось, что внутри нее разрастается невидимая сила, которая хочет выйти наружу… Голоса в голове становились все отчетливее и громче…

– Рэй, уйди! – закричала она, понимая, что находится на грани того, чтобы не выплеснуть прибывающую невидимую энергию. – Уйди! Быстро!

Блэкмор понял, что произошло.

Шон убил Анну, и к Софи пришли силы.

И едва он успел выскочить за двери, как пронзительный крик Софи разорвал тишину дома…

Звуки лопающих оконных стекол и падающих предметов по всему дому смешались с криком девушки…

Рэй с опаской оглянулся на распахнувшуюся внезапно дверь позади себя.

Софи продолжала сидеть в центре круга, закрыв глаза, и тихо шептала заклинание. Нарисованные ее рукой символы пылали голубым огнем, но взгляд Рэя был прикован к витавшим в воздухе тринадцати рубинам…

Каждый из них словно искал свой символ и, найдя его, опускался туда.

Надеюсь, эти голоса расскажут Софи, как управлять такой силой?

– Какого черта?! – раздался яростный крик Шона на первом этаже. – Что вы, мать вашу, сделали с моим домом?!

Блэкмор усмехнулся и перегнулся через перила лестницы.

– Скажи спасибо, что Софи его не сожгла, – крикнул он брату. – Она в этом профи.

– Не сожгу, – раздался обиженный голос позади него, и Рэй обернулся.

Софи поднялась на ноги и вышла из круга.

– Ведьмы не пробудятся, – произнесла она и, тяжело вздохнув, добавила: – Мы можем начинать.

Рэй же продолжал смотреть на любимую и даже не хотел представлять, какой силой она теперь владеет… Ее зелёные глаза стали такими яркими, словно внутри нее включили свет.

– Только для начала оденься, пожалуйста, – произнес Блэкмор, скользнув взглядом по идеальному и такому желанному телу, спрятанному под светлым коротким халатом. – И тогда мы начнем.

И да помогут нам все духи мира…

* * *

Софи быстро натянула на себя джинсы и темную футболку, выбрав их из вещей, которые привез ей Джаспер. Она собрала волосы в высокий хвост, не сводя взгляда со своего отражения в зеркале. Ярко-зеленый цвет глаз пугал ее и одновременно завораживал.

Внутри нее словно пылал огонь. Ей казалось, что ее сила настолько велика, что ей подвластны не только природные стихии… Все чувства обострились. Она ощущала эмоции мужчин, ожидавших ее на первом этаже…

Один грустит. Двое нервничают…

Софи взглянула на массивный стол и, вытянув руку, слегка пошевелила пальцами… Лёгкое голубое пламя прошлось по поверхности гладкой столешницы, разворачивая каждый предмет.

Она осмотрела взглядом комнату, понимая, что в ее голове умещаются тысячи заклинаний, о существовании которых она даже не подозревала…

Но это были не ее знания. Софи понимала, что это дар предыдущих сакрит.

Дар ее предков.

И теперь ей хватало знаний для того, чтобы открыть Чистилище. Ведь все, чем обладала Эвелин, теперь тоже находилось в ее власти.

Взяв в руки магический меч, Софи направилась к двери. Она чувствовала приближение Армана. Его черноту и ярость нельзя было спутать ни с чьими эмоциями.

Мало времени… У нас очень мало времени…

У нее был свой план, которой не приняли бы ее защитники. И для его удачного исполнения она была готова на все.

Даже вызвать гнев Рэя.

Арман стоял перед небольшим особняком и смотрел на разбитые окна. И он был чертовски зол.

Проклятая Анна! Я же сказал ей, чтобы она не вздумала сунуться к Блэкморам! Неужели она считала, что они отдадут девчонку?!

Когда Анна сама вернулась к нему за тем, чтобы рассказать всю информацию, которой владеет, Арман в который раз понял, что был прав, сохранив ей жизнь. Правда девушка просила его о том, чтобы он дал ей возможность самой убить Рэя, сказав, что хочет свести с ним старые счеты. Но он отказал ей в этой просьбе.

Не для этого он полтора века оставлял ее в живых, чтобы Блэкмор убил ее за секунду и пробудил окончательно магию Софи…

Глупые женщины! От вас один вред!

Черные глаза внимательно изучали распахнутую входную дверь, и Арман прекрасно осознавал, что опоздал.

Анна уже мертва, а Софи окончательно пробудила свою магию.

Но и на этот случай у него тоже был свой план. Он сделает все ее руками. Заставит открыть Чистилище и обойти магию тринадцати ведьм, чтобы не пробудить Вириата.

Потому что, если этот первородный охотник вновь схватится за свой магический меч, то Арман проиграет эту борьбу.

Один взмах оружия Вириата – и вампир отправится в Чистилище.

Хотя даже это я предусмотрел…

Лёгким кивком головы он подал знак молодым вампирам, окружившим особняк, как призыв к действию, и сам направился к дому.

* * *

– Начинай, Софи, – нервничал Джаспер, петляя по гостиной и постукивая пальцами по подбородку.

– Я это и делаю, – пробурчала недовольно девушка, расставляя по кругу горящие свечи. – Не мешай.

Рэй же поглядывал на сидевшего в кресле Шона, взгляд которого был прикован к мёртвому телу Анны.

Было видно, что он грустит по ней. Несмотря на ее стервозный характер, его младший брат был к ней неравнодушен.

– Шон. Ты как? – поинтересовался Рэй.

– Ты знал, что Анна убивала женщин, которые, по ее мнению, превосходили ее по красоте? – спросил Шон, подняв глаза на брата.

– Не знал. Но почему-то абсолютно этому не удивлен.

– Вечная жизнь ещё больше испортила ее.

– Я знаю, – Рэй взглянул на тело супруги. – Но, как сказала Анна, это был ее выбор.

– Может дать вам по носовому платку? – язвительно спросил Джаспер. – Посидите и поплачете над телом бедной Анны, вспоминая, какой она была. А мы тут с Софи откроем пока Чистилище, займёмся делом. Ведь выпустить могущественную ведьму это так, пустячок… Главное, это оплакивать Анну, – фыркнул вампир и, подойдя к Софи, тихо шептавшей заклинание, поджёг потухшую свечу.

– Если бы проводили конкурс на самого язвительного вампира, Джас, ты бы несомненно выиграл, – произнес Блэкмор, усмехнувшись.

– Я на границе, – сказала Софи, и мужчины тут же замолчали.

Каждый из присутствующих ощутил слабое дуновение ветра.

Софи попыталась сконцентрироваться… Тихий шепот в голове становился все более различимым. Она слышала духов… Их разговоры, их стоны боли, их плач…

Давай же, Эвелин, призови их к границе…

– Я смотрю, что успел как раз вовремя, – насмешливый голос Армана заставил девушку вздрогнуть и открыть глаза.

Он стоял в дверях гостиной, но не входил.

Софи быстро схватила маленький нож, лежавший рядом с не и, сделав на ладони надрез, прижала руку к медальону.

Успела…

Арман закрыл глаза и шумно втянул в лёгкие воздух.

– Боже, как чудесно пахнет твоя кровь, – протянул он и попытался сделать шаг.

Но врезался в невидимую преграду.

Защита?!

Именно в этот момент молодые вампиры попытались пробраться внутрь через разбитые окна гостиной… Но их попытки тоже не увенчались успехом. Один за одним они вспыхивали, стоило им коснуться узкого подоконника.

– Сними ее! – закричал Арман, обращаясь к кому-то позади.

В дверях появилась чернокожая девушка, как поняла Софи, одна из его ведьм.

– Не стоит, – ответила Софи, поднявшись на ноги. – Я сама выйду к тебе.

– Не смей! – Рэй подскочил к ней и встряхнул за плечи. – Ты с ума сошла?! Только попробуй! Я не позволю!

– Все будет хорошо, – она прикоснулась к его губам лёгким поцелуем. – Верь мне.

– Нет, Софи, ты к нему не пойдешь, – процедил сквозь зубы Блэкмор, понимая по решительному взгляду зелёных глаз, что она все равно сделает это.

Софи улыбнулась и попыталась отстраниться от него, но Рэй не позволил. Он крепче прижал ее к своей груди, целуя ее в макушку и остро осознавая свое бессилие.

– Отпусти.

– Нет. Сними защиту, и я пойду с тобой.

Она тяжело вздохнула, понимая, что то, что она сейчас сделает, вызовет в нем ещё больший гнев. Но по-другому было нельзя. Это часть ее плана. Больше никто не должен умереть.

Кроме Армана.

Подняв руку, она провела ладонью по красивому мужскому лицу.

– Отпусти, Рэй, – зелёные глаза стали ярче.

– Ты сама не пойдешь!

– А я и не спрашиваю.

Невидимая волна отбросила его от Софи, и он отлетел в стену. Джаспер и Шон тут же бросились к ней, но она, точно так же, раскидала их в разные стороны одним движением руки.

И, не теряя драгоценного времени, быстро выбежала из гостиной.

Стоило Рэю подняться на ноги, как он тут же, применив скорость, бросился к двери, но ударился о невидимую защиту.

– Софи! – прорычал он.

Когда она успела поставить защиту на комнату? Или защита на всём доме?

– Все будет в порядке, – улыбнулся Арман, который, сложив руки на груди, стоял у стены вестибюля и с интересом наблюдал за разыгравшейся сценой. – Софи просто закончит то, что начала… И только лишь потом я ее убью.

Блэкмор опустил голову, едва сдерживая растущую внутри ярость. Неужели он будет просто стоять и смотреть на то, как его любимую убивают?

– Сними гребаную защиту! – заорал он.

Но Софи, сделав один взмах рукой, сделала ее не только невидимой, но еще и не пропускающей ни единого звука.

Ей не хотелось слышать его яростных криков и вздохов бессилья.

Все будет хорошо. Верь мне, Рэй.