Самыми уличающими показаниями против Скотта Блэра вполне могут стать слова бродяги. Его зовут Винс Нокс. Это не настоящее имя. Он сменил его, когда вышел из тюрьмы. Помимо судимости, у него есть история бродяжничества. Последние несколько лет он живет в Неаполисе. Он находит работу там, где может ее найти. В основном случайные заработки. Он стрижет газоны, чистит водостоки. По выходным он толкает тачку по пляжу, чтобы собрать выброшенные банки и бутылки для наличных.

У него есть ржавый универсал и небольшая лодка с подвесным мотором. Каждое утро он выходит на ней ловить крабов. Он продает свой улов в местные рестораны, чтобы пополнить свой доход. Он заботится о раненых птицах с поврежденными крыльями; он заворачивает их в свои рубашки, чтобы они не замерзли. И он держится особняком. У него нет друзей. Если не считать птиц и бродячих животных, которых он кормит и о которых заботится, если они ранены.

Он спит там, где может преклонить голову. В хорошие времена это комната, если он может найти дешевую. В плохие времена он спит на заднем сиденье своей машины. Иногда он спит на пляже или в лодочном сарае. Именно там он был в ту ночь, о которой идет речь. В ту ночь, когда К. предположительно изнасиловали.

Винс Нокс был одним из свидетелей, вызванных адвокатом Скотта Блэра ранее. Он рассказал суду, как три года назад Скотт бросился в море в опасных условиях и спас тонущего мальчика, которого унесло течением. Винс Нокс сказал, что Скотт был героем.

Сегодня он снова давал показания в суде. На этот раз он не назвал Скотта героем. Он назвал его насильником.

Винс Нокс рассказал суду, что в прошлом году он жил в лодочном сарае, когда рано утром вышел и увидел К., лежащую полуголой на песке. Он подумал, что она мертва.

Когда она заскулила, он понял, что она жива. Он вспомнил, что видел синяки на ее теле. Ему показалось, что на нее напали. Он подозревал, что ее изнасиловали. Он снял рубашку и прикрыл ее наготу. Затем он подоткнул рубашку, как одеяло. Точно так же, как он делает с ранеными птицами, которых спасает. Он боялся, что она впадет в шок.

Он вернулся в лодочный сарай и наблюдал через щель между деревянными планками. Он сказал, что не хотел пугать ее, если она придет в себя и увидит его. Он устрашающий человек. На него страшно смотреть. У него шрамы на лице от ножевого нападения в тюрьме и татуировки, которые идут по всей шее.

Он не вызвал полицию или скорую помощь. Он утверждает, что у его мобильного телефона села батарея. Он признался, что мог бы отвезти ее в больницу на заднем сиденье своего универсала. Но он этого не сделал. Он боялся, что его прижмут. Возможно, его самого обвинят в изнасиловании девушки. Или предъявят обвинение в бродяжничестве и незаконном проникновении на чужую территорию. Этот человек провел большую часть своей жизни в тюрьме, поэтому он не верит, что власти оставят его в покое.

Итак, он приглядывал за К. из лодочного сарая, чтобы убедиться, что она в безопасности. Заглянув в щели в деревянных планках, он увидел, как Скотт Блэр вышел на пляж из своей спортивной машины. Скотт нес небольшую спортивную сумку темно-синего цвета. К тому времени девушка уже проснулась. Рубашка, которую Винс Нокс оставил на ее теле, соскользнула, когда она села, явно дезориентированная. Из своего укрытия в сарае Винс Нокс предположил, что Скотт пришел помочь девушке. Вместо этого Скотт легонько пнул ее в бедро кроссовкой. Как будто будил бродячую собаку.

Скотт приказал ей встать. Он велел ей помыться в ледяном пляжном душе. Он дал ей мыло и шампунь, которые принес в спортивной сумке. Сказал, что если она не смоет все улики, то он сделает это сам. «Лучше будь осторожна, – пригрозил он с ухмылкой, ощупывая ее обнаженное тело. – Одно может привести к другому. Я могу увлечься».

Когда она приняла душ и оделась, Скотт толкнул ее к лодочному сараю, где прятался Винс Нокс. Скотт предупредил ее никому не рассказывать о том, что он с ней сделал. Винс Нокс вспомнил, что Скотт получал особое удовольствие, упоминая некоторые из сексуальных актов, к которым принуждал ее. Он слышал, как Скотт сказал девушке, что разрушит ее репутацию, если она донесет на него. После этого Скотт дал ей денег и сказал потратить их на автобус до дома.

Поскольку показания К. вычеркнуты из протокола, то все, что она говорила в тот день в суде, не существует. Этого никогда не было. Присяжные не могут ссылаться на это. Они даже не могут этого вспомнить. Вот почему показания очевидца Винса Нокса так важны. И его показания были убийственными.

Несмотря на его грубую, резкую манеру поведения, я думаю, присяжные сочли его искренним. Простой человек, который говорил от всего сердца простыми словами. Они оценили его откровенность. Они поняли, что он ничего не выиграет от выступления, кроме как сказать правду. Присяжные, как и все мы, устали от процесса. Я вижу, что им понравилась его искренность.

Когда пришла очередь Дейла Куинна, он обрушил на Винса Нокса все, что мог. Он обвинил Нокса в том, что тот был вуайеристом, подглядывавшим за двумя подростками, у которых была романтическая интерлюдия на пляже. Он предположил, что показания Нокса мотивированы гневом на отца Скотта Блэра, который нанимал его в прошлом для обслуживания территории, но так и не взял на постоянную работу. Закончив очернять личность Винса Нокса, он сосредоточил свое внимание на поиске несоответствий в его показаниях. Пытаясь поймать его на лжи.

– Вы просите суд поверить, что проспали изнасилование? – спросил Куинн.

– Ветер ужасно раскачивает эти сараи, – ответил Нокс.

– Если сарай гремит так громко, что вы не можете услышать, как насилуют девушку, то как вы чудесным образом услышали, как обвиняемый обсуждает свои преступления с потерпевшей, как вы утверждаете? Разве вы не лжете, когда говорите, что подслушали этот предполагаемый разговор между моим клиентом и потерпевшей?

– Я не лгу. Я слышал каждое слово, потому что он прижал ее к стене лодочного сарая, где я прятался. Я был прямо по ту сторону этой тонкой стены. Меньше чем в дюйме от них. Я слышал каждое слово. Я не глухой. Пока еще нет, по крайней мере.

– Почему вы не обмолвились об этом, когда давали показания в прошлый раз? – спросил Куинн.

– Вы не спрашивали меня, совершил ли это Скотт Блэр. Изнасиловал ли он ту девочку. Вы спросили только о том, как он спас тонущего мальчишку много лет назад. Если бы вы спросили, совершил ли он это, я бы рассказал.

Так продолжалось некоторое время, пока помощник, ранее отосланный с поручением, не вручил Дейлу Куинну папку с записями. Куинн просмотрел заметки в папке, а затем попросил у судьи разрешения переговорить с помощником, который подготовил материал. Там явно было что-то, чего он не ожидал. Мы все наблюдали и гадали, что происходит, когда он повернулся к отцу Скотта Блэра, и двое мужчин сердито зашептались друг с другом. Это закончилось тем, что оба мужчины выглядели разъяренными. Вмешался судья. Он сказал, что у Куинна было достаточно времени, чтобы посоветоваться, и он должен продолжить свой допрос.

– Почему присяжные должны верить человеку, который убил двух своих друзей, врезавшись пьяным в дерево? – спросил Куинн. – Вы сидели в тюрьме за убийство тех мальчиков, не так ли, Бобби Грин? Потом вы вернулись сюда и сменили имя, чтобы никто не узнал о вашем криминальном прошлом.

В зале суда повисла жуткая тишина среди тех, кто помнил историю Бобби Грина.

– Я сменил имя, как и говорил ранее, потому что хотел начать все заново. Я отбывал срок вместе с Винсом Ноксом. Он спас мне жизнь. Не раз. Я хотел почтить его память. Вот почему я использую его имя. Я знал, что никто здесь не дал бы мне покоя, если бы знали, что я Бобби Грин, – ответил Нокс.

Когда ему было восемнадцать, Винс Нокс, тогда известный как Бобби Грин, летней ночью врезался на пикапе в дерево. Содержание алкоголя в его крови вдвое превышало допустимую норму. Автомобиль превратился в огненный шар. Его друзья погибли. Он получил сильные ожоги. Едва не умер. Он провел несколько месяцев в больнице и перенес несколько операций, спасших ему жизнь. Эти шрамы останутся с ним до конца жизни. После выздоровления он признал себя виновным в непредумышленном убийстве и отсидел срок. В последующие годы он провел больше времени в тюрьме, чем на свободе, пока несколько лет назад не вернулся в Неаполис, чтобы начать жизнь заново.

Если Куинн думал, что копание в открытых ранах прошлого Винса Нокса спровоцирует его на взрыв эмоций на свидетельском месте, то он сильно ошибался.

Винс Нокс, крепкий мужчина с редеющими каштановыми волосами и выпирающим животом, встал. Его татуированная шея и шрамы от ножевых ранений в тюрьме свидетельствовали о его нелегкой жизни.

Со слезами на глазах он повернулся к присяжным.

– Я никогда не говорил, что я хороший человек. Я сделал много плохого в своей жизни. Мне есть чего стыдиться. Я убил своих друзей. Врезался на пикапе прямо в дерево. Но это не имеет никакого отношения к тому, что произошло той ночью. Скотт, он плохо поступил с той девочкой. Он изнасиловал ее. А потом он сказал ей, что сделает это снова, если она когда-нибудь кому-нибудь расскажет. Я слышал, как он это сказал. Каждое слово.

Показаний Винса Нокса было достаточно, чтобы судья Шоу отклонил ходатайство Дейла Куинна о прекращении дела из-за отсутствия доказательств. Куинн выглядел удрученным. Утром он пришел в суд, ожидая, что дело будет закрыто к обеду. А вышел, как и все мы, не уверенным, каким будет вердикт.

Митч Элкинс и Дейл Куинн произнесли сильные заключительные речи. По версии Элкинса, Скотт Блэр – хищный насильник. Жестокий, расчетливый. Он сознательно и с полным преднамеренным умыслом заманил в ловушку девочку-подростка и изнасиловал ее, чтобы выиграть соревнование. Его совесть была нечиста с самого начала. Он пытался организовать алиби и делал все возможное, чтобы смыть улики. По версии Дейла Куинна, Скотт Блэр, в самом худшем случае, незрелый спортсмен, ложно обвиненный после добровольного сексуального свидания, о котором девушка пожалела задним числом и, подстрекаемая разгневанными, мстительными родителями и прокуратурой, попыталась использовать Скотта в качестве известного козла отпущения, чтобы удовлетворить общественное желание сажать в тюрьму мужчин, обвиняемых в сексуальных преступлениях.

Когда присяжные удалились из зала суда, чтобы вынести вердикт, я почувствовала, будто прощаюсь со старыми друзьями. В начале суда присяжные были незнакомцами. Друг для друга. Для меня. Для всех в суде.

В ходе судебного разбирательства я узнала их как личностей. Их мимику. Их нервные тики. Я видела, как они плачут. И смеются. Закатывают глаза в недоумении. В основном я видела, как они подавляют зевоту, осторожно поглядывая на часы. После двух недель дачи показаний им теперь поручено определить, виновен ли Скотт Блэр вне разумных сомнений в изнасиловании и сексуальном насилии.

Некоторые говорят, что бремя разумных сомнений является одной из причин, по которой так мало дел об изнасиловании заканчиваются обвинительным приговором. Это сложный стандарт, когда дело касается сексуального насилия, потому что редко бывают свидетели, кроме самих сторон.

Идея о том, что вина должна быть доказана вне разумных сомнений, восходит к британскому юристу XVIII века сэру Уильяму Блэкстону, который в своих основополагающих трудах, лежащих в основе нашей правовой системы, писал: «Лучше пусть десять виновных избегут наказания, чем пострадает один невиновный».

Исследования показывают, что насильники, как правило, совершают повторные преступления чаще, чем другие преступники. Они продолжают насиловать снова со скоростью около пяти изнасилований в течение жизни. Это означает, что десять виновных насильников, которые избегают наказания, перефразируя сэра Блэкстона, могут дальше изнасиловать еще сорок невинных женщин. Интересно, что сказал бы об этом сэр Уильям Блэкстон?

Присяжные рассмотрят доказательства и обсудят обстоятельства дела. Затем они будут голосовать, пока не вынесут единогласный вердикт. Либо они признают Скотта Блэра виновным. Либо они признают его невиновным. Узнаем в ближайшие часы или дни.

Меня зовут Рэйчел Кролл, и это подкаст «Виновен или нет», который переносит вас на скамью присяжных.