Смысл фотографии – подтверждение факта.

Петя хвастает, что поймал двухголового судака. Возникают подозрения, что Петя врёт. Но Петя показывает фотку, где они с этим судаком распивают бутылку на троих – и подозрения развеяны.

Так было прежде. Сегодня искусственный мозг может за минуту сварганить фейковый снимок, на котором ты целуешься с Екатериной Второй, и он будет убедительнее настоящего, где ты жуёшь пирожок на фоне её памятника.

Подлинность фотографий, представленных здесь, несомненна. Её подтверждает, во-первых, их недостаточное качество, а во-вторых, избыточное количество на них меня, что искусственный мозг счёл бы нескромным. Меня могло быть ещё больше, но, увы, не каждый герой этой книги позаботился о том, чтобы в кадре я оказался с ним рядом.

1986. Вечер по случаю 75-летия Аркадия Райкина. За кулисами Шура и Миша. Рядом, конечно, Гриша. Тут же моя жена Таня. Ну и я, конечно.

Тут всё связано с Мишей.

Конец 70-х. Одесса. 2 апреля. Гуляем на моём дне рождения.

Конец 90-х. Одесса. 1 апреля. Меня гуляем завтра. А сегодня – Рабиновича. Открыли памятник знаменитому герою одесских анекдотов. Идея – Жванецкого. На памятник небрежно облокотился его автор – Резо Габриадзе.

Фото Юрия Роста

Снимок, который Миша мне подписал, когда ему было сорок, а мне – не помню.

Наташа Жванецкая, Юрий Рост и я – на открытии выставки к 90-летию со дня рождения Михаила Михайловича. Экспозиция смотрелась очень достойно. А мы – как могли.

Фото Дмитрия Чунтула

Здесь всё – Сочи. «Кинотавр».

Этот снимок – редкий. На нём сошлись Марк Рудинштейн, Гриша Горин и Владимир Спиваков. Однако редкий он не поэтому, а потому, что все мы – в пиджаках. Общепринятой формой дневной одежды на фестивале были плавки, а вечерней – шорты.

Оказался между Данелией и Пуговкиным и зажмурился от удовольствия.

Футбол. «Кинотавр» против сочинской мэрии. Поле покидает Саша Абдулов, изнурённый беспощадным соблюдением спортивного режима. На замену выхожу я – на таком же пике формы, да ещё с травмой колена. Через минуту воздушная волна от пролетающего мяча швыряет меня наземь – вывихиваю вторую ногу. С воем уползаю за кромку поля. Добрые болельщики подносят стакан, несут в радиорубку и суют в руки микрофон. Принимаюсь комментировать игру – на весь стадион. Что плету, соображаю плохо, но публика хохочет. В стакан непрерывно подливают, что повышает градус комментария. Финальный свисток звучит вовремя.

Гриша Горин и я. До сих пор не знаю, почему нас путали. Казалось бы, с первого взгляда видно – ничего общего.

Сметливые одесские дельфины сразу поняли, что мы с поэтом Игорем Иртеньевым легко поддаёмся дрессировке.

Знаменитый переводчик Михалёв, сиамский кот Пленум и я на кухне у меня дома. Качество не слишком, поскольку все трое не слишком трезвы.

Фотография с Юрием Никулиным не сохранилась. Зато нашёлся снимок, который он в конце 60-х подарил моему отцу после своего выступления в ленинградском Доме журналиста. Отец, работавший там, вёл его вечер.

Полина Осетинская и Клара Новикова. Женщины и вообще моя слабость, а уж эти две…

«По-моему, – сказал я Юре Росту, – главное в искусстве фотографии – вовремя попасть в кадр». «Именно», – согласился он. И сделал этот кадр. Меня вы, ясное дело, узнаете сразу, но, если присмотреться, там ещё Белла Ахмадулина, Михаил Горбачёв и Егор Яковлев.

Фото Юрия Роста

А тут Рост сам попал в кадр. Вместе с ним – молодые Семён Альтов, Валерий Хаит, Виктор Лошак и человек, которого из скромности не называю.

Фото Юрия Роста

Выставка работ нашего друга Роста. Мы с Мариной Неёловой на фоне его снимка, где она же, Марина, с Юрским и Раневской. Сознаю, что вошёл в историю.

Хотел сделать собственный фотографический портрет Роста. Но опасаясь, что не хватит умения, решил ударить графикой.

1991. Мы с Татьяной ведём вечер по случаю 75-летия Гердта. На сцене стоит ещё и фанерный Зиновий Ефимович. Таня, похоже, перепутала и целует именно его. Я на снимке представлен изящным башмаком.

Это мы с Таней в гостях у Лёни Филатова и Нины Шацкой. Снимается сюжет для новогодней телепрограммы. Но главный герой съёмки очевиден – на него смотрят все четверо.

Середина 70-х. Виктор Биллевич, Семён Альтов и я. Выступаем со своей программой «Смейтесь на здоровье!». Нельзя сказать, что лица на снимке этому бодрому названию соответствуют. Но зал чему-то смеялся…

А здесь уже сильно 2000-е. Вити больше нет, а мы с Сеней на сцене – кажется, мой вечер. И ведь времени-то совсем немного прошло, а как лица повеселели!

Фото Юрия Роста

Одесса. Боречка – Борис Давидович Литвак.

Москва. Аркадий Инин.

Сюда не вместить всех друзей, которых хотелось бы ещё раз обнять. Что уж говорить о подругах.

Однажды Боба Жутовский меня нарисовал. Подхалимы тут же заявили, что портрет лучше оригинала. Я поклялся отомстить. Боба сказал, месть удалась. Он вообще был сострадателен.

Фото Юрия Роста

Однажды мы с драматургом Александром Червинским посидели в уличном кафе города Кёльна. Решили на память сфоткать друг друга. Получились очень хорошо – особенно я. Вдохновившись, решили прибегнуть к иным художественным средствам. Сашино произведение более философично: бюст Сократа и рюмка придают моему образу надлежащий объём. Моя же работа примыкает к течению примитивизма. Гоген, Пиросмани… В общем, уровень понятен.

Аркадий Арканов,

Вадим Жук,

Виктор Ильченко,

Александр Кабаков…

А сколько было ещё других собутыльников!

Мы с Александром Адабашьяном полагаем, что только жизненный опыт позволяет создавать достоверные образы на экране (кадр из фильма «Московские каникулы»).

Конец 70-х. Ленинград. ДК им. Горького. Гримуборная Аркадия Райкина. Готовится спектакль «Его Величество Театр». Читаю Его величеству очередное художество. Трепетнейший момент. И тут всовывается фотокор «Вечёрки» Валя Голубовский – и щёлкает.

Начало 80-х. Ленинград. ДК им. Первой пятилетки. В антракте спектакля «Его Величество Театр» ведём с Костей Райкиным творческую беседу. Тонкий духовный момент. И тут подбегает фотокор «Вечёрки» Валя Голубовский…