Влад

Я перешагнул порог своего дома и замер, прислушиваясь к звукам. Подойдя ближе к лестничному проему, отчетливо уловил смех Миланы. Заливающийся, радостный.

Пиздец.

Бросил ключи от автомобиля на стеклянный столик в прихожей.

Шикарный получился замес!

На что рассчитывает Лана? Что вот так можно запросто вернуться в свою прошлую жизнь, где тебя встретят с распростертыми объятиями.

Я прошел помещение столовой и оглядел стол, где еще стоят столовые приборы, которые расставляла Кира. Большое блюдо с бутербродами, нарезанный разными геометрическими фигурами сыр разных сортов. И рассыпанный чай из железной коробки, которая валяется тут же. Похоже, что сюрприз был неожиданным для всех.

Я в запале откинул стул, на котором обычно сижу за столом, и он с грохотом покатился по мраморному полу.

Я подошел к холодильнику и достал бутылку с виски. Плеснул в стакан со льдом и подошел к окну.

Вот теперь разгребай, Владислав Андреевич, это дерьмо.

Вопросы имущественного характера, как и вопрос с родительскими правами, нужно было решить давно. И не было бы эффектного появления жены на пороге этого дома.

Бывшей жены.

Всё время прятал голову в песок.

Я сделал ещё один глоток, и янтарная жидкость расплылась горячим теплом по венам.

— Пить с утра — плохая привычка, — пропела Лана, медленно подходя ближе. Каблуки дорогой обуви отстукивали осторожные шаги.

Я развернулся и уставился в карие глаза, которые на свету казались янтарными. Тот же идеальный овал лица. Сцепил зубы, чтобы не выпустить злость, играющую по венам вкупе с хмелем.

— Влад, прости меня, — полушепотом просит моя бывшая жена.

Глаза Ланы увлажнились. Но я знаю, что Светлана Владимировна — прекрасная актриса.

— Я хочу вернуться к вам. Хочешь, на колени встану перед тобой, — Лана сняла бежевые босоножки и опустилась передо мной на колени.

— Простишь?

Я молча глотал свой виски и всё это время думал, что эту картину когда-то хотел увидеть больше всего в жизни.

— Не перед тем человеком упала на колени. У дочери своей проси прощения, — я обогнул растянувшуюся в реверансе Лану и направился к выходу.

— Если ты думаешь, что в нашу жизнь с Милой можно так просто вернуться, ты глубоко заблуждаешься, — бросил, не поворачиваясь.

Я поднялся на второй этаж и осторожно зашёл в детскую. Мила, обхватив руками колени, сидела на кровати, уставившись стеклянным взглядом в окно. Сердце пропустило оглушительный удар. Еще один.

— Мила! — Громыхнул, стараясь не показать страх, разливающийся следом. Я прекрасно помню такой же стеклянный взгляд дочери три года назад. В никуда.

— Па-а-а! — полушепотом ответила Милана. — Мама никуда не уйдёт?

Я шумно выдохнул и внутренне чертыхнулся.

— Никуда. Если вернулась, значит, никуда не уйдет. — Я сгреб дочь в охапку, немного встряхнул, чтобы вывести её из прострации.

— Мил. Всё хорошо. Ты слышишь меня, — внимательно заглянул в карие глаза дочери.

— Да, папуль. Она меня не бросила. Она всё время была рядом. Просто у неё работа очень сложная, поэтому мамы так долго не было, — пролепетала Мила.

Да чтоб тебя, Лана.

Я снова внутренне выругался.

Работа сложная! Кувыркаться в постели с другим мужчиной, забыв обо всем на свете.

Я прочистил горло. Собравшийся ком сдавливал глотку.

— Влад. Вот ты где? Может быть, всё-таки позавтракаем? Вместе. С нашей дочерью. — Напускно игривый тон Ланы был противен.

— Па-а-п, — произнесла Мила и, вскочив с кровати, потянула меня за руку. — Пошли.

— Комнату выбираешь на первом этаже. Увижу здесь, спущу с лестницы, — произнес вполголоса над ухом Ланы. — На что-то другое можешь не надеяться. И думай, сколько хочешь денег за свою часть дома.

— Тебя, Влад, хочу, — голос Ланы осёкся. — И Милку. Больше не нужно ничего. Я согласна на все твои условия.

Кира

Я позавтракала у Лизы. Если можно так назвать мои попытки затолкать в себя творожную запеканку, которую я переминала тонкой золотистой вилкой.

— Кир, ты что, не в духе? — Пронзительный взгляд Ника вывел из прострации. — Что-то случилось?

Лиза уговорила остаться на завтрак. Скорее настоятельно скомандовала.

— Всё норм. Неделя выдалась тяжелой, поэтому даже в это прекрасное субботнее утро я выгляжу как пожёванный башмак, — я натянуто улыбнулась.

Руслан весело засмеялся. Ему, похоже, чрезвычайно понравилось, что его тетка выглядит именно таким образом. Я даже сама улыбнулась. Впервые за всё это дурацкое утро.

— Лучше расскажите о себе. У меня ничего в жизни интересного нет. Больница, пациенты, — я, наконец, проглотила кусочек творожной запеканки, который заботливо положила на белоснежную тарелочку Лиза. Сестра сидела рядом, изредка сканировала своим внимательным взглядом серо-голубых глаз.

— Вчера сделал предложение твоей сестре сменить фамилию Смирнова на более интересную, — выдал новость с очевидной радостью Давыдов.

— Блин, ребята, ну я так рада за вас! — Немного опешила от новости.

Я обвела взглядом троицу.

Лиза склонила голову набок. Умиротворенная, как никогда. От счастья сверкают глаза. Никогда не видела свою сестренку такой…

Руська вертел головой, поглядывая на своих родителей. Милая мордашка, вся перемазана в сметане.

Ник... Горделивый профиль красивого мужчины. Карие, почти черные глаза сияли похлеще, чем у моей сестры.

От всех исходила аура любви. Скорее даже семьи. Как будто не пару месяцев назад, наконец схлестнулись эти двое, а прожили вместе все эти пять лет.

От этих мыслей стало немного себя жаль. Сначала с Маховским не задалось. Теперь с Богдановым облом вышел.

Только сейчас замечаю колечко на безымянном пальчике Лизы.

— Лизи, я такая невнимательная, — мне казалось, я вот-вот расплачусь.

Так, Кира. Стопэ.

Что за сопли?! Ну, появилась на твоем амурном горизонте жена Богданова. Но и черт с ними. Разберемся.

Нет. Вырвем из сердца ненужное чувство. Уже проходили.

— Маме с папой сказали? — Поинтересовалась тут же.

— Ты первая узнала, — ответила Лиза.

— Ну, это было ожидаемо, — растянулась в улыбке. — Когда регистрация?

— Думаю, через пару месяцев. Как раз спадет эта изнуряющая жара, — произнесла Лиза.

— Возможно, раньше, — внес коррективы Давыдов.

— В любом случае, в узком кругу, — поспешила рассказать Лиза. — Очень близкие люди. Наши родители и мама с сестрой Ника.

— Я рада за вас, — радостно вздохнула.

— Маме не говори ничего. Я всё расскажу им сама.

— Обижаешь Лизи, — с укором взглянула на сестру. — Думаю, родители и сами понимают, что ваша регистрация — это дело времени.

Я откинулась на спинку стула.

— Ну, хоть одна хорошая новость.

Лиза так долго ждала и заслужила счастье.

— Так, народ у вас хорошо, — я отодвинула тарелочку от себя, — но мне нужно мчать домой. Лиз, спасибо за вкусный завтрак.

Я встала из-за стола.

— Пойдем. Я тебя провожу, — Лиза поднялась вслед за мной.

Я нырнула в свои балетки и оперлась об стену в прихожей.

— Ну и видок у тебя, — усмехнулась Лиза.

— В чем была, в том и сплыла. Представь, что ты вальяжно передвигаешься по кухне и завариваешь чай, а повернувшись, встречаешься взглядом с бывшей женой твоего мужчины. Или не бывшей, — я усмехнулась следом. — Но об этом мы ещё услышим. Я надеюсь, что услышу объяснения.

— Не накручивай себя, — уже в дверях бросила Лиза. Я махнула сестре на прощание рукой и железные створки с легким скрежетом закрылись.