25

Елена

Чикаго

Прислоняюсь лбом к прохладному стеклу машины. Дождь колотит по крыше, размывая вид за окном. Во мне столько обезболивающего, что это наверняка должно быть опасно для жизни. Но иначе пережить полет было бы нереально.

Когда Джулия впервые за три года увидела меня в чем-то помимо юбок и платьев, то выпалила «Я не думала, что тебе настолько плохо», но думаю дело было еще и в моем нездоровом оттенке лица. Мне чудом удалось убедить ее не искать врача в резорте, а вернуться в город, как мы и планировали изначально. Но проблема остается. Их даже две.

Я не знаю, получится ли скрыть пулевое ранение от Сандро.

И встрече с Ильей Бариновым все же не суждено сегодня случится. Не уверена, что смогу не то, что трахаться с ним, но даже просто поддерживать нормальный разговор и при этом не корчиться от боли. Вот только он нетерпелив, и я не удивлюсь, если он попытается сам выйти со мной на связь.

Иными словами, я как минимум по горло в дерьме.

Радует, что хотя бы ненадолго получилось избавиться от Орландо. Если Эдда говорит, что Сандро не станет с ним связываться, значит, так оно и будет. И дело вовсе не в Сандро. Сестра найдет способ прибить яйца Конте к стене. Так что на одну проблему у меня все же поубавилось.

–Signora, sta bene? – спрашивает Леон с пассажирского сидения впереди, и я распахиваю глаза.

Все ли у меня хорошо? Да просто чудесно.

– Просто небольшое отравление, Леон. – отвечаю относительно нормальным голосом и выпрямляюсь на сиденье, тут же перехватывая обеспокоенный взгляд Фабио в зеркале заднего вида. – Все в порядке. Пару дней полежу дома и оклемаюсь. У меня такое бывает.

– Через час будем на месте. – сообщает Фабио, немного ускоряясь.

Я снова закрываю глаза, пытаясь какая-то оттеснить боль. Не знаю точно, сколько проходит времени, но в какой-то момент машина начинает вилять то в одну сторону, то в другую, будто Фабио снова и снова меняет полосы, пытаясь обогнать как можно больше машин. Я знаю, что дело точно не во мне, потому что наш кортеж всегда двигается в определенном порядке. Сначала машина заместителя начальника охраны, в которой находится Карла с детьми, потом машина Джулии, отдельная машина охраны, и мы замыкаем.

Именно поэтому я догадываюсь о том, что происходит еще до того, как Фабио это озвучивает:

– У нас хвост. Четыре машины.

Распахиваю глаза.

– Шесть. – возражает Леон. – Еще две сели на хвост, как только мы выехали с резорта.

Значит, они знали, где мы находились.

– За нами следили. – озвучивает мои мысли Леон, по голосу слышу, что он напряжен, а это дурной знак. Леон один из старших командиров Сандро, ему уже давно за сорок, и дело свое он знает хорошо, а значит угроза далеко не из рядовых.

Достаю свой телефон из сумочки рядом и открываю навигатор. На фоне слышу, как Леон связывается с машинами впереди. Всего у нас десять человек с пушками, у русских, –а я почти уверена, что это русские, – при лучшем раскладе двадцать, при худшем двадцать четыре бойца.

Просматриваю карту и местность, где мы сейчас находимся. Скорей всего, нас попытаются…

– Впереди выход на одностороннее шоссе. – сообщает Фабио.

…окружить или вытолкнуть с трассы.

– Знаю. – хмуро сообщает Леон.

Все зависит от того, какова их цель – схватить нас живыми или же убить. Вероятность того, что впереди нас поджидает еще больше машин крайне велика. Но возможно есть выход…

– Босс. – вдруг отрезает Леон, и я поднимаю голову.

На маленьком экране, присоединенном к сидению передо мной светится входящий вызов.

– Докладывайте. – разносится голос моего мужа по салону, и кажется он тоже едет в машине.

Почему он не позвонил Рино, заместителю начальника? То есть, тому, кто в машине Карлы.

Леон не успевает ответить, слева в нас врезается черный джип, и меня отбрасывает в дверь. Живот вспыхивает болью, и я стону, подавив вскрик.

– Елена! – раздается мое имя тут же сквозь шум дождя.

Цепляюсь пальцами одной руки в дверцу, другой в сидение, и проглатываю боль.

– Не дай им обогнать нас. – рычит Леон Фабио.

Фабио обгоняет одну из машин и вырывается вперед.

– Елена ты в порядке? – уже сдержанней спрашивает Сандро.

Я сглатываю и медленно выдыхаю, уткнувшись затылком в сидение.

– Да.

– Мы уже едем к вам.

То есть, ему уже доложили и о том, где мы, и о том, что происходит. Тогда почему он звонит? Трясу головой. Сейчас это вообще не имеет значения.

– Сандро.

– Я здесь.

– Я собираюсь сделать кое-что, что тебе может не понравится.

Пауза.

– Слушаю.

– Впереди перед выездом на шоссе есть туннель. Односторонний. Карла с Джулией успеют проскочить, охрана с ними на случай, если что-то пойдет не так. А мы перекроем дорогу.

– Нет. – тут же отрезает Сандро.

– Ты не успеешь.

Фабио резко ведет машину вправо, и я до крови прикусываю губу.

– Мы сможем выиграть время. – продолжаю, выдыхая.

– Я сказал, нет.

– Там в машинах трое маленьких детей и твоя беременная сестра.

– А ты моя жена. – отчеканивает каждое слово.

На мгновение прикрываю глаза, впитывая эти до того банальные слова. Это просто факт. Однако я знаю, что для Сандро это значит куда больше.

– Прости,amore. Но я не спрашивала твоего разрешения.

Я сбрасываю вызов, и набираю на экране номер машины Рино, но отвечает мне другой мужчина.

– Да.

Объясняю свой план и говорю ему сворачивать в хренов туннель, к которому мы стремительно приближаемся.

– Босс велел двигаться в сторону города и никуда не сворачивать. – иными словами «срать я на тебя хотел».

Но затем слышится голос Рино:

– Да, босс, принято. – видимо он на телефоне с Сандро, а после раздаются слова, которых я никак не ожидала услышать. – Делай, все, что говоритsignora.

На моих губах непроизвольно появляется слабая улыбка.

Машина ускоряется, и я зажмуриваюсь, пытаясь сосредоточиться на шуме дождя. Он барабанит в такт с моим сердцем.

Если в туннеле нас ждут, мы все окажемся в ловушке. Этот путь не ведет в город, но Баринов вполне мог перестраховаться таким образом.

Если туннель свободен, в ловушке окажусь только я.

Забавно, мне казалось, что последние крупицы эмпатии уже давно сгорели, но оказывается, что-то осталось. Я просто слишком хорошо помню своего племянника. У него был такой звонкий смех, и он не просил приводить его в этот мир, он был невинен. И эти три мальчика, что сейчас где-то там впереди въезжают в туннель тоже невинны, как и Джулия, которая даже в единорогов может поверить, если привести солидные аргументы.

Они заслуживают спасения.

Я нет.

Но мне и не нужно, чтобы меня спасали, верно? Я сама справлюсь. Сама себя вытащу.

Дождь бьет по крыше, отдаваясь густым шумом в ушах, а затем в один миг стихает. На место ему приходит гул, и я открываю глаза. Мы в туннеле. Вдалеке вижу, как машина охраны выскальзывает, и появляется просвет.

Они проскочили. Это не значит, что там где-то их не поджидают, но с груди один из булыжников определенно соскальзывает.

– Держись. – говорит мне Фабио, и я цепляюсь за все, что могу, приготовившись к боли.

Машина сбрасывает скорость, а затем резко разворачивается на ручнике, вставая поперек туннеля с диким скрежетом шин.

От боли дыхание перехватывает, и тело пробивает дрожь.

– Елена?

Я выдыхаю, и смотрю на Фабио. Он протягивает мне пистолет, обхватываю холодный метал дрожащими пальцами.

– Они не пошли на таран. – сообщает Леон, открывая свою дверь и тут же выбираясь наружу. Фабио ловко перелезает следом через центральную панель.

Значит, я нужна Братве живой.

– Мы задержим их настолько, насколько сможем,signora. – бросает мне Леон. – Ни при каких обстоятельствах не покидайте машину.

На этих словах он захлопывает дверь. Поворачиваю голову налево и в тусклом свете вижу черный джип, из которого выпрыгивают сразу четверо. В следующее мгновение на меня обрушивается шквал выстрелов. Пули отскакивают от окон и дверей. Фабио отстреливается, прячась за капотом, а Леон за бампером. Двое русских падают, но остальные возвращаются к машине и переходят в оборону, занимая позиции за открытыми дверьми. Вот только долго это вряд ли продлится, их все еще больше двадцати. Возможно, пара машин осталась на въезде в туннель, чтобы не дать кому-то проехать. Возможно, еще пара машин решила догнать наших в объезд. Но даже при всех этих раскладах, их все равно больше.

Телефон рядом звенит, и мои брови невольно лезут на лоб. Сандроникогда раньше мне не звонил. Отвечаю, приложив телефон к уху.

– Больше никогда не сбрасывай меня так.

Отчего-то на губах снова оживает улыбка. Не знаю, может от обезболивающих или просто его голос на фоне перестрелки как-то даже успокаивает.

– Как скажешь. – отвечаю, сглотнув.

– Ты ранена?

Опускаю пистолет на колени и прикладываю руку к своей ране, липкая кровь уже пропитала наложенную Эддой повязку.

Merda.

– Нет. – отвечаю, уткнувшись затылком в сиденье.

Что-то ударяется о мою дверь, и я вздрагиваю.

– Черт.

– В чем дело? – тут же требует Сандро.

– Кажется, Леона ранили.

Или убили.

Мы оба знаем, что Фабио один долго не продержится. У него как минимум не так много оружия, как у наших противников. Пули закончатся очень скоро, и русским это известно.

– Ты вооружена?

– Да.

Тишина. Я лишь слышу, как на том конце снова и снова сигналят машины, словно Сандро нарушает всевозможные правила.

Не понимаю, зачем он позвонил, почему не сбрасывает, но тут он спрашивает:

– Тебе страшно? – этот тон его голоса мне незнаком.

Если б знала своего мужа чуть хуже, то решила бы, что он почти заботливый. Да и сам вопрос странный. Сандро не говорит, не бойся, как сказали бы другие. Он не пытается успокоить, просто хочет знать, что именно я чувствую.

И это тоже в новинку. Раньше его не особо заботили мои чувства.

– Я не хочу умирать. – признаюсь честно. – Но Сандро, я не стану твоей слабостью. Меня не так воспитали. – облизываю пересохшие губы. – Живой они меня не получат.

Пауза.

– Я боялся, что ты так скажешь.

И снова моих губ касается улыбка.

– Где ты? – спрашиваю.

Пауза.

– Я еду за тобой.

Стискиваю телефон, пытаясь сморгнуть это странное ощущение на глазах. Это не могут быть слезы. В них нет никакого смысла. Я с пятнадцати лет не плакала.

– Тогда скоро увидимся. – улыбаюсь, чтобы он услышал улыбку, понятия не имею зачем.

Он долго не отвечает. Целую вечность. И я не сбрасываю, потому что он сказал так не делать. Поэтому просто жду…

– До встречи, Елена.

И даже тогда, он не сбрасывает звонок первым. Это делаю я.

Делаю глубокий вдох, крепко сжимая пистолет одной рукой, и опускаю окно со своей стороны.

– Фабио.

– Я сейчас немного занят.

– Я выхожу.

– Что? – он пригибается, и смотрит на меня, широко распахнув свои серые глаза.

– Прикроешь меня, когда открою огонь.

– Нет, Елена.

– У нас больше шанса перебить их изнутри. Спрячься, пусть думают, что попали.

Я не жду, что он ответит, и засунув пистолет в штаны сзади, перелезаю на другую сторону, открываю дверь. Выстрелы мгновенно стихают.

– Не стреляйте. – прошу дрожащим голосом и стиснув зубы, выбираюсь из машины.

Спасибо моей черной одежде, иначе кровь, что уже начинает впитываться в брюки, было бы видно.

– Пожалуйста. – поднимаю руки, сжатые в кулаки. – Не убивайте.

Делаю пару шагов вперед, и еще, а потом понимаю, что ноги едва держат. Все немного плывет перед глазами. Пульс гремит в ушах, но я все равно слышу русскую речь. Вперед выходят четверо, еще одному говорят проверить Фабио с Леоном. Трое приближаются ко мне, слегка опустив оружие, остальных не вижу.

Господи, пожалуйста, мне нужно только немного сил. Еще чуть-чуть. Прошу.

Они уже оказываются на расстоянии вытянутой руки, когда это происходит. Выстрелы. Очень много. Где-то за их машинами в глубине туннеля. И этого вполне хватает. Три головы передо мной отворачиваются, и я достаю пистолет.

БАМ. БАМ. БАМ.

Кровь брызгает в лицо, рука дрожит. Справа раздается еще один выстрел – Фабио убивает того, что приблизился к нему, а затем и того, кто остался у машины. Все происходит быстро, и я не осознаю, как отступают назад, пока не приваливаюсь спиной к холодному металлу.

Спасибо.

– Ты как? – рядом со мной возникает Фабио.

– Аптечку быстро.

Он открывает заднюю дверцу, и лезет под сиденье. В этот момент из туннеля появляется еще русский. Я поднимаю руку и стреляю, но попадаю в плечо. Пробую еще. Тело падает рядом с остальными.

Фабио кладет аптечку на бампер слева от меня.

– Мне нужно, чтобы ты снял швы и быстро. – задираю кофту и срываю пластырь с повязкой, наложенный Эддой. – Это спрячь, потом сожги вместе с нитками.

Фабио не задает лишних вопросов и сразу приступает к делу, разрезает шов. Ноги едва не подкашиваются, но я не даю себе упасть.Еще немного.

– Будет больно. – предупреждает, и появляется еще один ублюдок.

Я снова поднимаю руку.

Выстрел.

– Быстрее. И не забудь продырявить мне кофту. – цежу сквозь зубы, тяжело дыша.

Он выполняет все так быстро, как может. Боль едва не ослепляет меня. Конечности дрожат, а пот собирается на висках. Нужно отвлечься…

–Ты сообщил русским о том, где мы? – выдыхаю.

Его пальцы на мгновение замирают, и наши глаза встречаются.

– Нет. Я бы так тебя не подставил – резко отвечает он и опускает взгляд на мою рану, добавляя едва различимым шепотом. – Я сообщил только о поставке, которую собирается перехватить Сандро.

Киваю.

Я не сомневаюсь в том, что он сообщил бы мне об угрозе. В конце концов, с тех пор, как я два года назад узнала о том, что Фабио шпионит для Братвы, он всегда в первую очередь оповещал меня. В этом и заключается наша маленькая дружба. Я не мешаю ему по-своему мститьFamiglia, а он держит меня в курсе того, какую информацию передает.

– Для Сандроты вынул пулю.

– Да знаю я. – огрызается, прикладывая к ране чистую повязку, и из моего горла вырывается крик.

Впереди еще кто-то появляется, и я поднимаю дрожащий пистолет, но тот тут же выпадает из руки, когда я вижуего. Зеленые холодные глаза и брызги крови на лице.

– Сандро. – с губ срывается шепот.

Фабио мгновенно отнимает от меня руки и отходит в сторону к стене.

– Елена. – произносит Ломбарди так, будто я гребанный ответ на все его молитвы, а затем срывается на бег, находу убирая пистолеты в кобуру.

– Ты пришел. – говорю, прижав руку к ране, и он вдруг оказывается передо мной, обхватывает ладонями мое лицо, заставляя поднять глаза.

– Ты ранена? – взглядом сканирует мое тело и замечает то место, где лежит моя рука.

– Немного.

Что-то вспыхивает в его глазах, и мне не удается понять, что именно, потому что он вдруг поворачивается к Фабио и буквально набрасывается на него, обхватив за горло и толкнув в стену.

– Ты, мать твою, позволил ее ранить?

– Нет, Сандро. – выдавливаю хриплым голосом и тянусь к нему, но удается схватить только лацкан его пиджака, прежде чем ноги в конец отказывают. Все кружится.

Сандро подхватывает меня, прежде чем я успеваю растянуться на бетоне. Обхватив одной рукой за талию, крепко прижимает к себе. Вдыхаю его знакомый аромат, прижимаясь щекой к теплой груди.

– Пожалуйста,amore…просто отвези…меня домой. – не знаю, произношу ли это вслух, но Сандро тут же подхватывает меня на руки.

– А я думал, мне послышалось.

Не понимаю, что он имеет в виду, и чувствую, как туман в голове сгущается, а потом наступает долгожданная тьма.