Райан

Открываю дверь, отходя в сторону, чтобы Блейн и Джоан смогли зайти. Двое парней — крутые айтишники.

— Смотри.

Не здороваясь, чуть ли не с порога, Блейн протягивает мне компьютер, спотыкаясь об тапочки Оливии. Его глаза округляются, и быстро сканируют меня. Я лишь смотрю на всё это, и, спокойно убираю тапки в шкаф. Эта рыжая всё разбрасывает, по всей квартире, я недавно нашёл зубную щётку на кухонном островке...А ведь Лив не было у меня два дня. А щётка вряд ли имеет ножки, чтобы прибежать сама. Так же, как и тапочки.

Я не мог себе этого признать, но как взрослый мужчина с достаточно сильной психикой понимал — я просто ничего не хотел убирать, оставляя лежать всё так, как она оставила. Так создавалось ощущение — она рядом, в доме, просто где-то ходит.

У нас однажды правда было такое. Я пришёл после работы, наливая себе стакан воды, но Любимка, как обычно и бывает, не вышла меня встречать, что насторожило, тогда я пошёл наверх, чтобы найти ещё одну рыжую беду на голову, а обнаружил голую девушку в своей ванной в куче пены. Любимка сидела рядом с ней, и пыталась подцепить пенку на свою лапку, чтобы рассмотреть поближе. Оливия слушала музыку и громко пела, поэтому я не стал ей мешать. Наблюдал. А через время она вышла, спокойно прошлась по дому, налила попить, положила покушать, спросила у Любимки во сколько я обычно прихожу, а затем ушла в мастерскую матери. Я не знал, что она там делает, пока не увидел портрет. Просто кошмарный и ужасный портрет, но поистине прекрасный, потому что его сделала она.

Оливия нарисовала меня.

И только потом она спустилась вниз и, увидев меня на диване, села рядом.

Мы молчали, как и всегда, чаще всего.

Но нам нужно было столько обсудить...что голова раскалывалась.

— На кой хер тебе женские тапки?

— Ношу по вечерам, когда делаю огуречные маски и крашу себе ногти на ногах, — я закатываю глаза, протягивая руку, и забираю ноутбук. — Ты пришёл, чтобы задавать вопросы или отвечать на них?

Блейн кивнул, пока Джоан мялся за спиной парня, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Заходите оба, рассказывайте, что откопали.

— Зырь, склад куда Пол ездил, — он открыл мне таблицу, а затем фотки.

Ничего не понимаю.

— Мы отследили трафик передвижения перед зданием, а затем, смотри, захотели увидеть кто помимо Пола туда приезжает, чтобы понять, что там происходит, так же, зырь, — он открыл какую-то фотку… размытую и нечеткую.

— Я должен увидеть тут?

— Я приблизил, чтобы достать цифры, которые вводят, когда заходят туда. Понятия не имею, что внутри, думаю поедем туда позже с тепловизором, но код, чтобы попасть в это здание у нас есть. Предлагаю последить, выяснить сколько народу, а потом пробраться. Я отключу, по возможности, камеры и сигналку, а Джоан сможет, если, конечно, там не такой сложный код доступа к камерам, подключиться к ним по нашим каналам, чтобы они — не видели, а мы — видели.

Я ещё раз просмотрел на фото, которые они успели сделать, явно понимая их профессионализм.

— Парни, вы просто...у меня нет слов. А что с Норвегией?

— Пока тишина, ребята следят, никаких передвижений, которые могли бы нас смутить нет. Но парни думают, что трафик начнётся через пару дней, так как несколько раз внутри включался свет ненадолго. Короче, следят.

— Круто, нет слов.

— Да не нужны нам слова, накорми чем-то, а, голодные просто жуть.

Осталось совсем недолго до того, как я найду все ответы.

Уничтожу империю.

И отомщу их боссу.