Мирослава Королёва

Теперь я боюсь не беременности... А того, что может случиться.

Пытаюсь сделать всё, чтобы её сохранить. Удивительно, как меняются наши приоритеты в зависимости от ситуации. Поразительно, как мы учимся на своих ошибках и приходится принимать настоящее как данность.

Думала, он будет очень зол на ту ситуацию со стриптизом, но всё как-то само собой решилось. Хоть это и было ужасно с моей стороны, но он не припоминает, слава Богу.

По первому моему чиху Дамир теперь тащит меня к врачу. Заставляет есть через «не хочу». Вошкается со мной, как с ребёнком, и не касается. Боится. Я, конечно, знала, что он хочет малыша, но чтобы настолько быть заинтересованным. Обычно парни теряют интерес в процессе. Мол забеременела — ответственность снята... А тут... Он не прекращает меня удивлять. Осталась неделя до свадьбы. Жалкая неделя и мы полетим отдыхать в Дубай.

— Стоит ли лететь? Я переживаю, — он гладит мой живот и смотрит на меня влюблёнными чёрными глазами. В них реально что-то есть. Какая-то особенная магия. Когда я на них смотрю… Меня будто затягивает. Как в открытый космос…

— Дамир, мы так и будем ограничивать себя во всём? Нам ведь можно... Не запрещали. Разрешили и лететь... И заниматься сексом... А мы как...

— Мира, блин... Я понимаю... Просто боюсь за твоё состояние.

— Пока всё хорошо. Ты следишь за мной. Я хорошо кушаю. Хватит параноить...

— Значит, летим?

— Летим... Сразу после свадьбы. Первую брачную ночь которой мы проведём в номере шикарного отеля... Как и планировали...

Дамир закатывает глаза, а я поворачиваюсь к нему и обнимаю его плечи. Уткнувшись носом в шею, нюхаю и провоцирую.

— Не, не... Женщина. Давай вот только без этих уловок. Через неделю на свадьбе. Да. Сейчас нет. Воздержание.

— Капец, — разочарованно выдыхаю. — Я думала, желание беременной — закон.

Он смеётся, чем ещё сильнее меня драконит. У меня тоже есть какие-то потребности… И мне их нужно регулярно удовлетворять. А иначе я становлюсь раздражительной… Даже… Чуточку маниакальной.

— Не в этот раз, дорогуша... Мир, пожалуйста, не сердись...

— Ты понимаешь... — провожу я ладонями по его груди. — Что я с тебя потом не слезу...

— Не мучай меня... Я сильно переживаю, — он снова кладёт руку на мой живот. Нудит. Господи, как же бесит. — Сказали быть во всём аккуратными. Я дико хочу знать, кто там...

— Разве это важно?

— Нет. Но я хочу знать.

— Ладно... Признаться, я тоже...

— Вот видишь... Детскую сделаем из моего кабинета. Или ты хочешь в другую квартиру?

— Я... Мне нравится наша квартира...

— Хорошо. Ладно, хорошо.

Он весь у меня как на иголках, и я кусаю его за ухо.

— Тебе нужен секс... Я по поведению вижу.

— Не хитри. Я потерплю...

— Нуууу... Как скажешь...

Я ухожу от него, а внутри назревает апокалипсис. Если сегодня не завалю его, не угомонюсь.

Вечер наступает быстро. И мне так осточертело ждать. Поэтому из ванной я выхожу в своём самом блядском комплекте нижнего белья. Захожу в спальню, а он сидит, уткнувшись в телефон, и даже не смотрит на меня. Я пристраиваюсь рядом и тоже смотрю на экран.

Господи... Он читает о коликах, первых зубах и прочем. И вроде бы мило, но, блин... Я-то тут красивая для кого лежу?

— Дамир... — зову его, лёжа на боку.

— М?

— Оторвись на секундочку...

— Щас... Щас, секундочку...

Он поворачивает голову и застывает. Тёмные глаза накрывает дымка похоти. За секунду меняет взгляд.

— Ты... Твою мать...

Откидывая одеяло, накрывает меня им и впивается в мои губы своими. Я провожу ладонью по его обнажённому твёрдому торсу... Ниже... И глажу через боксеры его огромный член, который уже жаждет оказаться внутри меня. Мощный и возбуждённый… Дамир стонет. Я вся дрожу. Хочу его и мокну. Низ живота нещадно тянет.

— Так нельзя... Я вся перевозбуждённая... Это слишком редко... Всё болит...

— У тебя болит? Сейчас болит? — тут же вздрагивает он, чуть ли не слетев с кровати.

— Дамир, нет. Прекрати. Трахни меня, я тебя прошу.

Нагло закидываю на него ногу и кусаю шею, обвив ту руками. Он посмеивается, но лапает меня. Ласкает моё тело, оттягивая чашечки бюстгальтера. Накрывает пальцами соски.

— Ты у меня такая красивая...

Я вся выгибаюсь… А он опускается губами к груди.

Его руки уже на моей попе. Нагло трогают. Сжимают. Не верю, что он бы сейчас сдержался. Что мог бы остановиться.

— Мира... Только медленно, ладно? Не торопи меня... Пиздец... Меня всего… Бля…

— Хорошо... Медленно. Как скажешь...

Быстро снимаю с него трусы, а он смеётся.

— Капец, ты у меня извращенка... Нетерпеливая.

— Замолчи уже...

Чувствую, как он снимает с меня трусики и проводит там настойчивыми шершавыми пальцами.

— Блядь... — матерится позади. Чертыхается. И я понимаю, почему. — Из тебя капец льётся... Так возбудилась?

— Ужасно... Пожалуйста...

Он водит по моей промежности головкой, раскрывая половые губы, а меня в буквальном смысле слова трясёт от исступления. Я дёргаюсь, потому что меня как током бьет, стоит ему коснуться клитора. И вот... Он входит в меня. Медленно, как обещал, а я дурею. Совсем с ума схожу. Это растяжение ни на что не похоже. Словно я почесала то место, которое так давно зудило и не давало покоя... Как кожа под трёхмесячным плотным гипсом. Только приятнее...

— Господи, Дамир... Мамочки...

— Тебе не больно?

— Нет... Сильнее ухвати.

Прошу его сжать руку на пояснице, но, похоже, для Дамира я стала священным хрупким сосудом... Он вообще боится причинить мне хоть какой-то вред. Сам весь трясётся, но держится. Крайне осторожно меня на себя насаживает.

— Это, получается… Я могу в тебя...? — спрашивает надрывисто. Хрипит.

— Конечно...

— Блядь, какой кайф... Ты такая влажная... Слышишь нас?

— Слышу, конечно...

Эти хлюпанья невозможно не услышать... Глажу его тело... И схожу под ним с ума.

Такой он тёплый. И пахнет как настоящий мужчина. Как мой собственный любимый парфюм.

От такого воздержания никаких сил не хватит. И мы оба кончаем... В один момент. Я его сжимаю, он наполняет. Прилипшие друг к другу не отпускаем. Я практически вцепилась в него как кошка... И не могу разжать свои пальцы... Он заглушено выдыхает. А я его всего стискиваю.

— Больше нельзя так друг друга мучить... Нельзя...

— Нельзя, да, согласен... Жесть...

Дамир шумно дышит на мне. Весь горит. А продолжаю гладить и целовать его литые мышцы на груди.

— Мой необыкновенный. Мой самый красивый... Самый вкусный...

— Ты чего это? Мне кажется, у тебя гормоны бьют в голову, девочка...

— Даже если так... Всё равно. Я хочу ещё...