Друг пялится на меня с долей иронии и здорового цинизма, вижу по харе, что хочет сказать — так я и знал. Пиздюк! Хочется вмазать по смазливой роже, едва сдерживаюсь. Ещё и ржать начинает! Точно двину! Внутри все бурлит, случайный секс так и не смог снять мне напряжение.

— Чего ржешь? — смотрю на обхохатывающегося смертника.

— Это кто же такая, что тебя так от нее штырит? Не, не, говори! Дай я сам угадаю! Это та девчонка, что ты из бара приволок?

Смотрю хмуро из — под насупленных бровей, мне иногда хочется сломать ему нос, за то, что такой умный и сообразительный. Но я его с девства знаю и родителей тоже, не хочется таких хороших людей без сына оставлять.

— Смотрю у тебя зубов лишних много появилось?

— У меня стоматолог новый, заметил, да? — продолжает лыбится, а после уже совершенно серьезно втирает мне, — Так возьми ее и дело с концом! Ты же умеешь баб уламывать, вон эта за пять минут уже потекла. А ты девку молодую, уломать не можешь?

— Она не такая, как тысячи этих потаскух! Она другая. С ней нужно нежно и ласково. Я не хочу ее сломать, я вообще подумываю на ней женится.

— С ума сошел? Ты ее сколько знаешь? Три? Четыре дня? — уже кричит друг, покручивая у виска пальцем.

— И что? Тебя это как колышет?

— Ну ладно трахнуть, ну пусть твоей любовницей побудет пару месяцев, пока у тебя охотка не спадет! Но женится? А если она какая-то аферистка?

— Ты совсем спятил? Нормальная она девчонка, врач, между прочим, коллега твоя.

— Что? Не понял…

— Учится она на врача. Травматолог — хирург, сам видел, и на работе у нее был.

— Офигеть! Значит она хорошая домашняя девочка? А, что тогда в твоем баре забыла и пила ту дрянь?

— Жениха на другой бабе застукала, вот и пошла в разнос. — защищаю свою занозу.

— А-а-а-а, — тянет друг, почему-то сразу успокаиваясь. — Ну ладно, я даже хочу познакомится теперь с ней поближе. Ты меня заинтриговал, Яр. А в какой она больнице работает?

— Тебе зачем? — спрашиваю подозрительно.

— Хочу через свои источники узнать.

— В третьей травме.

— Да? Отлично, есть там у меня один знакомый.

— Не смей ей втыкать палки в колеса! Она у меня самая лучшая на курсе. Девочка последний год доучивается, ясно?

— Ясно! Я только узнать хочу, ничего такого! — машет руками друг.

— Вот и хорошо, узнаю, что ты что-то там мутишь, Глеб… руки сам сломаю.

Знаю, что угрожать другу — это последнее, что могу сделать, после дружба уже будет не та. Надеюсь, до этого не дойдет.

— Не боись, мы же друзья. Я только узнаю, какая она врач, может к себе в клинику возьму? Мне нужны хорошие и молодые кадры.

— Ну-ну. И ты думаешь, что я отпущу свою будущую жену к тебе?

— А ты и в самом деле женится на ней хочешь?

— Хочу и женюсь. Моей будет. Дай только время.

— Мне даже интересно на это посмотреть. — усмехается друг.

Что-то задумал этот гаденыш. Жопой чую. Уж не положил ли он свой член на мою принцессу? Ксюшу ему не видать, иначе точно кастрирую. Выдыхаю. Черте что! И почему эта заноза засела в моей башке и не хочет оттуда выходить? Я же никогда так не зацикливался на девках. Трахнул и забыл! И не таких уламывал, да и не приходилось мне это делать, сами готовы трусы скинуть и ноги раздвинуть.

Выпиваю стакан вискаря махом, и протягиваю Глебу, чтобы добавил. Нужно заканчивать с этой херней! Так порешу — если за неделю не станет моей, плюну и забью. Сколько можно ломаться? А с женитьбой я и правда что-то круто загнул. Прав Глеб, чего это я? Маху дал. Но не идти же на попятную? Сделаю девчонку своей, потрахаемся чуток, а там разбежимся, и до женитьбы дело навряд ли дойдет.

Уговоры не совсем помогают, под кожей словно что-то шевелиться, и говорит, что девчонка моя. И не отдам ее никому. Как представлю с ней кого другого, да хотя бы вон ту рожу, что сидит напротив — так и кулаки чешутся двинуть. Нет. Не отдам. Себе оставлю. Не зря я ее сразу приметил, как только она в бар вошла.

А значит нужно ее завоевать, сделать зависимой от меня, не дать ей выбора, кроме одного — меня. Для начала начну с цветов, раз нам так и не удалось прояснить сегодняшнее.

— Что-то ты больно задумчивый, друг. — пихает локтем в бок, Глеб.

— Да, вот думаю, как сделать так, чтобы она не смогла мне отказать? Я сегодня повел себя, как мудак. Хотел извиниться, она меня послала.

— Так может ну ее? Не хочет, так и оставь в покое?

— Не могу. Моей будет, в любом случае, хочу сделать так, чтобы кроме меня она большее никого не замечала.

— Ага статую ей свою подари! Во весь рост! — снова ржет друг. — Чтобы всегда любовалась на твою морду.

— А, что? Идея! Будет любоваться на меня всегда.

— Да я пошутил!

— Знаешь, друг, у тебя в пьяном мозгу иногда поселяются удивительно умные и полезные мысли. — смотрю на друга, который уже не так веселиться.

— Ты идиот! Серьезно, что ли? — не верит мне.

Улыбаюсь во весь рот. Есть у меня статуйка. Одна деваха — скульптор сваяла и подарила мне после жаркого секса. Не знал куда сунуть сие произведение искусства. А теперь есть местечко. Что там говорила моя принцесса? Завтра у нее сутки? Вот и подвезу ей подарок. Да и цветочков подарю побольше.

Мысленно потираю руки, и уже представляю личико моей занозы, когда войдет к себе в квартирку и увидит мою статую в центре своей комнаты. Но и это не все, позвоню — ка я своему оперативнику, нужно бы камеры у нее в квартирке поставить, хочу видеть свою девочку всегда. Особенно когда будет любоваться моей статной фигурой и выдающимся достоинством, запечатленным в мраморе.

Прикончив бутылку до дна, расходимся с другом по домам, приходиться вызвать такси, ехать за рулем не вариант, мы оба вдрабадан. Перед тем, как уснуть, звоню в круглосуточный цветочный магазин, заказываю сотню роз, и прошу их привезти и устроить на розовой машинке во дворе. Меня заверяют, что сделают все в лучшем виде.

Утром на удивление просыпаюсь полный сил и хорошего настроения, даже утренний стояк не раздражает и отсутствие девки, в которую его можно сунуть. Принимаю душ, одеваюсь, рассматриваю свою довольную рожу в зеркале, представляя удивлённое личико моей принцессы. Звоню Каринке, и спешу ее обрадовать, тем, что забираю ее подарок. Скульпторша в восторге, потому как я сразу освобожу ей половину мастерской. Через час, заказываю грузовик и рабочих, вызываю своих спецов, чтобы вскрыли дверь в квартиру и установили камеры.

Камеры устанавливают за час, и скидывают мне на телефон код доступа, теперь я буду видеть свою принцессу 24 часа в сутки. С грузовиком пока сложнее, как мне сообщили мои люди, принцесса цветам не обрадовалась, с видимой кровожадностью стряхнула их с машины и проехались колесами. Стерва! Но такая она мне нравиться еще больше! Непокорная, уже мечтаю, как буду ее подчинять и воспитывать под себя.

Оставляю за себя своего СБ-шника, и пару ребят для контроля, сам еду в офис, у меня пара встреч, и куча дел. Через час приходит сообщение, что местные бабки вздумали перечить моим людям. Приходиться быстро метнуться до адреса и решить вопросы с бабками. Самой активной приходиться сказать, что я жених Ксении, и решил сделать ей подарок. Но бабка уже отзвонилась родителям моей занозы, и мне бы поторопится, что я и приказываю сделать. Завёрнутую статую вносят в подъезд и заносят в лифт, поднимают на этаж и втаскивают в квартиру, ставят в центре комнаты, снимают пленку, и рабочие покидают квартиру.

Тороплюсь свалить, пока никто не появился из будущей родни, не время еще знакомиться с возможными родственниками. Сначала я ее со своими познакомлю, как и обещал. Моим предкам она точно понравиться, тем более мать давно уже меня пилит с женитьбой, а чем Ксюша не вариант? Чистая, домашняя девочка, врач, будет самой лучшей женой, и я воспитаю ее под себя.

Выхожу с довольной улыбкой из подъезда, местная бабская мафия сидит и смахивает на ФСБ-шников под прикрытием, зорко следя за всеми. Машина отъезжает, а я вижу горящий взгляд полный ненависти и злости. Моя улыбка испаряется, сама по себе. Ее — то я как раз и не ожидал пока увидеть.

— Ксения, а что же ты не сказала, что жениха завела? — выдает бабка в красном платке на подъездной лавочке. Фурия зыркает в мою сторону…