Я не сразу нашлась, что ответить. Анна впервые решила усыпать без меня, и это немного пугало. И все же я кивнула. — Конечно, принцесса. Беги в комнату, переодевайся в пижаму. Малышка довольная побежала к себе в спальню, а я повернулась к Лео и сказала: — Если попросит сказку, не рассказывай ничего страшного, а то она потом долго уснуть не сможет. Анна — очень впечатлительный ребенок. — Я спою ей старинную шотландскую колыбельную, которую любила петь моя бабушка. — Хорошо, а я пока заварю нам чай. Иди, она уже переоделась и скачет по кровати с плюшевым медведем, — кивнула я в сторону комнаты, откуда доносился скрип матраса. Лео вернулся минут через двадцать. Я успела заварить травяной чай и перенести чашки и чайник на журнальный столик к дивану в зале. — Как ты с ней договариваешься? — поразился Лео, присаживаясь рядом со мной на диван. — Малышка ни в какую не хотела усыпать. Мне пришлось спеть колыбельную, рассказать сказку, а потом объяснять, как я разрабатываю макеты оформления интерьера. И лишь когда я дошел до описания трехмерной визуализации, я понял, что Анна, наконец-то, уснула. — Каждый раз бывает по-разному, — улыбнулась я, представляя сонную мордашку дочки. — Иной раз мне и вовсе приходится усыпать вместе с ней, а потом уходить к себе в комнату. Сегодня еще не особенно долго. Мы можем и целый час укладываться. Ты знаешь, она ведь сегодня в первый раз в жизни усыпала без меня… Сама попросила… Лео молчал, обдумывая услышанное, и очень внимательно смотрел на меня. — Для тебя это хорошо или плохо? — Не знаю… — честно призналась я. — Но я боюсь, что она слишком привыкла к тебе. И потом… когда ты улетишь в Англию… У меня могут быть большие сложности с объяснением, почему ты не рядом с нами… Лео придвинулся чуть ближе, и я почувствовала его руку на своей талии. — Ты рассматриваешь только такой вариант? Я непременно должен уехать? — Ну… Однажды русские контракты все равно закончатся… — неуверенно сказала я. — Ты же понимаешь, что я сейчас не об этом спрашивал? Наши лица оказались слишком близко, и я чувствовала на своей коже его обжигающее дыхание. — Ты хочешь, чтобы я уехал? Я медленно отрицательно замотала головой, не отводя взгляда от его голубых глаз. Лео этого ответа было достаточно. Он наклонился и впервые за эти четыре месяца, а точнее даже за пять с половиной лет, поцеловал меня. Я вздрогнула, но через секунду ответила на поцелуй, и, скользнув руками по широким плечам, обняла Лео. — Почему только сегодня? — прошептала я, пока Лео покрывал поцелуями мою шею и плечи. — Мы четыре месяца были рядом, и ты ни разу даже не попытался… Я думала, что больше не интересна тебе как женщина… лишь как друг… — Тогда было слишком рано, — Лео крепче обнял меня и заглянул в глаза. — В твоем сердце еще жили обида и недоверие. Ты слишком мало знала меня, как человека, и последнее, что помнила обо мне — нашу ссору в аэропорту. Мне хотелось, чтобы ты почувствовала, какой я на самом деле. И я хотел узнать, нужен ли я тебе такой… Точнее вам… вам с Анной. Без ее благословения у нас бы все равно ничего не вышло. Поэтому в первую очередь ко мне должна была привыкнуть твоя дочка. — Так вот каким был твой коварный план? — улыбнулась я, оставляя на его губах очередной поцелуй. — Заручиться поддержкой ребенка, чтобы заполучить маму? Лео не стал отвечать. И так все было прекрасно понятно. Он в очередной раз оказался абсолютно прав. За эти месяцы я настолько привыкла к моему британцу, что уже не мыслила своей жизни без него. Я с ужасом ждала момента вынужденного расставания, не представляя, что делать дальше. Вместо ненужных слов Лео компенсировал мне поцелуями все вечера, когда он сдерживал себя в ожидании подходящего момента. — Если ты останешься на ночь, то нам лучше перебраться в мою комнату, — предложила я уже как само собой разумеющееся, когда Лео начал расстегивать молнию на моем платье. — Не хочу, чтобы Анна застукала нас здесь, если вдруг случайно проснется… Лео хищно улыбнулся и, подхватив меня на руки, унес в спальню, где мы вновь были вместе, вопреки пятилетней разлуке, размолвкам и непониманиям. Спустя полчаса, совершенно без сил, разучившись ровно дышать и больно закусив губу в попытке не стонать слишком громко, я ловила себя на мысли, что попроси меня Лео сейчас о чем угодно, я на все сказала бы ему да. Видимо, почувствовав мое состояние, Лео не торопился отпускать меня и, вглядываясь в сумерках в мое лицо, он вдруг спросил: — Почему ты так вздрогнула, когда я поцеловал тебя там на диване? Я сделал что-то не так? — Нет, что ты… Всё чудесно, просто… Ко мне пять лет никто не прикасался… так… как ты… — Что ты хочешь сказать? — не понял Лео. — Как только я узнала, что беременна, я больше не подпускала к себе ни одного мужчину… все эти годы. — Пять лет? — поразился Лео. Я смущенно кивнула. Британец о чем-то серьезно задумался и, крепче прижимая меня к себе, лег рядом. — Это потому что ты всегда была с Анной? — Это потому что мне кроме нее никто был не нужен, глупенький, — улыбнулась я и поцеловала ямочку на его шее. — А я? — А ты нужен… — пришлось признаться мне. — И если бы я вдруг задал… тот самый вопрос… ты ответила бы «да»? Я замерла, вдруг поняв, о чем он говорит. — А ты попробуй и спроси… Мой ответ не понравился Лео, поэтому я снова оказалась в положении снизу. Видимо, так британец чувствовал себя хозяином ситуации. — Я хочу, чтобы мы поженились, и я хочу… удочерить Анну, если ты не против. Я слишком сильно полюбил эту малышку. А тебя… тебя я полюбил уже давно, хотя осознал это только в последние месяцы… Так ты согласна? Не самое изысканное предложение руки и сердца, понимаю, но в тот момент я была просто на седьмом небе от счастья. Я даже не сразу сообразила, что нужно что-то ответить вслух. Мне казалось, что у меня и так на лице все написано, поэтому я лишь кивнула. — И я не знаю… Как юридически будет верно … Крошка Эн… ее биологический отец не будет возражать против удочерения? — Лео, ты действительно настолько слепой?! — выдохнула я и чуть оттолкнула британца, позабыв про все свои страхи — О чем ты? — непонимающе переспросил Лео, немного ослабив объятия. — Неужели ты до сих пор не заметил, что Анна — как твой маленький близнец! У нее твои глаза, твои уши, твой нос, в конце концов! Какой тебе еще нужен биологический отец?! Повисло напряженное молчание. — Ты хочешь сказать, что… она… Анна… моя?.. Она моя дочь? — Я думала, что ты давно уже все понял… Просто не хочешь поднимать эту тему. — Моя?! — словно не слыша меня, повторил Лео, и я почувствовала, как его руки стальной хваткой прижали меня к себе. — И ты молчала? Все это время? Анна — моя дочь? — Мне кажется, это понял каждый, кто видел вас вместе, — я не знала, что сказать в свое оправдание. — Так вот почему я влюбился в эту принцессу с первого взгляда… Я просто увидел в ней себя, только не понял этого… Ты знаешь, я бы любил малышку как родную, даже если бы она была не моя, — добавил Лео после небольшой паузы. — Меня бесило лишь осознание того, что сразу после Сицилии… после нашей Сицилии ты… была с кем-то другим. Особенно, когда я узнал, когда день рождения у Крошки Эн… Нехитрая математика… Я думал, раз ты не сообщила мне, то отец не я. И я не мог смириться, как ни пытался… Старался не думать об этом, глядя на тебя, но подобные мысли частенько лезли мне в голову в последний месяц… Как же ты меня измучила, Стелла… — Прости, — прошептала я, утыкаясь носиком в его шею, одновременно нежно целуя горячу кожу. — Я люблю тебя… Лео впервые произнес эти слова, и я знала, что если он сказал это вслух, то он абсолютно уверен в своих чувствах. — И я люблю тебя, — тихо всхлипнула я в ответ. — Безумно, безумно люблю… ЭПИЛОГ Проснувшись утром, я с ужасом обнаружила, что в моей постели нас четверо! Лео нежно обнимал меня под одеялом с одной стороны, а с другой в обнимку с большим плюшевым медведем сладко посапывала Анна. — Тссссс… — прошептал мне на ухо британец, оставляя горячий поцелуй на шее. — Не разбуди. — Давно она вместе с нами? — Чуть больше получаса, я думаю. — Она тебя видела? — Это плохо? — Не знааааю… У меня еще не было подобных ситуаций, — смущенно добавила я. — И я этому безумно рад, — промурлыкал Лео, закапываясь носом в мои волосы, а потом оставил дорожку поцелуев на моей шее и спине. — Я могу тихонько уйти, если ты хочешь. — Нет, — ответила я, не раздумывая, и, подкрепляя свою решимость, повернулась к Лео, чтобы обнять его. От моих движений проснулась Анна. — Мааааам… — Да, малышка? — Почему ты не сказала, что Эдвард останется гостить у нас? — по привычке спросила Анюта по-английски. Она теперь всегда говорила по-английски, когда рядом был Лео. — Эдвард решил остаться уже после того, как ты уснула, — ответила я после некоторой паузы. — Не грусти, зато теперь ты сможешь накормить его пончиками на завтрак. — Но мы с Тедди тоже хотели бы спать все вместе, — недовольно надув губу, заявила Анна, усаживаясь на подушку. — А какую сказку ты рассказал на ночь маме? — спросила малышка, обращаясь к Лео. Британец аж засветился, не иначе вспоминая минувший вечер. — Я начал рассказывать маме одну замечательную сказку про короля и королеву, но мне не хватило для большей достоверности одной важной детали. Ты сохранила тот замок, что я привез тебе из Англии? Анна кивнула. — Сможешь принести его сюда? Анюта снова кивнула и, захватив любимого медведя, умчалась в свою комнату. Через пару минут она вернулась, держа в руках статуэтку. — Расскажешь мне конец истории? — с надеждой в голосе спросила малышка. — Конечно, — ответил Лео, забирая замок. Я ничего не понимала, а потому просто смотрела и слушала. — Прежде чем стать королем, принцу пришлось пройти много испытаний, но, в конце концов, он вернулся в свое королевство, чтобы завоевать сердце любимой леди, которую хотел бы видеть свой королевой. В самой высокой башне замка хранилось волшебное кольцо. Король знал, что если леди, покорившая его сердце, наденет это кольцо, то она будет преданно и верно любить его всю оставшуюся жизнь. — Разве бывают такие кольца? — серьезно спросила Анна. — А вот сейчас и узнаем, — улыбнулся Лео. Он снял с шеи кулон в виде витиеватого ключа, висевшего на кожаном шнурке, и вставил ключ в крохотное отверстие в двери замка. Послышался скрип сработавшего механизма, и маленькая дверка отворилась. Внутри замка-шкатулки пряталось золотое обручальное кольцо с красивым камнем. Я переводила пораженный взгляд с Лео на кольцо и никак не могла поверить в происходящее. — Я купил его в тот день, когда мы встретились в Лондоне, потому что понял, что второй раз не дам тебе исчезнуть из моей жизни. Просто хотел, чтобы ты знала… что я прилетел в Россию лишь с одной мечтой… А теперь ответь мне при свидетелях — ты выйдешь за меня? Я смогла лишь кивнуть, потому что Анна со счастливым визгом «И жили они долго и счастливо» бросилась обнимать нас, а мне приходилось следить, чтобы одеяло не слетело, оставив нас с Лео в костюмах Адама и Евы. — Мы можем поставить твою кровать рядом с моей, — деловито предложила Анна, когда я попросила ее пойти заправлять свою постель, чтобы мы с Лео, наконец, смогли одеться к завтраку. — Если королева не против, то я бы лучше остался рядом с ней. Мне здесь как-то… обои больше нравятся. Звонкий смех залил комнату. Я еще долго не могла успокоиться, глядя в две пары бесконечно счастливых и совершенно одинаковых голубых глаз. Так началась новая глава нашей самой невероятной истории в мире.

Конец.