Мия

Я стою у двери. Сердце бьется слишком быстро. Пальцы сжимают ручку сумки. С такой силой, будто в ней что-то ценное, хотя там только зарядка, расческа и таблетки от головной боли. Время — без пяти двенадцать. Он велел быть ровно в полдень. Я не собиралась подчиняться. Просто вышла из такси, поднялась — и вот я здесь.

Стучу.

Несколько секунд — тишина. Потом щелкает замок.

Он открывает. Я вижу, как его взгляд врезается в меня.

Секунда.

Другая.

И он будто застывает.

— Я могу зайти? — спрашиваю тихо.

Голос непривычный, чужой. Я сама не узнаю себя. Он молчит, пропускает, и я прохожу мимо. Слышу, как шумно втягивает воздух. Улавливает аромат духов. Марина настояла купить. Терпкий, глубокий запах, от которого даже я чувствую себя другой.

Я направляюсь в спальню. Хочу собрать вещи. Быстро. Без разговоров. Без воспоминаний. Без взаимных претензией. Но не успеваю.

Шаги сзади. Быстрые, решительные. Потом — тишина.

— Мия… — произносит он. Голос с хрипотцой. — Ты с ума меня сводишь.

Я хочу развернуться, но он не позволяет. Хватает за талию. Прижимает к себе.

— Что ты делаешь? — спрашиваю. Меня всю колотит.

Он молчит. Просто держит. Пальцы крепко впиваются в бока. Я замираю.

— Отпусти… меня…

Он не слушает. Притягивает меня ближе, к себе, и я чувствую, как он напряжен.

— Я больше не хочу отпускать тебя, — шепчет он, горячо, прерывисто.

И прежде чем я успеваю среагировать, он подхватывает меня на руки.

Я вскрикиваю. От неожиданности, от паники. От того, что я не контролирую ситуацию. Он несет меня через комнату, в спальню, где мы раньше спали вместе. Где все пропитано нашим прошлым.

Он кладет меня на кровать. Не грубо, но решительно. Я отодвигаюсь к изголовью. Он делает шаг, еще один. Хватает меня за лодыжку и подтягивает к себе. Наваливается всем телом.

— Не прикасайся! — кричу, голос срывается. Это не просьба. Это приказ. Это отчаяние.

Он усмехается. Смотрит на меня так, будто думает, что я играю. Будто все это — театр.

— Не думал, что ты такая хорошая актриса, — говорит он.

Наклоняется. Пытается поцеловать. Я отворачиваюсь, губы смыкаю. Он сжимает мое лицо пальцами. Сильно. До боли.

— Перестань… — вырывается у меня, но он уже целует. Грубо. Не так, как когда-то. Не с любовью.

Я сопротивляюсь. Пытаюсь оттолкнуть. Потом — замираю. Не потому что хочу. Потому что не знаю, что делать.

Когда он отстраняется, я чувствую, как все внутри сжимается.

— Видишь… тебе нравится… — говорит он. И я плюю... Прямо ему в лицо.

— Ненавижу тебя.

Он отшатывается.

— Что здесь происходит? — слышу я в этом же момент.

Я поворачиваю голову. И сердце замирает.