Я сидел на стуле в палате травматологического отделения госпиталя «Санта-Эсперанса» и смотрел, как пылинки плавают в столбе солнечного света. Уже третий день в Сент-Джорджесе стояла чудесная тихая погода, и о неистовствах урагана «Чарли» напоминали только кучи мусора на решетках канализационных стоков да разбитые кое-где оконные стекла.

Тони лежала на койке с высоко задранной ногой в гипсе. Голова у нее была забинтована, на лице оставались еще царапины и ссадины, но это нисколько ее не портило. Одета Тони была в короткую больничную рубашку, которая соблазнительно задиралась, открывая смуглые бедра.

— Ужасно чешется ступня, Рэй! — пожаловалась Тони. — Сделай что-нибудь, прошу тебя!

Я подошел к кровати, аккуратно просунул указательный палец под гипсовую повязку и почесал Тони место между большим и указательным пальцем.

— А-а-а! О-о-о! — сладострастно застонала Тони. — Боже, какое наслаждение! Это почти оргазм, Рэй!

Удовлетворив таким образом свою подругу, я вернулся на место.

— Как же все получилось, Тони? — спросил я.

— Меня отделили от смерти полразмера, — сказала она. — И это не фигура речи, Рэй, — понимай буквально!

— Как это? — недоумевал я.

— Однажды мой друг Рэй Винавер решил подарить мне кольцо, — начала Тони так, словно рассказывала сказку внукам. — Что он хотел этим сказать, я точно не знаю, но сейчас это неважно! — Тони подняла ладонь, предупреждая мои комментарии. — Надо сказать, что Рэй Винавер — человек обстоятельный! Он не мог просто так отправиться в ювелирный магазин и купить кольцо наугад. Что он сначала сделал, а? Правильно! Он решил узнать точный размер! Потому что Рэй любит, чтобы все было идеально и страшно расстраивается, когда что-то идет не так, как он запланировал.

— Не изображай меня идиотом, пожалуйста, — буркнул я.

— Идиотом? О нет, Рэй! Ты не идиот, ты просто человек, страдающий легкой формой обсессивно-компульсивного синдрома!

— Я тебя сейчас отшлепаю!

— Чуть позже, Рэй! Я с удовольствием позволю тебе это сделать, но чуть позже! Итак, ты спросил у меня, кольца какого размера я ношу. Помнишь?

— Конечно, помню!

— И тут обнаружилась одна проблема. — Тони растопырила пальцы правой руки и поднесла ладонь близко к лицу. — У меня не было точного ответа на этот простой вопрос. Иногда мне подходят кольца пятого размера, а иногда — пятого с половиной. Вот такая уж я! И как же поступил Рэй?

— Я решил, что лучше взять кольцо побольше, чтобы был запас на случай, если…

— …Если я растолстею и пальцы мои превратятся в сосиски.

— Этого я не говорил! Я просто подумал, что пальцы иногда отекают и…

— Все правильно, мой практичный Рэй! — перебила меня Тони. — Все правильно. Итак, ты отправился в магазин и купил для меня кольцо размером пять с половиной. Красивое кольцо! Оно мне очень нравилось. Правда! Но, видишь ли, оно слишком свободно сидело на безымянном пальце. А у меня есть одна дурацкая привычка.

— Какая же это?

— Все время большим пальцем крутить кольца на других пальцах.

— Да у тебя самой этот компульсе… компульси… синдром! — пробурчал я.

— Не буду даже спорить с тобой, Рэй! Короче, пару раз я нечаянно роняла твое кольцо. И в тот день в баре… Да! В тот момент, когда ты вышел за дверь, я в очередной раз сковырнула кольцо с пальца, и оно закатилось под стойку. «Ах, будь ты неладно!» — подумала я и полезла вниз. А оно, как назло, улетело бог знает куда. В общем, я забралась под стойку вся целиком. И тут как грохнуло!

Я зажмурился и вспомнил ужас, который испытал тогда на Девенпорт-стрит.

— Я думал, тебя убило.

— Я тоже так думала, но меня спасла столешница из старого английского дуба — умели же раньше делать вещи! — ухмыльнулась Тони. — Правда, на какое-то время я потеряла сознание.

— Ты же могла сгореть или задохнуться в дыму.

— Могла, — согласилась Тони. — Но, к счастью, быстро пришла в себя и поползла на четвереньках в сторону кухни. Положение осложнялось тем, что на ногу мне упал тяжеленный кег с пивом. Впрочем, хорошо, что не на голову! В конце концов мне удалось пробраться в кухню, а оттуда — на задний двор. Там меня и подобрали добрые горожане, которые не поленились выйти из дома в такой жуткий дождь посмотреть, что же там взорвалось. Вот и вся моя история, Рэй!

Несколько секунд мы молчали.

— Ты знаешь, что сухогруз «Калипсо» затонул? — спросил я.

— Да, я читала новости, — кивнула Тони. — Ураган «Чарли» неожиданно вмешался в нашу историю.

— Как ты думаешь, что все-таки там было?

— Теперь эта тайна надежно спрятана на глубине в одиннадцать с половиной тысяч футов, не так ли?

— Надеюсь, больше она никогда не всплывет!

— Кто знает, Рэй, кто знает. А что твой друг Вайс?

— Понятия не имею, где он! В последний раз я видел его у себя в доме, он рылся в моих вещах.

— Ты сказал ему, что приличные люди так не поступают?

— Не успел. Мне дали по башке!

— О господи! Этот Вайс мог прикончить тебя!

— Думаю, этим бы, скорее всего, дело и закончилось, но очень кстати явился Эдди Пастора.

— А что творится на Мауна-Браво?

— Я еще не был на горе после урагана. Но туда ездил Тенгри. Он говорит, что на шахте, похоже, никого нет. Все словно испарились.

— Конец истории, Рэй?

— Может быть.

— И что ты собираешься делать?

— Пока вернусь в магазин. Прямо как у Ивлина Во в «Упадке и разрушении» — в конце герои возвращаются туда, откуда начали свой путь.

— Ну не всем героям есть куда возвращаться, — возразила Тони. — Говорят, от «Дэнделайона» остались одни головешки!

— Н-да, он не очень хорошо выглядит, — подтвердил я. — Но мы отстроим твой бар заново!

— Не уверена, что хочу туда вернуться. Боюсь, теперь в каждой коробке чипсов мне будет чудиться бомба! Кстати, а что станет с «Конверс Литиум»?

— Не знаю. Если компания не будет вести никакой деятельности, ее ликвидируют, имущество выставят на торги.

— Может, купить? — рассмеялась Тони. — А вдруг там и правда есть литий, а? Идея-то была неплохая!

— Ну, есть там литий или нет, неизвестно, а вот с Тенгри ты точно поругаешься!

— Что же мне делать, Рэй? — томно прошептала Тони.

Я встал на колени рядом c больничной койкой:

— Слушай, а кольцо-то ты в итоге нашла?

— Не-а, — Тони сморщилась, как обиженный ребенок. — Оно пропало!

— Не печалься, — сказал я. — Я куплю тебе новое. Пятого размера. Оно уж не слетит!

— Как это понимать, Рэй? — кокетливо спросила Тони.

— Буквально. Думаю, что в один из декабрьских дней на Западном пляже соберется небольшая компания нарядно одетых людей. В руках они будут держать цветы и шампанское!

— Я заинтригована.

— И человек — может быть, пастор, или раввин, или гражданский чиновник мэрии Сент-Джорджеса — спросит тебя, готова ли ты взять в мужья Рэймонда Мозеса Винавера и быть с ним вместе в богатстве и в бедности, в печали и в радости, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас. И ты ответишь ему… Кстати, что ты ему ответишь?

— Хм… Надо подумать. Но, возможно, я скажу да! И тогда придет твоя очередь, Рэй! Готов ли ты будешь взять в жены Антонию Раратонгу Чиногве Каммингс?

— Что??? Тебя зовут Антония Раратонга Чиногве? — поразился я.

— Успокойся, тебе не придется это произносить. Ты сможешь просто сказать да.