Пока Таира отсутствовала, мы с Молли увешались по полной оружием, натянули на себя бронегель (снова приняв личины Джейн Лопес и Джона Смита) и вернулись к валяющемуся на полу «пенетратору». Что он такое, самостоятельно выяснить не удалось. Тут даже Гарти не смог помочь.

«Биоконструкты мне непонятны, — заявил он, исследовав разорванные останки разными типами излучений. — Здесь нужен специалист по бионике».

«Специалист по бионике» появилась через десять минут.

Бледная, как персонаж из фильма про зомби, Таира подошла к нам с плазмоганом в руках и, вскинув оружие, спалила к чертям собачьим всё, что осталось от «пенетратора».

— Не жалко? — указал я на выжженное пятно.

— Кого? Червяка?

— Паркет.

— Это не паркет. Это имитация, — дёрнула щекой сеньорита Мартинес. — Двадцать минут работы для роборемонтников.

— Рад, — наклонил я голову. — А теперь по поводу червяка.

— Что по поводу червяка? — девушка сделала вид, что не понимает.

— Что это за дерьмо и почему ты даже законсервировать эту дрянь для исследований не захотела? — вмешалась в диалог Молли.

Таира сперва резко вскинулась, будто бы пробуя возмутиться, но так же резко поникла:

— Боюсь.

— Чего?

Владелица яхты вздохнула и принялась объяснять:

— Эту тварь… Точнее, двух этих тварей, деактиврованных, около года назад раздобыли наши искатели. Они привезли «пенетраторы Кано» в специальную лабораторию на Талаверу. Увы, но наши учёные так до конца с ними и не разобрались. Бионические технологии — не наша тема, не наш конёк. Биоконструкты высоких порядков — это вотчина «Васаби Кано». Короче, я знаю о них только то, что мы смогли выяснить за две недели исследований.

— А почему только две недели? — не мог не задать я вопрос. — Что-то вам помешало продолжить?

— Да. Помешало, — сеньорита Мартинес стиснула зубы и сжала в руках плазмоган. — Спустя две недели твари внезапно размножились и смогли просочиться сквозь герметичные стены спецкамеры. Прежде чем их уничтожили, они убили семь человек. Их парализующее излучение превосходит стандартное излучение полицейского станнера на два-три порядка. На самом минимуме оно отключает человека на сутки-двое. На максимуме — выжигает мозги. Игольники этого «червяка» не берут. Если его разрезать на части — а это достаточно трудно, поверьте — каждая дня через три-четыре регенерирует в новую особь. Его можно уничтожить только огнём. Сжечь без остатка лазером или плазмой… Есть ли у них механизм самоликвидации? Наверное, есть, но мы это выяснить не смогли, как не смогли выяснить, как ими управлять… Что ещё?.. А, да! Самое главное. «Пенетраторы» могут сильно сжиматься, растягиваться, становиться тонкими и плоскими, словно плёнка, и в этом виде они буквально сливаются с любыми поверхностями. А потом эта плёнка… эта псевдоживая плёнка, она обладает уникальной способностью. Она может проникать сквозь преграды любой толщины, любой плотности, любого состава. Вопрос тут только во времени. Сквозь сантиметр стекла, например, «пенетратор» просачивается за пять-семь минут.

— То есть, подобную тварь могли прилепить к твоей яхте на планетоиде во время сканирования?

— Тварей, — уточнила неожиданно Молли.

— Что? — развернулась к ней сеньорита Мартинес.

— Я говорю, к твоему кораблю могли прилепить несколько таких тварей.

Владелица яхты нервно сглотнула и стрельнула глазами по сторонам.

— Всё правильно, — проследила Молли за её взглядом, — Нам надо проверить корабль.

— Как⁈ — выдохнула Таира. — Если они затаились, увидеть их невозможно.

— Возможно, — не согласилась бывшая узница. — Реш ведь эту тварюгу как-то увидел.

Обе девушки повернулись ко мне.

«Допрыгался, — ехидно заметил Гарти. — Теперь они с тебя точно не слезут».

«Я только за», — ухмыльнулся я, представив эту сцену в реале…

— Ты не ошиблась. Я её, в самом деле… нет, не увидел, а скорее… почувствовал. Почувствовал её энергетический отпечаток. И пусть кому-то это покажется невероятным, но я, действительно, могу ощущать энергополя́. Правда, для этого мне надо напрячься.

Молли с Таирой переглянулись.

— Об этом ты мне не рассказывал, — упрекнула первая.

— А ты не спрашивала.

— А чем ты располовинил тварюгу? — внезапно сменила тему вторая. — Если честно, я этого так и не поняла.

Я театрально встряхнул правой дланью. Через мгновение в ней появился «стробос». Ещё через миг он полыхнул световой метёлкой.

— Клоун, — буркнула Молли.

— Ух ты! — восхитилась Таира. — А можно? — протянула она к нему руку.

— Попробуй, — я отключил «питание» и показал ей, куда нажимать, чтобы «стробос» работал.

Сеньорита Мартинес забросила плазмоган за плечо и занялась «чудо-жезлом».

— Не выходит, — жалобно посмотрела она на меня секунд через двадцать.

Сколько бы Таира ни нажимала пальцами в специальную выемку, на эти потуги мой «стробос» не отзывался.

— Генетический ограничитель? — попыталась она угадать.

— Нет.

— А что?

«Не говори ей», — посоветовал Гарти.

«Поздно, приятель».

— Это оружие мусорщиков.

— Мусорщиков? — недоумённо вздёрнула брови Таира.

— Он тебе ещё не рассказывал? — хмыкнула Молли.

— Нет, — помотала головой владелица яхты. — Хотя, подожди. Постой… Мусорщик… Мусорщик, — повторила она ещё раз и… изумлённо пробормотала. — Не может быть…

— Может, Таира. Может, — не стал я тянуть кота за причинное место. — Я действительно мусорщик. Но только без корабля. Он сейчас повреждён. И чтобы восстановить его, мне требуются ресурсы. Такие, к примеру, как ковергент-сплав номер шесть. Я это, кстати, тебе уже говорил, но ты тогда не поверила.

— Ты говорил мне про сплав и корабль, но не говорил, что ты — мусорщик, — возразила Таира.

— Тогда я ещё не мог тебе доверять.

— А сейчас, значит, можешь? — склонила голову набок сеньорита Мартинес.

— Сейчас могу, — ответил я со всей возможной серьёзностью.

— Ладно. Учту. Теперь по энергополям. Я так понимаю, что это тоже способность… присущая только мусорщикам?

— Кстати, да, — присоединилась к ней Молли. — Мне бы тоже хотелось послушать.

— Мисс Урана. Сеньорита Мартинес, — шутливо отвесил я им по поклону. — Можете делать со мной, что хотите, но я понятия не имею, присуща ли эта способность всем мусорщикам, и только ли им. Лично я ощутил её примерно неделю назад. А до того был таким же, как все.

— Ты это серьёзно? — не поверила Молли.

— На двести процентов.

— Ага, — Таира сдвинула брови и тронула пальцем нос, как будто желая поправить невидимые очки… — А ну-ка, дай-ка пощупать! — она шагнула ко мне и ухватила меня за левую руку.

Я не сопротивлялся.

Её пальцы умело и ловко, как у опытной массажистки, пробежались мне по предплечью…

Переместились чуть выше…

— Похоже, что вечер перестаёт быть томным, — пробормотала Таира, зафиксировав «хватку» в районе бицепса. — Молл! Подойди.

Та подошла.

— Потрогай… Вот здесь. Да.

— В самом деле, — кивнула Молли, тоже взяв меня за́ руку выше локтя.

— Да что там такое⁈ — не выдержал я, уставившись на свою несчастную руку и пальцы красавиц, внезапно решивших освоить профессию мануального терапевта.

— Шарик какой-то, — сказала Молли.

— Или кристалл, — уточнила Таира.

— Или кристалл, — согласилась бывшая узница.

— А ну, дайте, я сам посмотрю.

— Да, пожалуйста… Смотри, сколько хочешь…

Я высвободил свою длань из тенет и аккуратно ощупал бицепс.

Действительно. Какое-то утолщение прямо под кожей. Как шарик. Но вроде бы с гранями. Как кристалл. И главное, если не трогать, то он никак себя не показывает и не проявляет.

«Гарти! Ты знаешь, что это? Это что-то опасное?»

«Не знаю, — ответил с задержкой искин. — Я это вообще никаким образом не ощущаю ни в рентгене, ни в инфракрасном, ни в ультразвуке… Какая-то непонятная аномалия. Но это не опухоль, не онкология, сто процентов. Тут можешь не беспокоиться».

«Ну, хоть на этом спасибо», — выдохнул я с облегчением и обвёл взглядом дам:

— Кто-нибудь хочет мне что-нибудь объяснить?

— Я пас, — помотала головой Молли.

— Я пока тоже, — присоединилась сеньорита Мартинес. — Но кое-какие соображения у меня есть.

— Поделишься?

— Нет.

— Почему?

— Я могу ошибиться, — уклонилась от объяснений Таира. — Первая мысль может оказаться в корне неверной. Мне надо покопаться в литературе, повспоминать…

«Врёт», — сказал Гарти.

«Возможно. Но настаивать, чтобы ответила, не хочу».

«Зря…»

— Сколько тебе нужно времени?

— Пока не знаю. Но делать это я всё равно буду только после того, как мы проверим корабль.

— Согласен. Пошли проверять…

На первом этапе мы проверяли яхту часа четыре. Облазили все закутки-закоулки и таки нашли ещё одного незваного гостя. Он обнаружился около рубки, в шкафу с запасными электронными блоками для вспомогательных корабельных систем. Блоков было, конечно, жалко, но — делать нечего — пришлось разнести их в пыль вместе с непрошеным диверсантом.

После этого проверка продолжилась с новой силой. И снова часа на четыре. Ну, а куда деваться? Раз нашли одного, то могли кого-то и пропустить. Поэтому, хочешь не хочешь, а надо теперь по новой перепроверить уже проверенное.

Двойные-тройные проходы по всем «чуланам», технологическим нишам и укромным местечкам новых находок не дали. К восьмому часу почти беспрерывных поисков моё умение видеть энергополя́ окончательно выдохлось. Перед глазами мелькали цветные круги, выявить что-то конкретное я больше не мог, и наши поиски завершились сами собой, «естественным образом»…

Гарантировать, что чужаков на борту не осталось, никто из нас на сто процентов не мог, но на девяносто — вполне. Или даже на девяносто девять. Ведь, если верить Таире, «пенетраторы» — штуки весьма дорогие, использовать их налево-направо в огромных количествах было бы слишком накладно даже для корпораций, даже с учётом их возможного размножения — энергетический уровень «вторичных биоконструктов» снижался в разы, а время жизни ограничивалось несколькими часами…

— Зачем этих тварей запустили к тебе на корабль? — спросил я, когда мы вернулись в центральный отсек.

— Предполагаю, что для гарантии, — ответила, чуть подумав, Таира. — Мы могли попытаться сбежать на нём, если бы проиграли Алхимику. А «червяки» бы, как минимум, вырубили бы нас на несколько суток.

— А как максимум, просто б убили.

— Просто б убили. Да, — согласилась Таира.

— А как бы дон Марио и его присные вернули корабль? — задался я новым вопросом.

— По выходе «Бегущей» из подпространства, с неё сразу ушёл бы сигнал на «Копи». Закладку в приёмо-передающем устройстве поисковые боты уже обнаружили.

«Подтверждаю. Закладка была, — проснулся мой подселенец. — С вероятностью сто против одного её поставили во время стоянки на планетоиде».

— Понятно, — почесал я за ухом. — А предугадать наш маршрут они не могли?

— Кто? Поисковые боты? — пошутила Таира.

— Да нет же! Дон Марио и подручные, — дёрнул я раздражённо плечом (из-за усталости даже невинные шутки, бывает, нервируют).

Владелица яхты снова задумалась.

— Да. Возможно, могли. Маршрут к промежуточной точке я ввела в ГП-навигатор ещё до посадки. Информацию о маршруте дон и компания могли получить после взлёта, ещё до нашего входа в гипер.

— То есть, в этой промежуточной точке нас могут ждать? И что это, кстати, за точка? Теперь-то, надеюсь, сказать уже можно.

— Обычная мало кому интересная необитаемая система, — махнула Таира рукой. — Но вот засаду там, в самом деле, нам могут устроить, факт.

— И долго лететь до неё?

— Ещё двенадцать часов.

— Немного. Но выспаться хватит.

— Боюсь, я сегодня уже не засну, — пожаловалась Таира.

— Ты знаешь, я тоже, — хмыкнула Молли. — У меня из-за этих «червяков» сегодня, уверена, будут только кошмары сниться.

— Кошмары, не кошмары, а выспаться надо, хоть со снотворным, хоть без. Иначе завтра мы не бойцы, — пресёк я «упаднические» настроения. — И последний вопрос. Кто скажет, откуда у дона Марио такие устройства? Не слишком ли ему это жирно?

— Синдикат и «Васаби» давно вась-вась, — засмеялась Молли. — Так что неудивительно. У дона Алонсо, как помню, в советниках двое «джапов» ходили. Одного потом, правда, прирезали в подворотне, но второй-то остался.

— А это случайно не ты его? Ну, там, в подворотне, — изобразил я задумчивость.

— Не. Для меня это слишком грубо, — бывшая ликвидатор клана Алонсо вынула лучевик и по-ковбойски крутнула его на пальце. — Мне больше эта штука по нраву. Чисто, культурно, изящно, без шума и пыли. Одна аккуратная дырочка, и уже никто никуда не бежит. Вот как-то так. Да…

Бессонница меня сегодня не мучила. Едва завалился в кровать, так сразу и отключился. Об охране себя любимого не беспокоился. Моя индивидуальная сигнализация в виде поселившегося в голове искина была всё время на стрёме. Случись какая опасность, разбудит за доли секунды.

А выспаться требовалось обязательно. Я почему-то был абсолютно уверен, что в той системе, куда мы сейчас летели, нас точно ждут, и ждут отнюдь не с цветами…

Гарти разбудил меня прямо посреди «ночи». Солнца на корабле, понятное дело, не было, но судя по корабельному времени, я проспал всего два часа.

«В чём дело? Чего у нас нехорошего?» — протёр я глаза и смачно зевнул.

«Тревога низкого уровня, кэп, — сообщил подселенец. — Прямой опасности нет, но, похоже, к нам в двери кто-то скребётся. Я подумал, это может быть важным».

«Тогда тихо. Дай, я тоже послушаю…»

За дверью, действительно, кто-то тёрся. В смысле, тихонечко трогал ручку, замок, но никак не решался попросту постучать. И дверь эта была не входная, а та, что между каютами.

Мысленно ухмыльнувшись, я поднялся с кровати и подошёл к двери.

«Код: шесть четыре двенадцать шестьдесят три», — подсказал Гарти.

Замок тихо щёлкнул, створка приотворилась. Я распахнул её настежь.

За дверью обнаружилась Молли («Ну, кто мог такое подумать? Три раза ха-ха»), в полупрозрачной ночнушке, с совершенно испуганными глазами.

— Реш! Я боюсь, — выдохнула она одним махом.

— Чего?

— Я вообще не могу заснуть. Как только глаза закрою, так сразу же представляю этого мерзкого червяка. Мне кажется, что он уже рядом, за переборкой. И стоит мне чуть задремать, как он просочится в каюту и… ну, в общем, ты понимаешь.

Я негромко вздохнул:

— Понятно. Боишься спать в одиночку?

Девушка радостно закивала.

— Ну, тогда заходи, — отшагнул я в сторону и кивнул на кровать.

Молли тут же запрыгнула на неё и укуталась одеялом по самую маковку.

Для двоих там места было достаточно. Но именно, что достаточно, а вовсе не дофига, как в наши прошлые ночи в гостиничном люксе и в особняке корпорации «Тахо». Так что «всего лишь» спать, а не трахаться, эта кровать, пусть и с меньшим комфортом, вполне себе позволяла.

Однако и против секса я сейчас тоже не возражал. Усталость усталостью, но если организм полагает, что ему это нужно, то почему бы и нет. Хорошая встряска ещё никому никогда не мешала. Скорее, наоборот. И если нам завтра и вправду придётся драться с очередными врагами, то для меня лично это станет ещё одним стимулом, чтоб победить, а не сдохнуть.

В прогнозах я не ошибся.

Едва я тоже улёгся и «отобрал» у соседки часть одеяла, как она сразу прильнула ко мне и обхватила руками. Её тело дрожало, словно в падучей, то ли от предвкушения близости, то ли она, в самом деле, ещё не оправилась от кошмаров, что не давали ей спать, и теперь жаждала утешения и участия.

Перейти к «делу» мы не успели.

В дверь, что вела в центральный отсек, неожиданно замолотили снаружи.

— Не надо! Не открывай! — Молли вцепилась в меня мёртвой хваткой и истерически всхлипнула.

Честно сказать, я впервые видел её в таком состоянии. Но как его можно купировать, в принципе, знал. Поэтому просто прижал её к себе близко-близко и впился ей в губы томительным поцелуем.

«Радикальное» средство подействовало.

Где-то секунд через пять, через шесть моя пассия начала потихонечку успокаиваться.

— Всё хорошо, всё нормально, — прошептал я ей на́ ухо. — Я с тобой, и тварей здесь нет. А если б и были, уж в дверь они точно бы не стучали. Ага?

— Ага, — еле слышно ответила Молли, и пальцы её, наконец-то, расслабились.

— Всё в порядке. Я быстро, — соскользнул я с кровати, подошёл к двери, взглянул на экран следящего монитора и обречённо вздохнул. Две женщины с абсолютно одинаковыми «симптомами» — это вовсе не то, о чём я мечтал, когда пару часов назад укладывался в постельку, собираясь спокойно поспать…

— Реш! Я одна не могу. Мне страшно! — стоящую на пороге Таиру буквально трясло от какого-то совершенно иррационального страха. Одета она была в такую же, как у Молли, ночнушку. Глаза, как два пятка. Волосы живописно растрёпаны… Последнее, впрочем, неудивительно — другими я их никогда и не видел.

— Всё хорошо. Всё нормально. Никаких тварей здесь нет, — повторил я всё то же самое и по уже опробованному алгоритму притянул Таиру к себе. Затем дождался, когда она более-менее успокоится, и завёл её внутрь. — Располагайся. Чувствуй себя, как дома.

Увидев выглядывающую из-под моего одеяла Молли, Таира негромко ойкнула, затем покраснела, как рак, но всё же взяла себя в руки и, ничтоже сумняшеся, забра́лась туда же — плюхнулась на единственную в помещении койку.

Увы, но хозяину, то бишь, мне места в моей же кровати уже не осталось.

— Ты куда⁈ — испуганно вскрикнули обе дамы, когда я шагнул к две́ри в другую каюту.

— Куда-куда… За одеялом с подушкой. Не голым же мне на полу тут спать, ёпсель-мопсель…