Эмилия Грин

Сладкая горечь

Сахарная и Темный двадцать лет спустя…

*Рассказ описывает события, происходящие параллельно с событиями романа «Его одержимость*

Пути господни, в самом деле, неисповедимы – кто же знал, что у нас с Артемом будут романтики в тюрьме?! И то, при условии, что мой драгоценный муж не прогонит меня…

Глава 1

POV Александра Апостолова

Толя не подвел, довольно скоро выбив мне полноценное свидание с возможностью остаться у Артема на ночь, хотя, я догадывалась, что муж будет против.

В последнее время наши отношения окончательно разладились.

И, если на первых свиданиях Артем преимущественно отмалчивался, буквально олицетворяя собой пассивную агрессию, то на последнее он вообще не явился. Поэтому и пришлось прибегнуть к помощи вездесущего Игнатова, разумеется, заранее не предупредив Темного о моем визите.

Сюрприз!

Пути господни, в самом деле, неисповедимы – кто же знал, что у нас с Артемом будут романтики в тюрьме?! И то, при условии, что мой драгоценный муж не прогонит меня…

Хотя нет ничего невозможного, когда ты наглухо отбитая – вот даже в местах не столь отдаленных не даю ему расслабиться.

И нигде.

Скованные одной цепью… Связанные одной целью… Куда ниточка, туда и иголочка. Три ха-ха.

… Я шла по узкому тюремному коридору, стараясь не отставать от конвоира.

Одно радовало – это не обычная колония и попасть сюда уже было в каком-то смысле удачей после того, как мой супруг принял весь удар на себя.

Не удар. Нокаут, сбивший всех нас с ног по вине одного мстительного ублюдка.

Вере удалось выяснить, что наш враг – никто иной, как сын того самого Полянского, долгие годы скрывающийся под личностью другого человека.

Расчетливая лживая мразь.

Зло, рожденное от зла, и пропитавшееся, прогнившее своей местью насквозь.

Такой же, как его кровожадный отец.

Теперь моя дочь находилась у него в заточении.

Однако я не теряла надежду, что Вера сумеет его переиграть.

Моя сильная, не по годам мудрая девочка, я верила, что у нее получится, и совсем скоро наша семья воссоединится. Хотя, в глубине души я понимала, что как раньше уже не будет…

Ничего. Никогда.

… Конвоир подошел к камере Артема, скользнув ничего не выражающим взглядом по пакету в моих руках.

Замерев, я быстро развернула пакет, позволив моложавому бритоголовому мужчине беглым взглядом оценить его содержимое – книги, фрукты, сладости – ничего лишнего, ничего запрещенного. Я ведь не могла прийти с пустыми руками.

Едва заметно кивнув, он повернулся к двери, приложив к черной панели сбоку от косяка пластиковую карту-пропуск и, открыв ее, пропустил меня вперед.

- Артем Александрович, к вам посетитель, – бросил мой сопровождающий равнодушным голосом, спустя пару секунд хлопнув дверью.

Медленно повернув голову, я столкнулась с мужем взглядом, ощутив, как мое тело прошивают болезненные разряды тока.

Темный смотрел на меня холодно, чуть ли не уничтожающе.

Ком в горле застрял. Не вздохнуть, не выдохнуть. Эмоциональный фон канул в летаргический сон, но я упорно продолжала держаться, натянув на лицо подобие улыбки.

До меня только в это мгновение дошло – это не игра.

Вот во что превратилась наша семейная жизнь.

Сплошная драма и безнадега.

Однако приветливая улыбка все еще не сползла с моего лица…

Держаться!

Сердце сжалось, мгновенно выхватив произошедшие с мужем изменения.

Под потемневшими карими глазами темными круги. Щеки Артема немного впали, обнажив резкую линию челюсти, у внешних уголков глаз залегли новые морщины: его лицо словно окаменело, сделавшись гораздо суровее, злее.

Несокрушимый, непробиваемый Артем Апостолов.

Мой Темный Артем.

Мужчина‑скала.

Даже в подобных условиях он не выглядел сломленным… Настолько властная и подчиняющая у него была энергетика.

- Зачем ты пришла? – сухо приветствовал меня муж, демонстративно отворачиваясь к крохотному окну.

Неприятный холодок резанул нутро.

- У нас и так мало времени… – я вздохнула, бегло осматривая комнату, – она была небольшой. Метров пятнадцать от силы. Стол. Стул. Кровать. Умывальник. Вот и все «изыски» блатной камеры. – Предлагаешь потратить его на бессмысленные препирательства? Мне разрешили остаться на ночь…

- Не вынуждай меня прибегать к запрещенным методам, – зло усмехнулся Темный.

- Еще скажи, что будешь жаловаться! – хохотнула я, пока внутри все дрожало, пытаясь стеречь, сжечь, развеять обиду от его равнодушного приема.

Кусок гранита бесчувственный! Как так можно?!

- Саш…

- Апостолов, жалуйся хоть в самые строгие инстанции, хоть в «Спортлото», – я истерично усмехнулась. – Муж и жена – одна сатана! Слышал?

Пауза. Напряженная тишина. Густая. Давящая.

- Хватит небо в клеточку разглядывать! – я повысила голос. – Или собрался выть на луну? Давай уже трахнемся, и я поеду! – добавила с издевкой.

- Вот так заявочка, – процедил Темный, тем не менее, оборачиваясь.

Артем впился в меня своим цепким ироничным взглядом, который с каждой секундой становился все более въедливым, откровенным, личным…

Упиваясь его реакцией, я одним резким порывистым движением скинула свою короткую шубку, оставшись перед ним в черной водолазке и джинсах.

- Саш, это место не для тебя… – ровным безэмоциональным голосом, однако я отметила, как заиграли мышцы на его скулах.

- Да неужели? Вон шконка же есть! – насмешливо повела уголками губ. – Что еще для счастья надо? – глядя на мужа с вызовом.

- Сашенька, я же тебе уже озвучил весь расклад… – низко… глухо: от его тихого вибрирующего голоса мурашки побежали по рукам. – Эти выродки получили команду «фас» сверху. Мне светит реальный срок.

- Отделаться малой кровью – значит присесть ориентировочно на «десятку», и то при условии, что я позволю шакалью попилить «Апостол-групп» на жирные куски. Но ты ведь понимаешь, что я не дам им уничтожить дело, которое начал еще отец? А значит вариантов немного. И все они так себе. Но самый печальный, Саша, что меня в любой момент могут грохнуть. Так что включай голову. Ты молодая баба, у тебя еще вся жизнь впереди… Хватит меня и себя мучить, – отрезал муж безжалостным голосом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Артем, я никуда не уйду, – демонстративно покручивая обручальное кольцо на пальце. – Боль и страдания способны разрушить самые крепкие узы или же скрепить их, сделать нерушимыми. Я верю, что второй вариант – про нас.

- Все это звучит безумно жизнеутверждающе… – он помолчал. – Но иногда приходится жертвовать своим счастьем ради близких.

Жертвовать своим счастьем ради близких…

В груди от таких слов разлилась пустота.

Диалог вдруг зашел в тупик, повисло тягостное молчание.

Мое внимание на некоторое время сосредоточилось на его больших огрубевших ладонях с татуированными костяшками и аккуратно подстриженными ногтями.

Я так любила его по-мужски красивые кисти, в очередной раз на них подвиснув, правда, следующим вопросом муж вывел меня из оцепенения… введя в жесткий ступор.

Глава 2

- Как Вера? – внезапно тихо спросил муж.

Прошло мгновение, прежде чем я поняла, что вся подобралась, забывая дышать. Сердце стучало в ушах, заглушая все прочие звуки.

Я ведь до сих пор ничего ему о ней не сказала.

Страшно подумать, что будет, если Темный узнает, куда отправилась его дочь…

- Я отправила ее в Европу. Разве Толя тебе не сказал? – тревога заполнила мою душу, как прилипчивая мелодия, пока я выдерживала его полный подозрений взгляд.

- Нет, – сканируя меня словно рентген. – Но это не самое худшее решение в сложившейся ситуации, – внезапно с нотками облегчения добавил Артем. – А Люба? Почему бы ей не присоединиться к сестре? Я сразу сказал, что вам пока лучше залечь на дно…

- Люба никуда не хочет уезжать от Ильи, – с деланным негодованием. – А я… – чувствуя, как сердце пропускает удар, – от тебя…

- Есть вероятность, что ты можешь погибнуть из-за своей любви ко мне. А я лишь могу пообещать, что постараюсь тебя защитить. Постараюсь, Саша, потому что однажды ты уже чуть не умерла по моей вине… Нет никаких гарантий. Тем более, я ограничен в передвижениях.

- Я уже давно приняла решение. Ничего не изменилось и сейчас, – я мрачно улыбнулась, склоняя голову в бок. – Ну, прогонишь меня, и что дальше? Будешь заказывать себе эскортниц?

Однако ответить ему помешал конвоир – пару раз стукнув, он вошел, толкая перед собой тележку, на которой стояло несколько блюд, накрытых железными крышками.

- Тебе надо поесть. Кожа да кости, – Артем бегло осмотрел меня с головы до пят.

- Аппетита нет, – непроизвольно обхватывая себя руками. – Я не голодна…

- Саш, никаких разговоров за жизнь, пока ты не поешь, – Темный вздохнул, усаживаясь на деревянный стул перед столом. – Я серьезно.

Кивком головы он пригласил меня сесть рядом, ставя передо мной тарелку с пловом, который, к слову, на вид выглядел вполне сносно. Мне ничего не оставалось, кроме как присоединиться к трапезе.

Во время еды мы почти не разговаривали.

Взгляд Артема, правда, редко отрывался от меня. Такое чувство, будто меня разбирали на части, измеряли и оценивали. По всей видимости считая, что я не достойна здесь находиться…

Пока я ковыряла алюминиевой вилкой в тарелке, муж заварил нам чай, пододвигая ко мне дымящийся напиток.

- Саш, мне больно видеть тебя такой. Здесь, – он шумно втянул ноздрями воздух, – комната для свиданок в тюрьме… Дожились, – губы у него чуть заметно дрогнули.

Он отвел взгляд, но складка между его бровей никуда не пропала.

- Я приняла решение, сделала свой выбор. Правильный или нет…. Я не буду его менять. Я с тобой до конца… А ты готов совсем меня не видеть, да? – наморщив нос, я изо всех сил постаралась сдержать злые слезы.

Неужели, после всего, через что нам пришлось пройти, этот мужчина был готов меня отпустить?

Убила бы его взглядом, если бы могла…

- Тебе так не терпится лечь под оголодавшего заключенного? М? – Апостолов хохотнул.

Его ехидный взгляд больше напоминал предупреждение, а в голосе явственно улавливалась хрипота.

Гад! Просто гад!

Неисправимый…

- А если так? – усмехнувшись, я закатила глаза, стараясь скрыть нарастающее чувство смущения.

Разумеется, я пришла сюда не за этим… Надо сказать, интимная сторона вопроса была последним, о чем я думала в последнее время. Совсем не до этого, когда кругом Апокалипсис.

Только когда дело касалось моего Темного Артема…

Иногда было достаточно одного столкновения взглядов или случайно произнесенной фразы, и нас обоих накрывало.

Каждый раз это ощущалось как полное растворение друг в друге, одержимая потребность и наслаждение до судорог в конечностях.

Глава 3

- Саш, нам надо столько всего обсудить… – пытаясь разглядеть в моих глазах нечто невысказанное.

- Да… Надо, – я почувствовала мурашки по коже, хотя мне было не холодно, скорее наоборот.

- Хотя, все, о чем я могу думать рядом с тобой… – хмыкнув, Артем выразительно покосился на шконку.

Молчаливая пауза затягивалась. Напряжение между нами начинало ощутимо искрить.

Поднявшись, я инстинктивно отступила на шаг, испытывая одновременно неловкость и смущение. Меня внезапно бросило в жар, в то время как спину обдало арктическим холодом.

Я не ожидала, что Темный, так быстро включится, сменив равнодушие на вполне себе откровенный мужской интерес. Он застал меня врасплох. Возможно, специально, играя на эффекте неожиданности.

Его направленные на меня черные зрачки слились с потемневшей радужкой, линия скул заострилась от напряжения, а взгляд все явственнее тяжелел.

Он улыбнулся, но в глазах у него была бездна. И никто никогда еще не смотрел на меня так, как он. Даже спустя столько лет…

- Артем…

Темный поднялся следом, с глухим скрежетом отодвигая стул от стола. Он скользнул взглядом по моей шее, к месту, где пульсировала жилка, затем к ключицам, очерченным под тонкой водолазкой.

Грудная клетка мужа тяжело вздымалась, растягивая черную ткань футболки.

Между нами снова повисла пауза. Сама не знала, чего я ждала, но уж точно не того, что Артем будет смотреть на мое лицо так, будто желает запомнить его до последней черточки.

Он сделал шаг вперед, все еще не до конца сократив расстояние, и я разглядела на дне его глаз такую откровенную тоску…

Темный все еще не двигался, но, казалось, он уже ко мне прикасается. Мурашки поползли по коже от голода, которым веяло от всей его фигуры.

В воздухе повисло нечто невысказанное, громоподобное. Напряжение, натянутое, словно тетива. Невыносимая, сладкая пытка ожидания…

Переломным стал звук упавшей ложки.

Алюминиевая ложка, которую я нечаянно задела локтем, звякнула о бетонный пол.

И этого хватило, чтобы все переменилось.

- Саш… – его голос прорвался хриплым, надтреснутым шепотом с эхом признания поражения в безмолвной битве с самим собой.

Он больше не мог просто смотреть. Его губы прикоснулись к моим в поцелуе, от которого по моему телу пробежал ток. Буквально мгновение спустя наш поцелуй превратился в интенсивный и всепоглощающий.

Артем целовал меня так, будто я та, без которой ему не жить.

Горячая дрожь пробежала по моей коже, когда Артем прижал меня к стене и провел своим языком по моему. Сердце под ребрами безумно стучало, пока вспыхнувшая похоть сверлила живот.

Мысли разлетелись. Дыхание сбилось. Желание обрушилось на меня как гром среди ясного неба. Обнимая мужа за шею, я слегка прикусила его нижнюю губу.