— Вася, иди ужинать, тут твой блогер активизировался, проспишь все, — зовет меня Вика с кухни.

Я медленно разлепляю глаза. Состояние — хочется сдохнуть. Мы пили с подругой до утра, потом я ревела в подушку, потом я успела еще раз поссориться с Сережей в сообщениях, а потом, наконец-то, вырубилась.

На полу в вазе стоит огромный букет роз, а возле дивана — ведро. Видимо, Вика озаботилась тем, чтобы я не испачкала ее ковер если мне станет плохо.

А вот цветы я сама себе купила. Не пожалела отвалить за них сумму как за почку, лишь бы позлить бывшего мужа. Разбудила Вадика, заставила ехать со мной в магазин. Потом с Викой делали фотографии.

Дура. Лучше бы духи себе купила. Хотя, есть у меня духи. Сережа дарил…

В носу снова начинает щипать.

Что самое смешное, я не понимаю, какой реакции жду от мужа, если я сама вчера разорвала отношения. Жду, что он, несмотря на это, будет сворачивать горы и доказывать мне, что любит? Бред. Я и ушла потому что у нас в очередной раз произошел скандал на почве того, что я не чувствую себя нужной и единственной.

Вот он работает, строит карьеру, чего-то вечно достигает, психует, что на работе никто лишнюю бумажку не отработает, а я сижу и жду его вечерами. И потом выясняется, что какая-то Маша с работы ему пишет и шлет прикольчики, а есть он не хочет, потому что его Маша угостила домашними пирогами.

А я, блин, готовила ему весь день после смены! Пусть не пироги, но готовила!

А он пришел и сразу спать завалился. Ладно бы, романтика или секс были, а то нет. Просто спать. Чмокнул в щеку, будто мы золотую свадьбу сыграли, и вырубился.

Ну и что? Я не выдержала и впервые в жизни влезла в его телефон посмотреть, что за Маша. А там нормальная такая… Маша. Размером с пятым. Не то, что я со своими прыщиками.

Конечно же, я не удержалась и все высказала с утра. Он психанул, что я лазила в телефоне и демонстративно поставил пароль. Я вылила суп в унитаз. Он сказал, что попросит МАШУ его накормить. Я пообещала, что если Маша его будет кормить, то я найду, кого накормить на своей работе.

И понеслось снежным комом.

А еще, даже если опустить это, он никогда он не станет бегать и унижаться перед предательницей. Я же наврала ему о беременности. Но, ведь на самом деле я не предательница! Только не докажешь ничего теперь. Даже если бы я мириться пошла и все рассказала, я уже могу предположить, что бы он подумал. “Бросил ее новый мужик, вот она ко мне и приползла”. Сто процентов. Все мужики такие.

— Вася! — заглядывает в комнату Вика. — Ты жива?

— Не совсем, — усмехаюсь, приподнимая голову от подушки. — Кажется, сейчас меня парализует.

— Так, отскребывай свои мощи и пошли есть. Я сварила похмельный суп.

Желудок тут же начинает урчать от голода. Я вчера практически не притрагивалась к еде, заливая горе коньяком и желая напиться без памяти.

Память не отшибло, но голова болит так, будто кто-то меня по ней долбасил битой, пытаясь помочь впасть в амнезию. А завтра еще и на работу. Отпуск через неделю, дожить бы.

Я не смогу работать в таком состоянии и теперь еще сильнее жду отпуска, чтобы просто исчезнуть с радаров на месяц, спрятаться в комнате с одеялом, телевизором и сладостями. Отожрать жопу с пузом, чтобы потом посмотреть в зеркало на кого я превратилась, ахнуть от ужаса и взять себя в руки. Выкинуть из головы и жизни лишний хлам, отпраздновать новый год и войти в него с ожиданием нового и светлого будущего.

Соскребаю мощи с кровати и ползу в туалет. Бросаю взгляд в зеркало ванной — опухшая, с мешками под глазами, лохматая. Да я даже в самом плохом своем самочувствии так никогда не выглядела. Все из-за этого гада. На обратном пути сталкиваюсь с Вадиком, который как раз выходит из своей комнаты, видимо, тоже на запах еды.

— Привет, — косится он на меня.

— Привет, — вздыхаю.

Уж кто-кто, а Вадя вообще на меня не смотрит как на женщину, но сейчас в его глазах читается искренняя озабоченность моим состоянием.

— Ты как? — хмурится он.

— Нормально, — усмехаюсь и прохожу вперед.

На кухонном столе уже стоят тарелки с ароматным супом. Прозрачный золотой бульон переливается мелкими масляными пузырьками, вызывая желание срочно запихнуть в себя несколько горячих живительных ложек.

Едим молча.

— Ты блог-то посмотрела? — кивает подруга на мой телефон.

— Не, — качаю головой. — Что там вещают “восемнадцать сантиметров счастья”?

Вадя давится и кашляет, выпучив на меня глаза.

— А ты сама посмотри, — усмехается Вика.

Захожу на страницу, открываю новое видео.

— Вот ответь мне, что нужно женщинам? — пристально смотрит мой муж в камеру таким тяжелым взглядом, что у меня аж пересыхает в горле. — Вот я работаю, зарабатываю. Ебашу как проклятый, чтобы все было. Подарки покупаю, счета оплачиваю. Что не так? Что вам нужно для счастья?

— А-а-а… — хмурюсь и включаю заново. — Фартук у нас откуда?

— Вася, блин, ну какой фартук? — возмущается подруга. — Ты в глаза своему мужику посмотри! Он будто постарел лет на пять.

— А ты на меня посмотри! Я тоже постарела! На все десять! — возмущенно откидываю телефон на стол. — А все потому, что бухала вчера. И он бухал, вот и выглядит как все нормальные люди с бодуна. А фартука такого у нас дома не было. Небось, Свету уже сменила кудесница Маша со своими пирожками.

— Вась, — улыбается подруга растерянно. — Ну, он же не блоха.

Ничего не отвечаю, продолжая есть суп.

— Вадик, что женщинам нужно для счастья? — смотрит Вика на своего младшего брата, не дождавшись от меня ответа.

— Деньги, — ни секунды не раздумывая, отзывается он.

Усмехаемся с Викой одновременно.

— А помимо денег? — хмыкает она.

— М-м-м… ну, айфон, шмотки, отдых на курорте каком-нибудь.

— И все?

— И чтобы в постели нормально все было, — подытоживает.

— Мда, — усмехается Вика. — Не быть тебе семейным психологом.

— Зачем мне быть психологом, если я программист? — усмехается он.

— Логично, — кивает она. — Чтобы жениться когда-нибудь, братец, нужно понимать женщин. Ты же не собираешься жить со мной до седых мудей?

— А что, я тебе мешаю? — возмущается Вадя.

— Короче, еще один “мужик обыкновенный”, — сообщает мне подруга, показывая рукой на брата. — А ты что-то от Серёги требуешь.

— Да ничего я от него не требую! — возмущаюсь. — Вадь, это нормально, когда тебе пишут другие бабы?

— А что такого? — усмехается он, явно не понимая, почему мы до него домотались.

— А пироги их жрать?

— Ну, если угостили, почему бы не сожрать? — философски вздыхает он.

— А на работе задерживаться каждый день?

— Не, вот это не нормально, — категорично отрезает он. — Поэтому я работаю из дома.

— Ага, и не вылезаешь из-за компьютера сутками, — закатывает глаза Вика. — Я вспоминаю о том, что у меня дома живет мужик, только когда в шкафу заканчивается посуда и скапливается у тебя в комнате. Пакеты из магазина — сама. Полку прибить — сама.

— А чё ты не зовешь-то? — возмущается он.

— Так я зову! Ты обещаешь и тут же забываешь о том, что я тебя просила!

— Так, все, — прерываю их спор. — А то подеретесь. Вам-то развестись не удастся.

Вадя, закатив глаза, встает, убирает за собой тарелку и ретируется в свою комнату, и мы с Викой остаемся вдвоем.

— Может, и нет у него никакой бабы, Вась? — вздыхает она, серьезно глядя на меня.

— А толку-то? — усмехаюсь. — Он меня отпустил. Значит, не так сильно я ему и нужна.

— Ну, так и ты ушла. Значит, не так сильно нужен?

— Возможно, — вздыхаю. — Может, он реально устает и ему ничего не хочется. Но, я же не требую у него ни подарков, ни телефонов. Я и сама работаю. Вон, на отпуск нам накопила. А теперь мне и ехать без него никуда не хочется. Мне же единственное что нужно было — чтобы он рядом был. Чтобы у нас выходные и вечера как у семьи проходили. Чтобы он не как робот себя вел, которого запрограммировали на “прийти — поесть — отлюбить жену — лечь спать”. Он же машинально все это уже делает. Я знаю каждое следующее его действие. — понижаю голос. — Да я даже в сексе могу его предугадать до мелочей. Никаких погрешностей. Будто это не близость, а очередная работа. Я раньше забывала имя свое, а сейчас точно знаю, что нам потолок пора красить.

— Лямур пердю? — хмыкает Вика.

— Что? — удивленно усмехаюсь.

— Потеряли любовь, говорю. Увы, так бывает. И не всегда в этом виноваты другие бабы.

Лямур пердю... Грустно.