«Темой нескольких следующих лекций будет такое понятие, как родословная. Уверен, многие слышали данный термин, а большинство желает ее пробудить. Однако также не сомневаюсь, что мало кто задавался вопросом, что же такое, эта самая „родословная“, с точки зрения науки. Я попытаюсь донести до вас основы. Думаю, что после сегодняшнего занятия, вы переосмыслите для себя некоторые вещи…»

Отрывок из лекции Уля Кваршева, профессора Университета Спектральной Энергии, Внешнего Кольца, Алого Кластера;

Воздух загудел от мерного стрекота тысяч крыльев. Могучий рой приблизился к Мередианным воротам. Насекомые были длинной чуть больше метра, обладали пухлыми, сигарообразными туловищами и глазами из десятков мелких драгоценных камней, слипшихся воедино.

Кристаллические стрекозы были опасны прежде всего количеством. Они зависли над целью, направили свои изогнутые хвосты и полили потоками раскаленной плазмы чердак древнего здания. Плотность огня зашкалила, равно, как и температура.

Мелани Райт спокойно смотрела, как «маленькие линкоры» вышли на курс. За века эволюции стрекозы выработали единую тактику. Рой подразделился на дюжину звеньев.

В центре каждой формации виднелась особо упитанная стрекоза, без глаз и без крыльев. Налету ее поддерживали другие. Эдакие громоздкие трутни-великаны, со сложнейшей внутренней структурой, задачей которых было не допустить всеобщего перегрева. Ведь тонкие кристаллические пластины их более худых собратьев могли легко расплавиться от длительного ведения огня.

Рой очень напоминал флотилию кораблей. Маневры насекомых были четкими и выверенными. Позади защитных построений, спряталась матка. В десять раз больше обычных стрекоз, мать выводка тоже не могла летать самостоятельно. Ее «буксировали» пару сотен последователей.

Матка выполняла роль единого командного центра и отдавала приказы. Уничтожь ее — и рой разлетится. Вот только, в метр толщиной, бронированные пластины-кристаллы и многочисленная охрана намекали, что сделать это будет непросто. К тому же, главная стрекоза обладала инстинктом самосохранения и вперед не лезла.

— Ууууу! — противно взвыло в небе, когда построение завершилось, и насекомые дали первый залп.

Каждый из собравшихся на крыше людей выживал по- своему. Миранда превратилась в ламию-лучницу. Двумя руками она держала морозный щит и, временами, выпускала из под него стрелы. Лиза попросту пропала из виду. Ее оружие, парные кинжалы, совсем не подходили для нынешнего сражения. Стрекозы зависли в десятке метров над стеной и палили оттуда.

Хитрый мимик захлопнул крышку и погасил любые биения жизни. Ему удалось одурачить примитивных существ. Стрекозы восприняли его, как неодушевленный предмет, и не атаковали.

Три Беды вознамерилась проститься с жизнью. Когда-то красивая, а ныне покрытая чешуей и волосами, свившимися в слизкие дреды, она смело шагнула вперед и подставилась под наиболее мощный залп.

— Помереть вздумала? — возникла перед ней Мелани, в облаке кровавого- тумана.

Перед наемницей соткалась стена из алой жидкости и приняла смертельный выстрел на себя.

— Уйди, не мешай! — в голосе Кэссиди проклюнулись эмоции.

— Ты, конечно, можешь умереть, оплакивая свою горькую судьбу, но взгляни на меня! — тыкнула Мелани себя в упругую грудь, которой было слишком тесно в не по размеру теперь костюме.

Таблетка исцеленного духа сотворила настоящее чудо. Ранее, девушка походила на обтянутый кожей скелет. Ныне же, ее фигура пышила здоровьем, а взгляд ярко- алых глаз полыхал огнём. Шикарные красные волосы развивались на несуществующем ветру, словно живые. От наемницы исходила мощная аура жизненной силы.

— Сколько себя помню, мной пользовались, как лабораторной крысой. Я тоже пришла на Гору с одной целью — сдохнуть побыстрее. Надежда заполучить лекарство на вершине была лишь самообманом. И что⁈ Нашелся человек, который отдал уникальное сокровище, чтобы излечить меня! Могла ли я, предположить что-то подобное? Никогда!

— «Человек…», — перебила Три Беды восторги бывшей мученицы и с ненавистью взглянула на того, кто превратил ее в страшилу. Причем сделал это так, что она не смогла обратить трансформацию вспять.

— Не смотри на него так! Он не может быть плохим, раз отдал вещь, стоимостью в несколько миллиардов! — взор Мелани горел фанатизмом.

Никогда и ни от кого, кроме братьев, она не видела добра, потому поступок лидера запал в душу. Девушка ещё не разобралась в своих чувствах до конца, но была готова последовать за таким командиром, куда угодно.

— Кроме того, ты же представляешь Зеленый Кластер. Вы являетесь известными специалистами по различным формам жизни. Неужели, не разберёшься с жалкой мутацией? Если так, то мне больше нечего сказать тебе — неудачница.

Внешний вид, слова и задор наемницы и так подействовали на Кэссиди, а тут ещё рядом с ней сформировался подарочный кейс. Рефлекторно, Три Беды открыла фиолетовый чемоданчик. В нем была шикарная малахитовая броня. Доспех сразу признал хозяйку. Осветился и, сам собой, собрался вокруг действительно бывшей владелицы.

— Отец… Ты не забыл обо мне… — взволновано прошептала Три Беды, и в глубине ее глаз начало разрастаться привычное упрямство.

— Выглядит неплохо, — прокомментировала обновку Райт, — Прикроешь меня? А то я не слишком хороша в защите.

— Прикрою! — уверенно ответила Три Беды, и в ее руках появился башенный щит, который тоже был частью эпического комплекта.

Уже через миг, девушки составили отличный дует. Три Беды принимала раскаленные лучи на себя, а кровавые бичи Мелани рассекали надвое ближайших насекомых.

— Ааа! Спасите меня от этой сумасшедшей! — ни с того, ни с сего, раздался рядом панический вопль.

Виверон отчаянно бежал к успешно сражавшейся парочке. На нем гордо восседала Миранда. Гуденберг не позволила мимику отлынивать. Вредная персона забралась на сундук и принялась палить во врагов.

Конечно, ей прилетало в ответ, от чего доставалось и мимику. В конце-концов, Виверон не выдержал издевательств. Он резко поднял крышку, в надежде сбросить с себя надокучливую девицу.

Однако Миранда только и ждала этого. С невиданной для змеиного тела ловкостью, она изогнулась и разместила холодные, чешуйчатые кольца внутри сундука, застопорив крышку и использовав ее, как прикрытие от лучей стрекоз.

— Не вкусно! — чуть не заплакал от обиды Виверон, когда попробовал схарчить морозную, задубелую плоть.

И вот сейчас, бывший принц драпал на своих коротких ножках и истошно вопил. Ему доставалось от стрекоз больше всего. Наглая дура лишь смеялась над ним и ещё больше злила насекомых дурацкими стрелами.

— Мастер⁈ Где мастер⁈ — в отчаянии взвыл мимик, когда укрылся за щитом Три Беды.

— Да, где этот ублюдок? Сбежал, наверное⁈- злобно вызверилась Барби и провела пальцами по глубокому шраму на щеке. Даже в форме ламии увечья никуда не делись.

Не успел ей никто ничего возразить. Даже Мелани возмутиться, как все почувствовали за спинами ужасный жар. Девушки и мимик спешно обернулись и раскрыли рты от изумления.

— Бам! Бам! Бам! — внезапно лопнуло что-то в вышине, причем, не раз и не два.

— Отойдите, а то не удержу! — раздался знакомый всем голос.

Члены отряда послушно расступились. Их капитан тяжело ступал, объятый алым свечением и бликами солнечных лучей.

— Вшух! — полетел в сторону роя гигантский протуберанец, когда Проповедник новой церкви вознес перед собой руки.

В воздухе структура ещё больше разрослась, и принялась дублироваться. За минуту, весь рой, и даже попытавшаяся сбежать при помощи свиты матка, были сожжены. Лишь кучки пепела посыпались с небес, привлекая внимание сражавшихся внизу людей.

— Ха-ха-ха! Жалкие букашки! Узрите мощь Божественного Мастера! — Виверон сильно пострадал от ожогов и был вне себя. А приставку «божественный» высокомерные виверны использовали часто. Даже его нескромный отец грешил этим делом.

Возможно, все и ограничилось бы полоумным криком, но посмертная энергия нескольких тысяч убитых насекомых притекла к их убийце неудержимой волной. С невероятной скоростью, у его ног формировались груды кристаллов. Однако силы было слишком много.

От чего-то переживающий об излишках мощи, человек засуетился. Возле него появился алтарь. На жертвеннике вскоре объявилась змея. Кобра раскрыла капюшон, и сотворенные колоры полопались. Мало того, в раззявленную пасть хлынул весь поток модификаторов, оставшийся от стрекоз.

Туловище рептилии раздулось и задрожало. Кобра неудержимо увеличивалась в размерах и трансформировалась: у нее отросли крылья и появилось могучее туловище.

— Дракон⁈ Дракон!! — донеслись с площади крики изумленных людей.

— Да! Божественный Дракон! Спутник Божественного Мастера! Преклоните колени, смертные! — продолжил изгаляться вошедший в раж Виверон. Он телепал крышкой так, что Миранда предпочла выбраться наружу.

И все бы ничего, но дракон — самозванец взмыл в воздух. Почти десяти метровая туша молнией метнулась к вратам в дальнем конце площади, через которые исторгались полчища монстров. Раздался оглушительный треск. Многие даже попадали наземь от акустического удара.

Волшебное марево между громадными створками развеялось, и твари перестали проходить сквозь древние врата. Дракон тоже исчез. На секунду, на площади установилась гробовая тишина.

Люди, монстры и их поводыри, с желтыми и серыми метками, уставились на одинокую фигуру подле алтаря. Вот так, эпично, Проповедник Церкви Земляне впервые явил себя миру. Мало того, это незабываемое зрелище лицезрели и миллионы зрителей. Ведь почти сотня спектрантов сновала в очистившемся небе, обеспечивая трансляцию.