Люцифер

Свет лился внутрь ярко-золотым снопом из сердцевины купола, что накрывал эту обитель кахар. Здесь жили старейшие из них – в комнатах на втором этаже. А на первом проходил Совет – как раз сейчас они собрались в круглом зале.

Вокруг витал шепот этих старых женщин, принимавших самые важные решения касаемо пути этого мира. Тихие слова из почти беззубых ртов натолкнулись на меня и метнулись прочь к дряхлым телам. В воцарившейся тишине было слышно, как сталкиваются пылинки, порхающие в золотом свете.

Правда, эта музыка ласкала лишь мой слух – благодаря силе, напитывающей меня прямо в этот момент. Она разливалась внутри, занимая все уголки и пробуждая доселе неведомые возможности. Процесс перерождения начался. Вскоре я овладею всем, чем смогу, равных мне будет не сыскать во всех мирах. Останется единственный конкурент – тот, кто занимает Небесный Престол. Но и его срок придет.

Кахары тоже почувствовали мою растущую мощь. Одна за другой женщины опустились на свои распухшие от старости колени и склонили седые головы. Они выполнят любой мой приказ. Совет старейшин признал своего господина.

* * *

Алатара

Летать на драконе на последних неделях беременности – то еще испытание! Особенно в то время, когда сердце рвется на части от мыслей об Асатаре. Я столько его не видела, и вот, наконец-то, он в моих объятиях! Но вместо того, чтобы бежать со мной к Владыкам воды, он идет во всех смыслах на верную смерть!

Ведь даже в случае победы над демонами проклятый Валах его все равно не помилует! Может, Шаина и вымолит у этого бесчувственного истукана своего любимчика Алатара. Муж делает все, чего она захочет, а к просьбам других он глух. Асатара же мать ненавидит, он напоминает ей о том изнасиловании. Как будто в этом его вина!

- Богиня-мать, защити… - Губы начали шептать слова молитвы, но в тот же момент сердце взорвалось болью. Поздно. Я почувствовала, когда он пал – мой любимый, нареченный, единственный, отец ребенка, чье сердце бьется во мне. - Асатар!

Боль полилась наружу громким криком. Одновременно с ним вопль вырвался из пасти дракона, что нес меня на спине. Забившись в судорогах, он так резко пошел на снижение, что я едва не сорвалась с его спины. Что происходит?!

Толчок. Ударилась головой о жесткий нарост чешуи на его спине. Сдурел совсем?! А если бы животом приложилась?

- Идиот, ты что творишь?! – я с трудом сползла со спины дракона и замерла, натолкнувшись взглядом на Люцифера.

- Прошу прощения, Алатара, - издевательски протянул он, - боюсь, не ваш слуга повинен в жесткой посадке. Его рука указала на огромный гарпун, что торчал из груди моего дракона.

Сил ответить у меня не нашлось. Что здесь делает Падший? Неужели уже… все?

- Вам, вероятно, любопытно, с каким исходом кончился бой?

Надо было торопиться! Я с трудом удержала слезы. Пока на карете уезжала подальше от дворца, пока искала дракона, что согласится меня доставить к Владыкам воды, ушло драгоценное время!

- Победу одержали демоны. – Продолжал Люцифер. – Впрочем, у меня сомнений на этот счет не имелось.

- А… - прохрипела я, не узнавая свой голос, - Асатар?

- Мертв.

Ноги подкосились. Пришлось опереться о бок тяжело дышащего дракона. Нареченный мой, любимый! Как же так?!

- Позвольте помочь вам, - Люцифер подхватил меня под локоть и потащил к карете, что стояла неподалеку. – Добить. – Глянув через плечо на моего слугу, испускающего дух, велел он демонам.

- Куда мы едем? – опомнилась я, когда карета тронулась.

- В обитель кахар, моя дорогая. – Он ласково улыбнулся. – Они вас ждут.

- Что мы здесь делаем? – прошептала я, когда Люцифер завел меня в комнату. Липкий страх наполнил тело противной дрожью.

- Заканчиваем начатое. – Падший кивнул рыжему слуге, тот протянул ему меч.

- Умоляю… - Я попятилась, все осознав.

- Простите, Алатара, у меня нет выбора. – Мужчина равнодушно пожал плечами и двинулся на меня. – Вся династия должна быть уничтожена. Вы последняя остались в живых. Вернее, вы и, - он кивнул на мой живот, - ваш ребенок.

- А наше с Алатаром яйцо? – ахнула я. – Вы его?..

- Да, конечно. Лично разбил. У него такая твердая скорлупа была, ужас!

Я прикрыла глаза, чтобы не видеть убийцу моего ребенка.

- А зародыш был весьма симпатичный, кстати. На вас похож. – Продолжал полосовать мне душу этот изверг. – И такой боевой! Сумел наполовину перекинуться в дракона, шипел, пытался кусаться, представляете? Все-таки вы удивительный вид!

- Будь ты проклят! – прошипела я, распахнув глаза. Дыхание замерло на вдохе – лезвие вошло в мою грудь. Как больно, Богиня!

- Заканчивайте, - бросил Люцифер, развернувшись спиной.

Он ушел, ко мне подошли кахары в плащах и капюшонах, скрывающих лица. Кровь лилась из раны прямо на живот и струйками текла на пол. Я упала, попыталась опереться руками, но они не удержали тело, которое рухнуло прямо в лужу крови.

Кахары обступили меня. Одна присела на корточки и скинула капюшон.

- Цета! – выдохнула я, узнав настоятельницу храма Офель.

- Тише, девочка, тише, - зашептала она. Ее руки гладили мое лицо, унося боль. – Успокойся. Мы заберем наследного принца, сохраним яйцо до тех времен, когда этот мир очистится от скверны Падшего и будет готов возродить династию Владык-драконов!

- Спасибо, - выдохнула я.

- Засыпай, Алатара.

- Это конец?

- Смерть – лишь начало. – Донеслось в ответ. - Спи, девочка.

Тело словно уплывало куда-то на мягком облаке. Веки слипались. Из последних сил я вгляделась в лицо Цеты:

- Назовите его Асатар…

* * *

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Гаян

Они галдели так, что хотелось закрыть уши ладонями. А ведь вначале казалось, что это хорошая идея – собрать всех вместе: горный народ, аек, не вставших на сторону Люцифера, людей и остатки драконов в лесу для переговоров. Объединиться в единую силу, дать отпор захватчику – когда он расслаблен после одержанной победы и не помышляет о наших планах.

Мечты, это лишь мечты. Я обвел взглядом это сборище - каждый пытается перекричать другого, все взвинчены, нервы натянуты. Их не то что не сплотить, а смотреть надо, чтобы они в глотки друг другу не вцепились! Даже среди горных и то раздор!

- Нет смысла начинать войну, которая обречена на поражение! – выкрикнул один из них, с вызовом глядя в лицо батьке Гуру.

- Куда лучше шею пришлым подставить, - язвительно отозвался тот в ответ, - пусть и нашей кровушкой землицу поливают, пока не захлебнется она!

- Мы уходим! – отрезал соперник, развернувшись и направившись к выходу с поляны. За ним потянулась вереница горных.

- Дюббуки! – выплюнул им вслед батька Гур. – Ну, у кого еще кишка тонка?!

- Нам стыдно за собратьев, что предали клятву и встали под знамена Падшего, - извиняющимся тоном произнес рослый айка, - но мы согласны с ушедшими – эту войну не выиграть.

Нам оставалось только смотреть вслед покинувшему Совет водному народу.

- А мы с тобой, батька Гур! – прорычали оставшиеся.

- Вот и все Сопротивление, - устало прошептал горный, когда я подошел к нему. – Что ж, осталось решить, кто его возглавит.

- Знаю одного подходящего мужчину, - я усмехнулся.

- Говори, коли так. – Он с надеждой уставился в мое лицо.

- Предлагаю на роль вождя, - мой голос заставил всех замолчать, - батьку Гура!

- Ты чего? – прошипел он, толкнув меня в бок локтем. - Ополоумел, Гаян? Куда мне?

- Принимаете? – прокричал я.

- Принимаем! Да! Мы принимаем! – понеслось с разных краев разношерстной толпы.

- Что удумали! – попытался перекричать их новоиспеченный лидер. – Не по чину мне!

- Поздно, Гур! – я взял его за руку и поднял ее вверх. Все стихло. – Приветствуйте своего вождя, народ! – шум оглушил всех.

- Поздравляю! – я похлопал его по плечу.

- Да как же это? – он захлопал глазами. – Не это ж я, даже не знатный! Меня никто и слушаться-то не станет!

- Станут слушаться, - проговорила горная дворянка, подойдя к нам. – Если возьмешь меня в жены.

- Принцесса Мфала! – потрясенно ахнул Гур, пытаясь изобразить поклон.

- Вся знать пойдет за тобой, беспрекословно исполняя приказы, коли будешь мужем моим.

- И царство получил, и принцессу урвал! – я улыбнулся. – Ай да батька Гур!

Как же соскучился по Риэре! Огненная моя, любимая, супруга! Одного хочу – спасти ее от Люцифера, больше ничего не нужно. И ради этого все, что угодно, сделаю! Абсолютно все!

* * *

Риэра

- Так криво, правее сдвиньте, - донесся до слуха голос Барбелло, когда я вступила на плиты тронного зала. – Так хорошо. – Она посмотрела на Люцифера, что стоял рядом с ней и держал на руках… крошку Дариана! – Господин, вам нравится?

- Да. – Он повернул голову и посмотрел на меня.

Я же замерла, не в силах отвести взгляд от стены. К которой, словно гобелены, рабочие крепили крылья – черные и белые. Валаха и Алатара, павших в битве.

- Что ты творишь?! – сквозь слезы выдохнула я.

- Праздную победу. – Он усмехнулся. – А ты, как понимаю, спешишь поздравить своего короля?

- Почему ребенок Дайи у тебя?

- Потому что он стал сиротой.

- Его родителей вы тоже убили?!

- Аматар был драконом, а они будут истреблены все. А вот Дайя… - Падший нахмурился. – Она предала нас, выступила на стороне Валаха. За что была казнена.

- Отныне Даниар – мой сын! – провозгласила Барбелло и подошла к Люциферу. - Надо поставить мальчику защиту. Не хочу, чтобы когда он подрос, произошло перерождение в дракона. Мой сын не может стать мерзким ящером!

- Не волнуйся, он будет настоящим демоном!

Они говорили так, будто меня рядом и не было. Со стороны даже похоже на семью. Я покачала головой, отступая от этих монстров и с тоской глядя на мальчугана на их руках. Хлопая глазенками, тот ухватил Падшего за нос.

- Смелый! – Люцифер одобрительно рассмеялся. – Станет моим приемным сыном!

* * *

Атапи

Эта сила подчинила меня, когда все мои мысли занял Рафаэль. Я в ужасе смотрела на него у ног Саяны. Вскрытая грудная клетка, затухающее сердце. Все как в том видении, что пришло ко мне в зеркале, в день Посвящения в каары. Какая дура! Все поняла неправильно! Все сделала неправильно! Не Ангел, а мерзавец Агор так поступил с моим любимым!

Портал скрутил меня болью. Клянусь, ощутила его злорадство! Ему все это нравилось! Ноги отказали, я рухнула и из последних сил, что смогла отвоевать у проклятой воронки, поползла к Рафаэлю. Саяна подошла к нему, опустилась на колени и посмотрела на меня.

- Сделай, - прошептала я. Знаю, если она даст ему свою кровь, Рафаэль, и так уже по уши влюбленный в нее, будет видеть лишь Ангела, которым восторгается, на меня и не посмотрит. Но он будет жив, это самое главное!

Кровь потекла в его рот, и я почувствовала, как вокруг тела Рафа вновь наполняются силой энергетические оболочки. Он выживет. Слава Богине! И Саяне. Она много отдала ему, ее шатало, когда встала.

- Ты все такая же.

Я вздрогнула. Знаю этот голос. Повернула голову и увидела ноги. Он стоял рядом. Тот самый выродок, из-за которого все произошло! Он мучил мою мать, меня, многих других! И я сама открыла ему портал на землю!- Мне приятна твоя ненависть, девочка, - он присел на корточки рядом со мной и, толкнув в плечо пальцем, уронил на спину. – Бедняжка, все силы отдала порталу. Благодарю, каара. Ты исполнила предначертанное. Более в тебе нет необходимости.

- Оставь девочку в покое!

Саяна! Я облегченно выдохнула и прикрыла глаза. Мужчина встал, забыв обо мне.

- Ты все такая же, ангел мой. – Голос был теплым и одновременно сочился яростью. – Всех защищать, жертвовать собой. Тебе не надоело?

- Нет, не надоело.

- Придется отучать, - он вздохнул. – Что ж, ничего страшного, у нас с тобой впереди вечность.

* * *

Саяна

- Вечность? – переспросила я, пытаясь прощупать его вибриссами. Нет, гиблое дело, он слишком силен.

- Это долго, правда? – Люцифер склонил голову набок. - Знаешь, ты дважды предала меня, бросила, втоптала в грязь, изменила с Гаяном, перехитрила и отправила в геенну, на непереносимые мучения, а я все это время жаждал одного – вернуть тебя! – его руки обхватили мою талию и рывком притянули к нему. Губы впились в мой рот.

Я полыхнула Крыльями, но Падший отступил лишь на шаг. Горан выскочил вперед и встал между нами.

- Не старайся, санклит, - Люцифер усмехнулся. – Тебе не защитить ее. Лучше попрощайся с ней, у вас осталось мало времени.

В меня полились боль и ужас супруга.

- Не слушай его. – Я встала рядом с Драганом и сжала его руку.

- Можешь не слушать. – Падший пожал плечами. – Тем более, говорить будем мы с тобой, ему придется молчать.

- Нам не о чем разговаривать.

- Ошибаешься. Но ты с самого начала ошибалась. С чего ты взяла, мой Ангел, что дверь должна была открыться откуда-то в этот мир? Может, все совсем наоборот? Что-то должно отсюда попасть туда. – Он прищурился. - Или кто-то.

Меня изнутри обдало холодом.

- Поняла. – Он удовлетворенно кивнул. – Да, суть была не в том, чтобы кого-то впустить на землю из иного мира или измерения.

- Кто-то из этого мира должен отправиться в другой.

- Умница. – Мужчина вздохнул. – Уже догадалась, кто?

- Ты ее не получишь! – Горан вытащил из кармана мешочек и резко взмахнул рукой, отправив его содержимое в лицо Падшему.

Пыль из засохшей лавы геенны огненной. Сколько же ты притащил ее из ада, муж? Однажды это сработало.

- Ангел мой, - легко отмахнувшись от нее, пожаловался Люцифер, - твоя земная игрушка всерьез полагает, что после того, как я из геенны только что вылез, меня можно песочком из нее отпугнуть?

- Прекрати ерничать. Говори.

- И это поняла?

- Вы все, из высших сфер, любители давать свободу выбора – чаще всего мнимую, - фыркнула я. – Это вам от Господа передалось.

- Богохульствуешь? – на этот раз он, похоже, искренне удивился. – Какая женщина! Всегда умудряешься меня удивить.

- Огласи уже условия, не тяни.

- Хорошо. Итак, - Люцифер сцепил руки в замок. Происходящее явно доставляло ему удовольствие. – Видишь портал? - глаза указали на озеро ярко-оранжевой лавы. – Он закроется, только если я вернусь через него обратно в геенну.

- Начало мне нравится. – Пробормотала я.

- Не сомневаюсь. Но если останусь на земле, он начнет разрастаться, потому что ему нужен я. В итоге – дестабилизация энергетики, прорыв инферно, гибель сразу всей ветки миров. Их семь, если ты подзабыла. И все так густо населены!

- Переходи к сути. – Я поморщилась с досадой. С возрастом он стал таким позером! Разыгрывает спектакль и сам собой любуется.

- Все просто, мой Ангел, я уйду в геенну только вместе с тобой. – Он замер, наслаждаясь выражением на лице Горана и явно с жадностью впитывая его боль.

- Ошибаешься, солнышко, - пропела я. – Ангелу Жизни нечего делать в геенне. Тебе там жарковато, да и скучно жариться одному, понимаю. Мое присутствие скрасило бы вечность, да и моих сил хватило бы понизить градус до приемлемого – ведь мне дозволено управлять геенной. Но я тебе не личный кондиционер!

- Тогда все миры сгинут!

- Знаешь, чему меня жизнь научила? – я шагнула к нему. Вспышка Крыльев заставила его отступить, закрыв руками лицо. - Всегда есть иной путь, всегда!