Дни пролетали незаметно. Артуриан стал учить меня читать, слушал, как я читаю первые слоги, первые слова и ни разу не пытался шутить, видя, как тяжело мне даются их иероглифы. Помимо чтения я начала гулять по городу, и поняла, что мне просто необходимо научится защищать саму себя, ведь не каждый день дракон рядом со мной.Стал приходить Артемиан, пару раз послушал, как я читаю, посмеялся надо мной и в итоге получив книгой от меня по голове решил учить меня танцам, ведь через два месяца бал, а я просто обязана на нем побывать! Об этом мне постоянно твердил портной и Артемиан, но затем, услышав мое нытье о том, что я устаю, о танцах стал, твердит и Артуриан. Кстати сказать, учителем он был неплохим. Ему бы в школе преподавать цены бы не было, я много раз ему об этом говорила, он улыбался, с нежностью смотрел в мои глаза, но ничего не отвечал.Наступила зима. В чужом мире я уже три месяца. И за это время я научилась читать на их языке. С Артурианом у нас стала традиция, вечерами он приходил, ужинал у меня, мы усаживались у камина в кресла, и я читала ему, а когда уставала, то он начинал читать мне. Лишь после этого, когда за окном совсем стемнеет, а я вся иззеваюсь, Артуриан целовал меня в лоб, желал доброй ночи и уходил, а я укладывалась спать.По утрам он снова приходил, начиналась тренировка на мечах и рукопашный бой. Затем завтрак в одиночестве, поскольку Артуриан уходил на работу, потом час или два я отдыхала и рисовала эскизы платьев, затем приходил Артемиан, и мы учились вальсировать. Вместе обедали.Затем я отдыхала, и лишь вечером приходил Артуриан. Когда у парней был свободный день, мы обязательно выбирались погулять в город. Облазили все окрестности за городом вместе с Артурианом, он конечно ныл, но ходил со мной, поскольку мне было интересно. Ведь он то, всё знает, а я нет. Каждая улица была по-своему причудлива и красива, утопающие в цветах и деревьях разноцветные кирпичные дома каждый раз вызывали во мне восторг.А сколько храмов было у них. Это что-то. Если мы заходили в храм то парни знали, здесь мы на весь день. Поскольку стены, статуи и рисунки я просто рассматривала часами. У них был храм любви. Храм мира. Храм утешения. И даже храм спокойствия. И это ещё не все храмы. Очень много Богов! Некоторые храмы собирали в себе по несколько Богов, но были отдельные комнаты, в которых можно было молиться кому-то определённому. И их Боги отвечали им, как бы странно это не звучало, по крайней мере, мне так говорил Артуриан.Время пролетало мгновенно, один день сменял другой. Однажды проснувшись утром, я подошла к окну, а там лежал снег. Деревья, которые стояли ещё вчера в золотой шапке листвы сегодня были покрыты снегом. На дорожках и тропинках лежал снег. Все в окне казалось застыло, а с неба падали легкие белоснежные снежинки. И вот оторвавшись от остальных, крупная снежинка летела к дорожкам парка. Приближаясь, снежинка росла и увеличивалась, превратившись в белоснежного дракона. Который опустился на дорожку парка. Дракон сразу же определил, из какого окна я смотрю на него и уставился на меня. Долгих пять минут мы смотрели в глаза друг друга, а затем я не выдержала и помахала ему. Мне показалось, что дракон улыбнулся, сменил облик, и в дом, задрав голову, смотря в моё окно, шел Артуриан.–Привет! – сказал он, входя в мою комнату.–Привет, – уже усевшись за стол и попивая чай, ответила я ему. – Чай уже остывает, а ты все, где-то летаешь. Где ты так долго?– Были дела, – и он покрутит у меня перед глазами увесистым мешком, а затем бросил его в кресло, – Кое-что тебе раздобыл. Но вначале завтрак.Он присел ко мне, и мы стали завтракать, но я не перестаю смотреть на мешок, гадая, что, же там?–Как твоё платье, ты уже определилась?–Почти. Скоро его начнут шить, – отвечаю я.Ну не скажу же я ему, что платье для бала уже почти готово и осталась одна примерка, так будет не интересно, а вот недовольство на его лице наблюдать мне нравится куда больше.–Начнут? Бред какой-то! Они же не успеют. Да и с твоим подходом платье надо было начинать шить три месяца назад.–В этот раз меня всё устраивается. Ну почти всё.– Мне хочется в это верить! Ведь скоро бал. Кстати, что у вас с Артемианом произошло? Он уже вторую неделю ходит злой.– А с чего ты решил, что у нас с ним что-то произошло? Может это он не из-за меня, – невинно спрашиваю я.– Ну да. Не из-за тебя. Как будто я брата не знаю. Это точно из-за тебя. Так что случилось?– Да ничего особенного.–Наталья!– Я просто его выгнала. И он больше не придёт.– Это я знаю. Об этом весь замок знает от его криков.Я приподнимаю бровь. Криков? Мда, не думала я, что из-за такой мелочи он будет орать. Хотелось промолчать и не вспоминать тот день. Но Артуриан смотрел на меня в упор, давая понять, что не отстанет, он и так долго молчал, целых две недели не спрашивал, видать ждал, когда я сама все расскажу, а я молчала.–Ну…. Он сделал мне предложение, от которого я отказалась.–Предложение? Какое? – его лицо стало ещё более заинтересованным, он даже есть перестал.– Все было нормально, мы танцевали, болтали. Он улыбался и как обычно весь светился. А потом он остановился на половине танца и сказал что… Он долго думал и решил, что так будет лучше для нас обоих, – помолчав, я продолжила. – Он предложил мне стать его содержанкой. Я посмеялась, но он стал настаивать и говорить, что он это серьезно. Что очень любит меня. Что по-другому не получится, и он очень жалеет об этом. Поэтому содержанка самое лучшее, что можно придумать. Я отказала. Ну а он от злости сказал, что мне лучшего предложения ни один дракон не сделает, и сказал что я дура, если не приму его предложение. Я влепила ему пощёчину и выгнала его.На лице Артуриана ходили жвалки. Руки он собрал в кулаки, а в глазах я видела дракона. Словно он вот сейчас прям здесь за столом обернётся тем огромным монстром. Я улыбнулась и спрятала накатившиеся на глаза слезы. Тот мерзкий день не хотелось вспоминать вовсе. Ведь Артемиан не просто оскорбил, обозвал меня, но и после пощёчины ответил мне ответную пощечину. А когда я вскрикнула и упала, он подхватил меня, поставил обратно на ноги и стал целовать лицо, губы, а затем стал спускаться ниже. Если бы не уроки по самообороне я, даже думать не хочу, чем бы это все кончилось. Но в тот день Артемиан ушёл побитый. Обозвав меня напоследок. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку я дотронулась до сжатого кулака Артуриана и спросила.–А что в мешке?Он непонимающе глянул на меня.–Что в мешке принес? – улыбнулась я ему.– А… в мешке, точно. А я и забыл. – Арти встал и подошёл к мешку размотал его и достал что-то большое и белое.– Иди сюда.Я встала из-за стола и подошла к нему. Он накинул на мои плечи шубу. Улыбнулся и отошел на шаг, рассматривая меня. Я нырнула руками в рукава. Застегнула пуговки и подошла к зеркалу. Шубка была мне по колено, с капюшоном, приталенная. Вся белая. А какой мягкий и нежный был мех. Ой! Его просто хотелось гладить и гладить. Я вся извертелась у зеркала.–Нравится? – не дождавшись, спросил Арти, про которого я даже на секунду забыла.–Очень! Она чудесная!Он улыбнулся и достал из мешка ботиночки. Белые, на небольшом каблуке, со шнуровкой из атласных белых лент по бокам расшиты какие-то узоры золотой нитью.–Примеришь? – и он подошёл с ними ко мне.–Да.Арти склонился на колено и обул мои ноги и даже ленты затянул и завязал. Поднялся и отошел на шаг. Внутри ботиночки были из такого же нежного меха, как и шубка. Я покрутила ножками, рассматривая обувь.–Какая прелесть! Арти, спасибо! – я подошла к нему и обняла его, прижавшись к его груди, он в ответ обнял меня.А я услышала, как сильно стучит его сердце. Он склонил голову к моим волосам и вдохнул их запах. Я отстранилась первой, но Арти не разжимал объятий и смотрел прямо в глаза.– Как на счёт того чтобы выгулять обновки? – спросила я пытаясь унять дрожь в голосе.Ведь его глаза завораживали, не давая вырваться. Мне не хотелось делать шаг назад и разрывать объятия, хотелось наоборот прижаться к нему всем телом и ощутить тепло его губ. Но! Черт! Будь проклято это, но! Нельзя! Он другой! И самое большее, что он сможет мне предложить это быть его содержанкой. Нет! Я так не хочу! И как бы больно не было внутри, я делаю ещё один шаг назад, вырываясь из его объятий.– Пойдем гулять? – снова спрашиваю я.Хотя знаю, что он скажет, что ему нужно по делам и будет лишь к вечеру. Он моргает и отводит от меня глаза. Делает тяжелый вздох.–Пойдем! – и выходит из комнаты.Ого! Этого я не ожидала. Неужели у него сегодня редкий выходной? Мы выходим на улицу. Свежий ледяной воздух бьет в ноздри. А на улице похолодало. Если вчера я гуляла в осеннем костюме, то сегодня без шубки здесь делать нечего. Арти одевает мне капюшон на голову. Заглядывает в лицо.– Тепло?–Тепло! – отвечаю я.Улыбаюсь ему, он улыбается в ответ. Ну хорошо, напряжение спало. Можно дышать спокойно дальше.– Ну что, куда пойдем? – спускаясь по ступенькам, и подавая мне руку, спрашивает он.–Не знаю. А пошли в нашу таверну?–Нашу? Да ну! Сейчас там делать нечего. О! Я знаю. Пошли в рыбий глаз там говорят, выступают барды.–Ну хорошо, пошли.И мы рука в руке идём вдоль заснеженных улиц в сторону таверны. Кстати сказать, Арти шёл рядом без всяких шуб. В одной лишь курточке и то застегнутой не на все пуговки, а снег, который на меня укладывался пластами, пролетам мимо дракона и не задерживался на его одежде или волосах, он таял и таял, так что дракон шел сухой. Словно был в скафандре.Очень редко нам попадались прохожие, которые были одеты в тёплые куртки. Мы даже встретили несколько девушек, которые шли в платьях. Вот словно из лета они зашли в зиму и на другом конце снова выйдут в лето. Это было немного странно, скорее, для меня, чем для них. Ведь им было тепло, и они сами могли регулировать температуру своего тела независимо от погоды. Это для меня девушки были одеты странно, а я была странно одета для них. Я была в шубе, и капюшон закрывал половину моего лица, поскольку дул ветер. Было довольно прохладно. Спустя полчаса ходьбы Арти сжал мою руку, привлекая внимание.– Ты не замерзла? Может, возьмем карету? – спросил он с беспокойством в глазах.–Нет. Все хорошо. Мне тепло.И зачем нам карета, когда так приятно идти рядом с ним, ведь пусть на минуты, но можно представить что мы пара. Ой, какой же бред я несу! Ну какая из нас пара, он же в порыве гнева просто сожрет меня. Ну вот мы и пришли в таверну. Несмотря на то, что обед еще не наступил, внутри было очень многолюдно.Выбрав столик в стороне, мы уселись, шубку у меня забрал Арти и повесил как-то на углу нашего столика, хотя я там не заметила никаких вешалок. К нам тут же подошла официантка и подала меню. Пока Арти изучал меню, я рассматривала таверну. В виде буквы П были расставлены столики, в середине стоял подмосток, который уходил к барной стойке. Небольшие ступеньки, чтобы из зала можно было туда подняться. Также оттуда можно было уйти через барную стойку. Удобно. При случае бурных зрителей можно и сбежать. Народ потихоньку заполнял таверну.–Что тебе заказать? – спросил Арти.– Не знаю, – ответила я.Снова начала рассматривать таверну. Стены в ней из дерева с вырезанными различными животными и цветами. И такой рисунок по всей таверны. Приглушенный свет и светло-бежевые стены. На стенах факела, в которых пылает огонь. Заведение мне понравилось. Нужно будет прийти сюда ещё раз.Посмотрим вначале конечно, что у них с артистами. А то я вообще каждый день сюда ходить буду. Пока я мотала головой из стороны в сторону к нам подошла и официантка, Арти что-то ей сказал, и она опять убежала, быстро вернувшись с подносом, поставила нам два бокала, фрукты и кувшин. Пожелала хорошего дня и снова исчезла.Арти взял кувшин разлил по бокалам и подал бокал мне. Я взяла бокал, а глазами спросила что там.–Вино. Попробуй!Я пригубила. И правда, вино. Легкое, нежное оно сразу разбежалось по телу и ударило в голову.–Отличное вино! – сказала я. А про себя подумала, главное с ним не перестараться.–Если ты что-то хочешь ещё, говори, закажем.–Хорошо.Мы сидели, медленно потягивая вино. Я слопала весь виноград, а вот Арти как-то подозрительно не спускал с меня взгляда. Изредка я поглядывала в его сторону, но всё больше я наблюдала за залом. Там было на что посмотреть, ведь вынести на сцену два стула, вышел бард с гитарой. И без каких-либо аплодисментов усевшись на стул, стал наигрывать мелодию, а затем запел.Таких песен я никогда не слышала. Он пел о морях и обитавших в них чудовищах, о храбром капитане, о любви. Песни так и текли, разливаясь по залу, проникая в душу каждому, кто находился в таверне. Я настолько заслушалась, что перестала, есть и опустила руки на колени, сразу же на мою руку легла ладонь Арти. Он слегка сжал мою руку, я взглянула на него, а он наклонился ко мне и сказал.–Я знаю, что это неуместно, и ты можешь меня не так понять. Но! Я не могу промолчать и не спросить! – он снова заглянул в глаза, словно пытался прочесть всё в них, – Ты станешь моей женой?Он стал смотреть в мои глаза, сказать, что я обалдела это не сказать ничего. Да он был всегда со мной нежен, обходителен, но блин, замуж? И по его взгляду я понимаю, что он это серьезно. Даже более чем серьёзно. Он за три месяца меня поцеловал то всего один раз, а тут сразу замуж. А по-другому что совсем никак? Да и зачем замуж, когда он дракон, а я обычный человек? Бред, какой-то!Я взяла кувшин в руки, побултыхала, глянула вовнутрь, снова взболтала, понюхала, пригубила.–Что ты делаешь? – не выдержав, спросил он меня.–Пытаюсь понять, где ты успел наклюкаться любовного зелья.–Наташа! – усмешка, – С тобой любовное зелье и не нужно, я и без него влюблён в тебя!Я взглянула на него, он же говорил это на полном серьёзе. Мне крышка!–Соболезную!–Почему?Я вместо ответа уставилась на сцену. А там бард предлагал желающим из зала, выйти и спеть песни. Я выпила в себя целый бокал вина, встала и пошла на сцену.–А вот и первая желающая! Давайте поаплодируем храброй девушке! – сказал бард. – Какую музыку вам сыграть миледи? – спросил он уже тише, когда я подошла к нему вплотную.А меня взял мандраж. Я же практически ни разу не выступала перед огромным количеством людей, да и нелюдей тоже. Но назад идти ещё больше не хотелось, ведь там дракон, который ждёт ответа. Замуж? Бред, какой-то! Ну раз день не заладился с самого утра, будем портить его до конца, решила я. И со словами, я сама играть умею, взяла у барда гитару, села на стул, провела пальцами по струнам, ища ту самую мелодию, и запела.Песня лилась из меня, пальцы перебирали струны, я пела, а сама, чтобы не расплакаться глядела в зал. Многие прямо с открытыми ртами сидели и внимательно слушали песню, кто-то тихо переговаривался, Арти смотрел на меня, не опуская глаз, один вообще в углу спал. А потом я увидела его…В черной куртке и черных штанах сидел мужчина, с черными, как смоль волосами, зачесанными назад, несколько прядей были, впереди выпадая на лоб. На лбу был одет золотой обруч. Сильный, волевой подбородок с выраженными скулами, на которых виднелась щетина, черные, словно бездна глаза, и самое странное за его спиной виднелись огромные черные крылья как у птицы. На столе перед ним стояло жаркое, в руке бокал.Не отрываясь, он смотрел на меня. А когда наши взгляды встретились, то в его глазах я увидела искры огня. Словно из другого мира, они зажглись, плясали и, разрастаясь, росли больше и больше. А я как завороженная, смотрела в его глаза не в силах отвести взгляда. Страшно не было, было ощущение, что я видела этот огонь и эти чёрные бездонные глаза. Словно в каком-то сне я уже видела, как этот мужчина улыбается, смеется и как загорается этот огонь в его глазах.Песня закончилась. Закончилась и музыка. Раздались аплодисменты, я моргнула и отвела взгляд. А потом снова взглянула в глаза ему, но огня больше в них не было, глаза были черными и пустыми.Больше всего на свете мне хотелось положить гитару и выбежать из таверны. На душе было какое-то странное чувство, словно у меня что-то украли или лишили чего-то очень важного. Но вместо этого я взглянула на барда и протянула ему гитару.–Ещё! Ещё! – крикнул он, – Кто за то чтобы миледи спела еще одну песню? – зал ответил радостными криками и аплодисментами.Я же злобно взглянула на барда, но притянула гитару к себе. Из головы не выходили эти чёрные глаза. Но я заставила думать себя о том какую песню спеть. Начала перебирать струны.И снова зал взорвался аплодисментами, аплодировал даже этот странный мужчина. Я обвела быстрым взглядом зал, встала, поклонилась и пошла к Артуриану. Он встал, помогая мне сесть. И тут же с жаром сказал.– Я и не знал, как здорово ты умеешь петь!–Спасибо! – ответила я, глядя в свой бокал.У меня было до сих пор такое чувство, что я смотрю в те черные глаза.– Наташа! – позвал меня Арти, потрепав за плечо – Что случилось? – он пытался заглянуть в глаза.Я подняла глаза на него и увидела нежность и заботу в его взгляде.– Все отлично! – я взяла бокал и выпила его залпом.Перед взором так и стояли те черные бездонные глаза. Оставшийся вечер прошел как в тумане, Арти мне что-то говорил про обычаи, про то, что нет ничего страшного в том, что я человек и для него это вообще не имеет никакого значения, что я ему очень дорога. А у меня всё вертелся в голове образ того мужчины. Дракон ли он? Откуда такое стойкое ощущение, что я его знаю? Словно вчера с ним общались, а сегодня я о нем напрочь забыла. Но, увы! Пазлы упорно не хотели складываться в голове, да еще над ухом жужжал Арти.–Ну чего ты молчишь? Ты пойми то, что ты человек, а я дракон не имеет никакого значения! Ты будешь жить так же долго, как и я! Я разделю свою жизнь с тобою! Слышишь? – и он накрыл мою руку своей.Я посмотрела на него во все глаза. Не шутит! Говорит серьезно! Замуж? И снова долгий взгляд на Арти.–Я подумаю! А потом скажу ответ. Хорошо?–Конечно! Я буду ждать, сколько нужно! – и сразу улыбка просияла на его лице.– Я устала, пошли домой!–Пойдем!Мы встали из-за стола, он помог мне одеться и вышли из душной таверны. На улице на нас сразу же накинулся рой снежинок. Дороги прилично замело, и образовались сугробы. Арти вышел на дорогу, взмахнул рукой и у него в руке зажегся и сразу погас какой-то красный огонек. Спустя пару минут, к нам подъехала карета, мы поехали домой. На крыльце Арти, поцеловал мою руку, пожелал добрых снов и уехал, я же вошла в дом и отправилась в свою комнату.И опять потянулись однообразные дни. Но! Арти стал приходить гораздо реже, и не надолго, обосновывая это тем, что перед балом у него много работы, еще отец просил, чтобы он помог. Но всегда приходил с букетом цветов, целовал пылко и жарко, шептал что любит. Как то меня это не радовало если честно. Он и красавчик и нежен, обходителен. Но что-то меня в его поведение смущало. То он несколько месяцев не обращал на меня внимания, мы были лишь как отличные друзья, а тут он признается в любви и делает предложение. Но зачем? Опять это но… Не давало мне это покоя, Арти стал спрашивать всё ли у меня хорошо, а потом и вовсе на это перестал обращать внимание.