Адам.

Я долго готовил себя к этому разговору, оттягивал момент, думал, что это можно отложить на потом. Считал, что это событие четырнадцатилетней давности не так сильно отразилось на Вилу, но сейчас я вижу, что ошибался. Её это беспокоит до сих пор.

Мне не хочется говорить ей правду. Не хочется объяснять, что у меня, на самом деле, были причины для того, чтобы так поступить. Но по-другому это невозможно, а солгать и всю жизнь держать это в себе я тоже не смогу. Тем более, таким образом, я вновь обману её. Нужно ли мне это? Точно нет.

Лучше я переступлю через себя и своё эго, но расскажу обо всём. Не поверит — её право. А если сможет довериться, то я в тысячный раз сделаю вывод о том, что это мой человек.

Пусть моя первая любовь не увенчалась успехом, зато сейчас у меня есть шанс добиться её расположения заново. И я знаю, что не имею права предать, обмануть, обидеть. Даже разочаровать.

К вечеру Сева так и не вернулся, написав Ви короткое сообщение: «Я ещё занят, надеюсь скоро освобожусь.» Это поселило во мне грусть, опустив в тягостные мысли. Что у него произошло, он не объяснил, а дозвониться до него стало невозможно. Телефон выключен.

Настроение скатилось в какую-то пропасть. Но несмотря на это я её ждал. С букетом в руках я сидел на бортике фонтана, наслаждаясь вечерним теплом. Конечно, мне хотелось и хочется произвести на неё впечатление. Поэтому я попросил помощи у администрации комплекса и ресторана, в частности, где и находится этот фонтан.

Стук каблучков по тротуарной плитке привлекает моё внимание. У неё не так много выбора, что надеть, но даже в простом платьице она смотрится очень даже неплохо. Через плечо сумочка, а на руке браслет, который она нервно теребит. Несмотря на то, что предстоит весьма нелёгкий разговор, я встречаю Вилу с улыбкой и дарю небольшой, но очень красивый и аккуратный букетик. Девушка смущённо опускает в него носик и улыбается мне. Смотрит, смущаясь, снизу вверх и произносит:

— Какие красивые, Адам.

— Ты красивее, — говорю в ответ. Несмотря ни на что, она действует на меня так, что я не могу глаз отвести. Уверенно присаживаюсь напротив, и нам тут же подают наш ужин — овощи и курицу.

Виолетта, как я заметил, не ест ничего тяжёлого и таким образом я тоже хотел произвести впечатление. Ведь, ей должно стать приятно от того, что я помню и знаю её предпочтения.

Наверное. Во всяком случае, надеюсь.

— Как дела? Малые спокойно отпустили? — спрашиваю в первую очередь. В доме не только их с Севой дети, а ещё и мой сын. И мне очень приятно от того, насколько быстро Ярик прикипел к Виолетте.

— Да, — тепло отзывается Ви. — Лина только расспрашивала, куда мы и когда вернёмся. Мне кажется, она меня к вам обоим ревнует.

— Ей тебя не хватает, и это нормально, — киваю, оценивая её слова с профессиональной точки зрения. — Скоро подростковый период, и ты будешь ей необходима.

Хочется, конечно, добавить, что я надеюсь, что скоро мы с Севой сможем их обеспечивать настолько, чтобы они ни в чём не нуждались… Но это слишком смелые мечты. Мне всё ещё не понять — это такая моментная прихоть Севы, или он действительно готов, чтобы я и Яр с ними жили.

— Мне кажется, или ты меня отвлекаешь, чтобы мы не начали говорить о том, зачем пришли сюда? — спокойно спрашивает Виола. Да, её сильно беспокоит причина моего резкого уезда тогда. Я же рассматриваю, как она режет кусочек курицы и уверенно кладёт её в рот. Затем поднимает взгляд на меня.

— Возможно, — не отрицаю очевидного.

— Просто расскажи, как было. Если у тебя появилась где-то другая или… Что-то ещё в таком духе — я пойму, — Ви заглядывает в мои глаза. — Сева мне изменял, а я нашла силы дать ему второй шанс… Почему бы тебе не попытать удачи?

— Это же не лотерея, Ви, — хохочу я. — Но нет, когда я тебя бросил, у меня были на то другие основания и причины.

— Какие? — девушка сглатывает.

— Твой отец.

— Мой? — удивляется она. — В смысле?

— Я думаю, что он просто думал, что мы настолько влюблены, что в тайне женимся. Он открыто мне заявил, что я испорчу твою карьеру и твою жизнь, если ты от меня забеременеешь, к примеру. Отчасти, я его понимаю, и ребёнок в твои восемнадцать и в мои двадцать лет нам был не нужен.

— Как-то цинично. Если это правда, то, кажется, я даже своего папу толком не знаю. Почему его устроило тогда, что я с Севой через три года стала встречаться?

— Я точно не знаю, — хмыкаю. — Возможно, в безбашенном парне он не видел больших перспектив и ему больше подошёл рациональный Сева? Сейчас, как я вижу, твой муж сам достиг своих высот и может вас обеспечить всем необходимым.

— Почему только папа не подумал, что не он должен выбирать, а я? — Ви грустно улыбается. — Если бы он не вынудил тебя уехать, всё было бы иначе, мне кажется.

— Нет смысла думать, как бы было. Когда он ко мне приехал и попросил о разговоре, я сначала и не понял — зачем. Он сказал тогда, что хочет для тебя хорошего будущего, а со мной… Мы если и будем успешными вместе, то только спустя долгие годы тяжёлого и тернистого пути. Знаешь, отчасти я понял его. Я любил тебя. И хотел для тебя только хорошего. Чтобы ты была счастлива и нашла себе достойного мужа. Ведь… Моя учёба и работа могла просто не пойти, как хотелось бы, и тогда…

— Я, вообще, не ожидала, что ты станешь психологом в итоге, — Ви жмёт плечами. — Знаешь, ты ведь пошёл в институт по другому направлению, я думала…

— Знаю, я тоже не думал, что так получится, но некоторые случаи изменили моё отношение и мнение. Это один из таких случаев.

— Не понимаю, почему отец так поступил… — отложив приборы, девушка опускает голову. Наверное, она чувствует себя так, будто её отец предатель, а я не должен допустить этого ни в коем случае.

— Вилу, знаешь… Я ведь тогда, и правда, был совсем без царя в голове. Ты же знаешь, у меня часто срывало башню и по поводу, и без. Поэтому твоего отца можно понять.

— И что, ты уехал только поэтому? Потому что мой отец сказал тебе бросить меня?

Усмехаюсь, предвкушая то, как глупо прозвучит следующая моя фраза, но всё же выдавливаю её из себя.

— Он сказал, если я не уеду, он найдёт за что меня посадить, а тогда… Ты ходила бы ко мне каждый день в тюрьму, плакала, страдала. Ждала. Я бы этого не выдержал, — тянусь к её руке и накрываю своей ладонью, легонько сжимая. — Сейчас я понимаю, что нашей любви суждено сбыться, раз мы встретились снова, потому я не хочу упускать ни единого шанса.

— Ох, — девушка смотрит на меня открыто, позволяя держать её руку. Знаю, не разрешила бы, если бы не хотела прикасаться ко мне. Значит, я не настолько ей противен. — Не знаю, что бы я выбрала, если была бы на твоём месте. Но понимаю, почему ты так поступил. К тому же, мне почему-то спокойно от того, что ты снова появился в моей жизни. Ты внёс в неё новые, невообразимые краски. С каждым разом мне хочется всё лучше и лучше узнавать тебя, быть с тобой. И с Севой.

Я вздыхаю, отвожу взгляд в сторону и качаю головой.

— Я закурю?

— Конечно, — кивает девушка. Словно понимает, как мне нелегко.

— Слушай… — я выдыхаю сизый дым и опускаю взгляд на начатый ужин. Как-то есть совсем не хочется. — Меня самого не отпустило. Я прекрасно помню наши сумасшедшие отношения. Они были наивными, горячими и страстными, в силу нашего возраста. Первая любовь, первый секс, всё так интересно и так вкусно, — улыбаюсь я.

— Потому было и так больно, Адам, — произносит Ви.

— Да, потому и больно, — киваю я. — Очень долго я хотел вернуться. Не знаю, что бы я делал. Украл бы, наверное, — хохочу. — А с другой стороны, наблюдая за тобой уже через год, я увидел, с каким рвением ты начала двигаться вперёд, насколько ты поглощена дизайном и как вдохновилась — я решил действительно отступить. Понял, что это было верное решение, запрещал себе думать о том, что ты так поглощена из-за той боли внутри, — судя по её задумчивому кивку, девушка училась так усердно, чтобы реально меня забыть. — Но… Кажется, мы сейчас встретились не просто так… Правда? — уверенно смотрю в блестящие глаза. Я действительно её люблю. Очень сильно. И мне хочется, чтобы она это ощутила. Потому подсаживаюсь ближе и ловлю обе её ладошки, целую их поочерёдно. — Сейчас всё зависит только от тебя. Я не знаю, когда мы успокоимся и надоест ли нам, вообще, так жить — втроём. Но мне всё равно, что подумают остальные. Не с ними мне жить. Не с ними, а с тобой и Севой, если ты решишься. Но для меня это… Шанс исправить ошибки молодости.

— Если тебя вынудил мой отец, то о каких ошибках идёт речь? — девушка улыбается.

— Например… — я наклоняю голову в сторону, рассматривая её.

Она, действительно, безумно красива. А ещё не заслужила того, что мы с Севой натворили. Не заслужила такой боли. Ведь, по сути, мы оба очень и очень подорвали её доверие. И теперь, сколько бы мы не утверждали в унисон, что точно любим её, никогда не предадим и всегда будем рядом, это зёрнышко сомнений внутри неё никуда не денется ещё долго. Главное, сделать так, чтобы она никогда не позволила ему прорасти.

— Например, что не решился тебе хотя бы рассказать раньше. Или о том, что мы могли вместе решить, как нам быть, как решить проблему. Или хотя бы вместе доказать твоему отцу, что не всё потеряно…

— Сейчас точно это не имеет никакого смысла, — Ви наклоняется, выпутывает свои руки из моих и уверенно кладёт их на моё лицо. Она гладит меня большими пальцами, от чего я прикрываю глаза и улыбаюсь. — Просто будь с нами.

— То есть, ты решила дать нам обоим шанс?

— Да, — Ви отвечает тихо, вынудив меня открыть глаза и увидеть её счастливую улыбку на губах. Сам подвигаю к себе её стул ближе и невесомо касаюсь её губ своими. — Если бы могла выбрать одного, то не выбрала бы никого. Я люблю вас обоих. По-своему. Странно, но теперь мне кажется, что этих десяти лет и не было…

— Нужно только подумать, как всё объяснить детям… Твоим и его родителям… — говорю, пока внутри разрываются салюты. Чувствую себя так, будто на нашей тёмной улице, наконец, праздник.

Несмотря на то, что нам, грубо говоря, плевать на мнение окружающих, рассказать и нормально всё объяснить просто необходимо. Сейчас мы все более, чем взрослые, у нас есть дети, и ещё немного — они вырастут и уплывут в свободное плавание. А мы с Виолеттой и Севой сможем пожить для себя.

— Теперь это будет легче, — произносит Ви. — Мы сможем быть собой. И расскажем не для осуждения, не для оценки. А расскажем… Потому что просто важно рассказать это всё самым близким и объяснить позицию. И… Ещё мне очень важно отвести Ярика к психологу. Нужно поработать над его страхами. Он у тебя такой замечательный и милый, — Ви улыбается тепло и от всего сердца. А мне просто приятно оттого, что она переживает за моего ребёнка.

— Найдём, — киваю я. Моя специализация не позволяет мне узнать и дать характеристику для своего сына. К тому же, я заинтересованное лицо. И понимаю, что детский психолог все проблемы и все боли вытянет гораздо раньше и быстрее меня. Я же могу просто принять, что это нужно сделать. Но с детьми работать мне сложно.

— Да, я могу отвести его к специалисту, который работал с Линой. Она у нас до семи лет была очень закрытая, и мы переживали за неё.

— А что было по факту?

— По факту, она просто ответственно относится к роли старшей сестры. И уже после я заметила, что к Косте у неё серьёзное отношение. То есть, она чувствует ответственность и знает всегда, чем может ему помочь.

— И кого же она мне напоминает? — хмыкаю я. — Не хочешь прогуляться? — предлагаю неожиданно. Может, нам удастся раскрыться друг другу ещё больше, если мы ещё и пройдёмся?

— Да, конечно.

Ужин остаётся наполовину съеденным и, забрав цветы, мы просто идём к воде. Уже там она сама льнёт ко мне ближе, и я её обнимаю, прижимают так крепко, что в нос бьёт запах её волос. Опускаю голову и вдыхаю его, прикрыв глаза.

Вид на вечернее озеро просто прекрасен. Вода спокойная, и в ней отражается дальний берег, лес и безоблачное небо. Видны самые яркие звёзды, а также тонкий полумесяц, вышедший сегодня пораньше. Солнце только недавно село и ещё не так темно и прохладно.

Очень хорошо. Словно не нужно больше слов. Я боялся, что рассказ о том, что я бросил её из-за отца будет для неё неким ударом. Но получилось, что она просто приняла это и даже не злится. Это очень радует, потому что я не хотел бы на этом закончить наши… Едва начавшиеся отношения. Мне интересно узнать, к чему всё это приведет. Интересно, потому что я знаю, что мы втроём настроены решительно. И точно знаю, что очень решительно настроен Сева.

Ей приходят смс. Короткие сигналы немного нарушают нашу идиллию.

— Наверное, Сева приехал. Я отвечу? — девушка коротко смотрит на меня.

— Конечно, — соглашаюсь, принимая букет. Она открывает сумочку, осторожно достаёт телефон и открывает мессенджер. Хмурится, удивляется и кусает губы. Ви листает какие-то фотографии, когда её начинает трясти, но я не спешу лезть к ней с расспросами. Просто кладу на её плечо руку, чтобы она чувствовала меня рядом и ничего не боялась. А после она опускает руку с телефоном и обречённо качает головой, словно случилось то, чего она, может, ожидала. Или боялась.

Поднимает на меня взгляд. Я вижу в её глазах слёзы и машинально касаюсь её щёк, чтобы погладить и тихо спросить:

— Что случилось?

— Вот, — девушка показывает мне экран телефона. Там начатая переписка от какой-то девушки и пара фотографий — одна с какого-то слишком уж херового ракурса, словно фотография с камеры наблюдения. На столе какого-то кабинета девушка и мужчина, и он очень похож на Севу. Но меня смущает одно — мужик в белой рубашке, а я Севу в белых никогда не видел ещё. А вторая фотография с сидящим Севой на диване. Словно он на приёме у какого-то врача, серьёзный и погруженный в свои мысли.

Больше похоже на развод. Но Ви ведётся, она почти что плачет из-за того, что она поверила мужу, а он оказался обманщиком.

И сообщение от этой дамы:

«Смотри, он со мной. И так и будет)»

Я молча забираю телефон у Ви и уверенно заглядываю ей в глаза.

— Прекрати, слышишь? Не плачь, — произношу я. — Никогда нельзя верить всему, что тебе присылают. Как ни крути, малышка, он видный мужик, и это, может быть, подстава.

— Но он уже раз изменял. Что сейчас ему мешает? — всхлипывает Ви, растерянно глядя на меня.

— Как минимум, — я вытираю её слёзы, — то, что он сейчас делает. Он не может вот так просто всё похерить. Дождись его. Дождись его объяснений.

Как по волшебству, звонит Сева. И пока Ви просто прижимается ко мне лбом и вздыхает, словно борясь с собой, я отвечаю на звонок.