Майя

Мы вместе с букетом испуганно погрузились на заднее сидение.

Щеголев в своем темно-синем пиджаке выглядел просто потрясающе. Я старалась на него особо не пялиться, но все равно успела оценить внешний вид своего псевдоженишка. Блин, мужчины в костюмах — это, конечно, очень секси!

До меня донесся терпкий, мускусный запах его одеколона, и я вообще потеряла голову напрочь. Мое сердце забилось со сверхзвуковой скоростью, когда Щеголев посмотрел на меня удивительно мягким взглядом. С чего это он такой добренький? Пилюльки от нервов принимает? Это хорошо. Это правильно.

— Ты выглядишь волшебно! — прошептал он.

— Спасибо, — улыбнулась я. — И за цветы тоже. Они чудесные.

Внезапно весь дискомфорт исчез, и мне стало безумно легко и комфортно. Вот что значит хорошее обращение! Всю мою панику тут же как ветром сдуло.

— Вы тоже… ничего, — опомнившись, пролепетала я.

Рустем усмехнулся, поправляя галстук.

— Стараюсь быть под стать тебе.

Звук его голоса эхом отозвался в моем теле. Дрожь пробежала по спине, и я инстинктивно сжала бедра. Ну начинается, блин! Только не сейчас!

Рустем, наблюдая за моей реакцией, тихо усмехнулся. Его пристальный, но нежный взгляд обжигал мою кожу, заставляя ее гореть огнем.

— Как вы… ты догадался, что я люблю белые розы? — выдохнула я, желая прекратить эту сладостную пытку.

— Интуиция, — пожал плечами он. — Я хочу, чтобы сегодня ты вошла в роль моей женщины целиком и полностью. А если бы все было по-настоящему, то я бы без цветов тебя не оставил.

Я понимающе кивнула. Наверное, решение поужинать с семьей далось ему очень непросто.

— Ты как? Нервничаешь?

— Не знаю, — усмехнулся он. — Если честно, мы столько лет не виделись, что я даже не представляю чего ожидать от этой встречи.

Внезапно меня снова охватила паника. А что будет, если я скажу что-то невпопад? Вдруг я сделаю что-то не то? А если я им не понравлюсь?

Так, Майя, тормози.

А при чем тут это вообще? Тебе какая разница, понравишься ты им или нет?

Наверное, на моем лице сейчас отразилась целая гамма эмоций, потому как Рустем взял меня за руку и осторожно погладил ее. Черт, мурашки побежали снова… Лишь бы он этого не почувствовал.

— Перестань, — нахмурился он. — Тебе нечего бояться.

Я подняла голову и встретилась с ним взглядом. Было в нем что-то… живое. Искреннее. То, чего мне так не хватало.

— Представь, что это просто свидание, — продолжил Рустем. — К тому же, мы будем не дома, а в ресторане, так что абстрагироваться будет намного проще. И Деля тоже будет.

Конечно, Щеголев знал, что мы с его сестрой общаемся. Ладно, так даже лучше.

— Отлично.

— Мы с семьей не в очень хороших отношениях, — произнес он, слегка сжимая мои пальцы и отстраняясь. — Мы не общались почти семь лет. — В его голосе чувствовались напряжение и страх, так что большой вопрос, что же между ними произошло. — Еще никто не знает, что наши с тобой отношения фикция. Будет здорово, если они так и не догадаются.

Подавляя растущую панику, я выдохнула.

— Хорошо.

Он кивнул.

После нескольких минут приятной тишины мы, наконец, добрались до ресторана.

На входе нас встретила высокая рыжеволосая официантка, которая окинула меня презрительным взглядом, но перед Рустемом расплылась в милейшей улыбке.

— Добро пожаловать в наш ресторан, — приторно-сладким голосом произнесла она.

Ну и сучка! Терпеть не могу таких особ, которые при виде толстого кошелька буквально в ласковую кошечку превращаются. Тьфу, блин! Смотреть противно.

Мне вдруг захотелось показать это кисе, что это я, именно я пришла сюда с Щеголевым. Но это желание быстро исчезло, когда Рустем притянул меня ближе.

Не обращая на нее никакого внимания, он пригласил меня войти. Место было шикарное. Вокруг царила атмосфера роскоши. Хорошо еще я одета соответствующе, а то вырядилась бы как колхозница… Было бы неловко.

За большим столом сидела Адель. Рядом с ней мужчина, значительно старше ее, и пожилая женщина. Последняя, увидев нас в дверном проеме, вскочила на ноги и бросилась на встречу к нам.

Ладошки внезапно вспотели.

«Это обычное свидание. Просто свидание».

Женщина, наконец, подошла ближе, и я разглядела ее пронзительно-серые глаза.

— Привет, мам, — тихо произнес Щеголев, потупив взгляд.

— Рустемчик, — воскликнула она, заключая сына в теплые материнские объятия.

Я видела, как Щеголев напрягся. Он вытянулся в струну, пока мама рассеянно гладила его рукой по спине.

Адель и ее супруг не двигались. Они молча наблюдали за нами из-за стола.

До моих ушей донеслись тихие всхлипы женщины, и она, отстранившись, повернулась ко мне.

— Дорогая, мне очень приятно наконец-то познакомиться. Деля мне много рассказывала о тебе!

Морщинистые руки легли мне на плечи и притянули к себе. В ее глазах ясно читались искренность и признательность.

— Спасибо, что ты рядом с моим сыном.

Я тяжело сглотнула.

На душе стало хреново.

Я, конечно, предполагала, что мне будет тяжело обманывать мать Рустема, но не подозревала, что настолько.