Ниания

Выскользнуть из Убежища с помощью Мьяты оказалось удивительно легко. Та, кажется, знала все норы и отнорки, выходы официальные и полуподпольные лазы. Впрочем,и последние были снабжены раритетными э-лект-рон-ны-ми (сложное длинное слово, которое девочка произносила с явным напряжением) замками, которые без её помощи вскрыть вряд ли получилось бы. Да и с её помощью пришлось попотеть, снимая запоры и отодвигая заросшие вековой грязью двери,и потом долго плутать по тёмным, до половины заплывшим грунтом древним тоннелям. Сама бы она точно выхода не нашла, даже если бы бродила по подземельям миллион лет.

- Вели меня сюда, помнится, более короткой дорогой. И более удобной, – прокряхтела Ниания, проползая на животе то место, где грунт поднялся под самый потолок. Οна не жаловалась, нет, просто захотелось услышать хоть какой-то голос, пусть даже свой. Мьята предпочитала отмалчиваться,издавая звуки лишь в самом крайнем случае.

- Ближе – нельзя, – мелкой шустрой девчушке пробираться было проще. – Окраины Хранитель контролирует слабо, а попробуй мы выйти где поближе, мог и тревогу поднять.

- Кто такой Χранитель? – устало спросила Ниания.

- Потом, – коротко отрезала Мьята и вновь замолчала надолго.

Переход к нормальной атмосфере, наполненной биением жизни, произошёл как-то внезапно и вдруг. Ниания даже ахнула от неожиданности и удовольствия - у неё даже, не смотря на окружавший их беспросветный мрак, посветлело в глазах. И на этот раз не было ни дверей, ни тамбуров отделяющий мир нормальный от выхолощенной реальности Убежища.

- Тоже чувствуешь? – почти не понижая голоса, спросила Мьята.

- Такое попробуй, не почувствуй!

- А вот мои все ничего такого не замечают, - с обидой и грустью заметила девочка.

- Твои вообще странные, - ответила, чтобы только не молчать Ниания. - Долго нам ещё?

- Не очень. Там, впереди, будет большая подземная многоярусная стоянка для транспортов, - как это уже случалось и раньше, длинные непонятные слова девочка произносила почти по слогам. - Оттуда есть выход наверх.

Что такое транспорт и стоянка для него, Ниания имела некоторое представление, всё же от ушедшей эпохи сохранилось немало преданий, однако её надежды увидеть хоть что-то своими глазами не увенчались успехом : здесь было по-прежнему темно, а никакого источника света они с собой захватить не догадались. Как ориентирoвалась в открытом гулком неосвещённом пространстве Мьята, было совершенно непонятно, но вела она свою старшую подругу довольно уверенно. И вывела. Правда почему-то выход из подземной стоянки вёл прямиком на третий этаж древнего здания, но по сравнению со всем остальным это были такие мелочи…, а логику строительства предков Ниания уже давно перестала пытаться понять. Зачем, к примеру, было так глубоко закапываться под землю? На поверхности им, что ли, места не хватало?

Зато солнечный свет и полная видимость приготовили для неё неприятный сюрприз, которого следовало бы ожидать, но Ниания почему-то заранее об этом не подумала. Мьята стала невидимой. То есть, когда она в очередной раз обернулась к девочке с каким-то вопросом, увидела пустоту на месте её лица и висящую прямo в воздухе одежду. Жутковатое зрелище.

- Понесёшь мои вещи? – девочка постепенно, вещь за вещью принялась разоблачаться. - Я могу и сама, но тогда по плывущим в воздухе тряпкам меня можно будет легко обнаружить. А ты и так вся цветная и очень заметная.

- Понесу. Слушай, - Ниании только сейчас пришло в голову это спросить : - А друг друга вы здесь видеть можете?

- Почти нет, - удивлённо ответила Мьята.

Ниания легко и как-то очень естественно шагнула в тень Той стороны. Это был один из немногих освоенных ею магических приёмов и, пожалуй, самый полезный из них. Создания этого мира её видели, но не замечали, на стеклянных людей (она всё ещё изредка продолжала так называть пьёнов) её магия такого воздействия не оказывала, зато сами они, становились для её чутья более заметными.

- Ага. Хорошо, – она повертела головой из стороны в сторону, как бы разминаясь, а на самом деле осматриваясь, не мелькнёт ли в её ином зрении ещё что-нибудь эдакое. И тут же перешла к практическим вопросам: - Значит, если нас всё же обнаружат, я буду пытаться убежать, а ты – прячься. А потом ищи Киакинару.

Ниания скорее догадалась, чем увидела, как девочка согласно кивнула и тут же потянула её в сторону.

- Выход находится там, - Ниания указала в сторону частично занавешенного плетями плюща пролома.

- Знаю, но у меня здесь тайник. Я же давно уже сбежать собиралась.

Тайник оказался совершенно детским - кое-какие вещи, аккуратно завёрнутые в кусок не очень новой ткани. При более внимательном осмотре там обнаружилось : некоторое количество еды, частично подпорченной сыростью и плесенью; ножик, судя по его виду, утянутый с кухни; обмылок; детские кожаные сандалии на верёвочных завязках и пара мелких вещиц, назначения которых Ниания понять не смогла.

- Это всё?

- Нет, есть и в других местах, – очень серьёзно возразила девочка. - Я же не знала, через какой выход пойду.

У Ниании рука не повернулась избавиться хотя бы от части детских сокровищ. Да ну и пусть, веса в них всё равно не много. Она аккуратно увязала всё в узелок,и перекинула его через плечо.

- Пошли?

И в её ладонь легла маленькая, но очень твёрдая и сухая детская ладошка.

Всё это бесконечное путешествие, начавшееся с похищения, оставляло у неё впечатление нескончаемого бреда и Ниании приходилось напоминать себе, что это всё это происходит на самом деле, по-настоящему. И чтo если их найдут и настигнут, расплата за побег может оказаться совсем не игрушечной, а что из Наследия предков могло остаться у пьёнов, она даже предположить не могла, но те из рассказов, что дошли до них о древнем оружии, которым владели люди ушедшей эпохи, были страшными. К чему ей стоит быть готовой? Правда, ни когда её саму ловили, ни когда отбивались от лoрда Ирвина, они ничего подобного не применяли.

- Слушай, а почему у вас оружия нет? – обратилась она к девочке, сильно надеясь, что она не сочтёт этот вопрос выспрашиванием. - Того, древнего, которое как из легенд. Раз уж столь многое за века неплохо сохранилось.

- Было, – легко ответила та. – Когда-то давно. Но ресурс у него сработался ещё в первую пару сoтен лет после Катастрофы. Времена тогда были опасные, ещё опасней, чем сейчас.

Ниания потёрла грудь, где только что распустился стягивавший там всё узел. С каких это пор она стала настолько мнительной и принялась сама себе выдумывать страшилки? С того самого, как её размеренная и упорядоченная жизнь превратилась в совершеннейший хаос, такой, что не знаешь с какой стороны ждать сюрпризов.

- Но ты не бойся, если за нами сразу не погнались, потом вряд ли найдут. Город большой, а наших не так уж много. Да и пойдём мы не по тем местам, где добытчики обычно ходят. Только это будет долго. Кружными путями и через парк.

- Через парк? Когда меня сюда вели, мы его не проходили.

- Вы его проплывали по подземной реке, – ответила Мьята снисходительно. - Но мы туда тоже не пойдём. Этoй дорогой часто следопыты пользуются, а я еще там очень плохо ориентируюсь.

Воспоминания о сплаве по подземным тоннелям у Ниании остались не самые радостные, по правде гoворя, её от них начинал озноб продирать,так что с предложенным планом она согласилась с радостью. Тем более что дорoгу от так называемого парка до Киакинариного дома она кое-как себе представляла. Но вот чего она себе не могла представить, так это того, каким именно путём поведёт её Мьята. Сначала она удивилась, почему это они так долго идут по гребню холма. Пoтом усомнилась, холм ли это: по десятку метров в каждую из сторон, а вперёд дорога убегает так далеко, что даже не видно, где она заканчивается и слишком уж ровная, одинаковая на всём своём протяжении. Правда так густо заросшая мягким мхом, жёсткой остистой травкой, пышными мелколиственными кустарничками и низкими кривыми деревцами, что если бы не эта ровность, она бы ни за что не заподозрила в этoм ландшафте творение рук человеческих. А заподозрив, подошла поближе к краю и заглянула вниз. И тут же отшатнулась. Край обрывался резко, практически под прямым углом и зависал в пустоте, а земля находилась где-то там, внизу, в паре десятков метров под ними.

- Где это мы?! – воскликнула Ниания.

- Древние транспортные пути, - ответила ей Мьята, с полным осознанием собственного превосходства. – Да ты не бойся, не свалимся, наши говорили, что они очень надёжные, – теперь в её голосе проскользнули еще и покровительственные нотки.

- Я о них слышала, даже зарисовки в одной из тетрадей Наследия попадались, правда представляла я их себе несколько иначе.

- Пути они и есть пути. Дороги, то есть. Их здесь, в центре, много, вон смотри, там ещё.

Ниания скорее догадалась, чем увидела, в какую сторону показывает девочка. И поняла, почему издали, от Киакинариного дома, центр города казался сплошной тёмной массой: такие висящие в воздухе и держащиеся непонятно на чём мосты разбегались в разные стороны и на разной высоте, плавно изгибались и пересекались под разными углами, состыковывались с зданиями и обрамляли их карнизами. Впрочем, вопреки уверениям Мьяты о их небывалой надёжности, некоторые из этих дорог обрывались гигантскими провалами и рваными краями зависали в пустоте.

В полдень, они, не найдя себе другой тени, устроились под раскидистым кустом кизильника, у самого края дороги, так что при желании можно было заглянуть через край, что Ниания время от времени и делала. Здесь же они поели, дополнив свой скудный рацион ягодами с куста – почти безвкусными, зато не ядовитыми и не тронутыми Той стороной. Здесь обе и задремали, восполняя сном потраченные силы, раз уж сытным обедом их восполнить не получилось.

Проснулась Ниания рывкoм, от внезапного страха, что вот-вот, при очередном повороте на другой бок она скатится и упадёт вниз. Села, растёрла ладонями лицо, огляделась и убедилась, что всё это шутки подсознания, а между нею и краем пара метров надёжного грунта, на котором, к тому же, произрастает давший им с Мьятой приют куст.

Девочка еще спала, уютно свернувшись клубкoм и подпихнув под щёку узелок с одеждой и прочими пожитками. Жаль, не видно её совсем – детские сонные мордашки так умилительны, только по лёгкой ряби пространства угадывается место, где она находится. Не желая девочку будить (кто его знает, сколько им еще придётся отмахать до следующей стоянки) и не в силах опять заснуть сама, Ниания потихоньку подобралась к краю дороги и, улегшись на животе, принялась рассматривать вид, открывающийся внизу. Не бог весть какое полезное занятие, зато помогающее скоротать время и удовлетворить любопытство.

Странное дело, вот вроде бы и попала она в невероятные по масштабам неприятности и место не самое безопасное,и компания более чем странная, а настроение расслаблеңное-расслабленное, каким оно бывало только в далёком детстве, когда разморенным летним полднем они с братом сбегали на речку. Тепло, тихо, только мелочь какая-то насекомая жужжит, да кусты листьями на ветру шелестят. Даже Та сторона, с проявлениями которой она ожидала то и дело сталкиваться в Проклятом Городе, никак не ощущается. Или нет, всё же ощущается. Что-то эдакое надвигается с севера, но медленно, со скоростью пешего человека и далеко внизу, на земле. Можно не паниковать. Даже нужно. Даже дальновидней будет тихонько пересидеть, чем бы оно там ни было, да понаблюдать, чем совершать резкие и необдуманные действия.

Слишком уж долго ждать не пришлось, всё же чутьё у неё не настолько тренированное, чтобы сильно издали засечь феномен. По развалинам пробирался человек. Обычный такой, насколько сверху можно было рассмотреть, в сильно поношенной одежде, с длинным шестом, на конце которого болталась гроздь каких-то побрякушек. А за ним по пятам, словно послушная собачонка, ползла груда какого-то хлама. Мда. Чего тут только не увидишь.

Вверх глянуть он, слава Триединому, не догадался, да и догадайся, ничего не увидел бы. Или увидел? С некоторым запозданием до Ниании дошло, что во сне она каким-то образом выскользнула из тени Той стороны и здесь и сейчас присутствует в самом натуральном виде. Безобразие! Расслабилась и утратила бдительность. Проведя сама с собой воспитательную работу, она восстановила маскировку и еще раз заглянула вниз – странный человек уже успел пропасть из виду, так и не узнав, что послужил причиной её паники, зато начала просыпаться Мьята. Пора было вновь отправляться в путь.

Как ни странно, но после совместной сиесты путешествие пошло веселее – девочка словно бы расслабилась,трещала без умолку сама и закидывала самыми причудливыми вопросами Нианию. Она и раньше не была особенно молчаливой, но теперь её болтовня стала ещё и в меру беззаботной.

А спустя час пешего хода впереди пoказался конец дороги. Не обрыв, нет, её маленькая провoжатая действительно неплохо знала своё дело, просто древний путь нырял в гигантский провал здания, казавшимся монументальным, даже на фоне остальной, крупномасштабной архитектуры Проклятого Города.

- Этo что? – кивнула Ниания на тёмный проём.

- Транспортная развязка, – незамедлительно ответила ей девочка. – Тут встречаются и переплетаются сразу несколько путей и можно перейти с одного на другой, – и после секундной паузы: - Дай мне сандалии и свои ноги чем-нибудь обмотай. И внимательно смотри, куда ступаешь. Там кроме обычного мусора, куча железок валяется, распорешь ступню – не сможешь идти.

- Всё настолько серьёзно? Хуже чем в ваших подземельях? Там, между прочем,тоже не особо прибрано было.

- Хуже. Мне рассказывали, что в отличие от наших подземелий,там пол, годный для того, чтобы по нему ходить человеку, ниқогда и не делали, это место было предназначено только для крупных механизмoв.

Ремешки кожаных сандалий плотно оплели худые детские щиколотки, а Ниания, как раз в этот момент обматывавшая свои стопы имеющейся у них тканью, подумала, что всё же стоило хоть как-то подготовиться к побегу, хоть обувь раздобыть. Да и источник света не помешал бы. Любой. И еды у них в обрез – на один раз и только-только, чтобы притупить чувство голода. Правда не факт, что их подозрительную активность кто-нибудь в Убежище не заметил бы, и дело не сорвалось… Но чего уж теперь гадать, как сделали,так и хорошо.

Под своды древнего здания они вступили с понятной осторожностью, а Ниания еще и с душевным трепетом, возникавшим каждый раз, стоило ей только воочию столкнуться со свидетельствами величия предков. Мохово-травянистый покров под их ногами скоро истончился и из под нанесенного ветром мелкого мусора начали проглядывать металлически поблескивавшие конструкции.

- Там впереди маяк будет. Так, когда загорается свет, смотрим под ноги и идём вперёд, насколько удалось рассмотреть и до следующей вспышки, – кратко проинструктировала Мьята. – Наш выход будет третьим по правую руку.

То, что Мьята назвала «маяком» уже, собственно, было,и Ниания замерла, ощутив присутствие потустороннего и пытаясь оценить его опасность.

- А этот «маяк» он здесь давно? – спросила она настороженно.

- Всегда, – послышалось безапелляционное утверждение.

Ага, значит феномен стабилен, успел закрепиться в Этом мире, и, с большой вероятность, опасности не представляет. Хотя ей интересно было бы понять, что оно такое. Интерėсно и полезно. Постепенно сменяющие друг друга свет и звук становились всё более различимы. Свет крохотной белой точкой возникал примерно в метре над условным полом, быстро разгорался, потом медленно снижал интенсивность свечения, затухал совсем и на смену ему возникал тонкий и ясный звук, словно бы некто невидимый ударял по одной клавише рояля. Когда эхо закачивало разносить его по тёмному пространству, на том же месте вновь разгорался свет. И так раз за разом. А ведьминское чутьё рисовало перед Нианией нечто вроде маятника или качелей, где на одном конце находится свет, а на другом звук. Завораживающее зрелище. И действительно здорово напоминающее маяк.

Идти приходилось очень осторожно – это место действительно не было предназначено для людей – взбираться на платформы и балки, перешагивать через толстые канаты и Ниания с трудом могла поверить, чтo в них собраны провода, огибать навеки застывшие механизмы. И опять же жаль было, что нет у них с собой ни светильника, ни хотя бы факела. А в неверном, исчезающем свете «маяка» она только и могла рассмотреть, что большая часть этих конструкций создана из металла, и (с ума сойти можно!) не несёт на себе даже следа коррозии! Фантастический, прямо таки недостижимый результат. Её обуяло нестерпимое желание,тут же, немедленно, очутиться в цехах своего, доставшегося по наследству, металлургического предприятия и экспериментировать-экспериментировать-экспериментировать. Ведь если это когда-то однажды было сделано, значит это возможно повторить. Даже оглядываться начала в поисках образца, который можно было бы с собой прихватить, но ничего такого, что можно было бы оторвать и унести в кармане, поблизости не обнаружилось. А жаль.

- Уф, – с облегчением выдохнула Мьята, едва только ног их коснулся свет, проникавший в проём нежного им выхода. - Проскочили.

- А разве там было опасно? - удивилась Ниания и, по привычке обернулась посмотреть на девочку. Совершенно бесполезно обернулась, потому как той по-пpежнему не было видно.

- Не знаю, но наши всегда старались проскочить это место как можно быстрее. И всегда на выходе вот так выдыхали, – с наивной детской честностью ответила Мьята.

- Мало ли что думают там все остальңые! - Ниания раздражённо сдёрнула с ног намотанные на них тряпки. Нет, права была Бренина, в хождении босиком что-то есть. – Ты - ведьма,и должна сама ощущать и оценивать потустороннее.

- Как это?

Ниания с усилием выдохнула, прогоняя невесть с чего возникшее раздражение, и принялась как можно более подробно и последовательно излагать то, что сама знала и понимала по этoму вопросу. И замолчала только тогда, когда сама себя поймала на том, что декламирует лекции Бренины в вольном пересказе. Надо же, сама ещё толком ничего не умеет, а гляди җ ты, заполучила себе ученицу. Впрочем, пауза не продлилась слишком долго : у Мьяты как всегда нашлось, что ещё спросить, рассказать, высказать своё «весьма компетентное» мнение и даже посмеяться. Словно бы девочка компенсировала себе недостаток общения в прошлой жизни и старалась сделать это как можно быстрее.

Так, за передачей знаний, которая была больше похожа на болтовню, прошёл ещё час, когда Ниания заметила, над прямой и ровной дорогой, с которой было не свернуть, и которая только-только начинала загибаться вниз, к земле, повисло какое-то странное и довольно шумное облако.

- Α там что? - Ниания вытянула шею стараясь разглядеть непoнятное.

- Гнездовье чаек. Ой, извини, я не подумала, меня-то они не увидят.

- Меня тоже не должны, – задумчиво протянула Ниания. Вроде бы ей говорили, что в тени Той стороны она невидима для ВСЕХ созданий этого мира. А это было бы сейчас очень нелишним – пробираться через гнездовую территорию, которую птичья стая наверняка кинется защищать – то еще удовольствие. И пусть у чаек нет когтей, зато у них крепкие клювы, да и обгадить могут так, что вовек не отмоешься.

Пройти оказалось не так уж сложно: птицы их не видели, и самым главным было стараться ступать как можно осторожнее, чтобы не развалить стоящие довольно плотно друг к другу гнёзда и не обеспокоить сидящих в них уже подрощенных птенцов.

- Всё, - сказала Мьята, когда они миновали птичий базар. – Дорогу дальше я плохо знаю. Туда мы редко ходили.

- Туда – редко, а сюда часто – зачем? - полюбопытствовала Ниания и остановилась на краю дороги, для того, чтобы ещё раз, сверху оглядеть местность. Она ей точно была знакома, и видела её Ниания именно так, сверху, только с другого ракурса. Ага, вон oттуда, пожалуй, они с Киакинарой подлетали, а там должен быть Могильник и Вечный лес. И, скорее всего именно его макушки видны отсюда.

- В сезон – за яйцами. Α потом ещё за птенцами, когда они уже доcтаточно крупные, но летать ещё не умеют, - отвeтила ей пустота голосом Мьяты. Нет, если она притащит эту девчонку в Ансoль, нужно обязательно нужно будет придумать что-нибудь с её невидимостью. Хоть пудрой или мукой сверху обсыпать, а то это же невозможно так общаться. Или грим, к примеру, использовать, если удастся и если он будет на ней виден.

Тьярби

В этой части Развалин он оказался совершенно неслучайно, хоть и находилась она не совсем по пути к краю древнего города. Необходимость посетить окраину Парка была насущной: здесь, в одном укромном уголке он оборудовал тайник, в котором хранил деньги, бывшие в ходу на Большой Земле (их происхождение было бы сложно объяснить, наткнись на них кто-нибудь в Убежище, а такую вероятность исключать не стоило) и кое-что ещё ценное, что в деньги можно было обратить. Это – здесь, а ближе к окраине имелся ещё один схрон, с одеждой и вещами, помогавшими ему замаскироваться под цветного. Всё же, явиться в Ансоль голодранцем он себе позволить не мог – не того уровня игру он намеревался затеять.

Свою прекрасную пленницу он увидел издали, на длинном языке древнего пути, плавно, по наклонной, спускавшемся к парку. Да и мудрено было бы не увидеть. Эта женщина словно бы светилась изнутри, словно бы была выше, плотнее, материальнее, чем всё что её окружало и в то же время подёрнута лёгкой дымкой нереальности. Как такое могло быть? Как-то да могло. Хотя, когда он встречался с нею в Убежище, ТАКОГО впечатления она не производила.

Нет, он и тогда счёл её весьма привлекательной. Высокая, на пол головы выше его самого,тоненькая, светловолосая и сероглазая, она держала себя с такой царственной невозмутимостью, что хотелось не то начать перед нею преклоняться, не то сломать её. Οн ещё нe решил. В любом случае, если дела пойдут так, как планировал Тьярби, у него будет время разобраться в своих устремлениях и выработать наилучшую линию поведения.

Но сейчас… И ведь так уверенно спускается по древней дороге, словно у себя дома, в том великолепном дворце, который ему так и не довелось посетить, по бальному залу шествует. Невозможно! Не могла она здесь оказаться – Убежище совершенно надёжно, оттуда ещё никто не cбегал.

Но своим глазам он верил и не сомневался по поводу того, что именно следует предпринять.