Я распахнул дверь в кабинет доктора Коэна и прорычал:
– Она думает, что мы помолвлены.
Доктор Коэн оторвал взгляд от монитора, который издал звуковой сигнал и погас. Плечи доктора обтягивал твидовый пиджак, а поперек живота уже висела потрепанная сумка.
Он надел на палец брелок с ключами от машины и встал из-за стола, нахмурив брови за стеклами очков.
– Что вы ей наговорили, черт возьми?
– Ничего! – Я взмахнул руками и принялся расхаживать по крошечному кабинету, нисколько не беспокоясь о том, что врач закончил свою смену в четыре утра. – Ляпнул глупость про цветочные композиции, а она пришла к собственным выводам. Теперь думает, что мы планируем свадьбу. Нужно сказать ей правду.
Он снял шарф с вешалки и обернул его вокруг толстой шеи.
– Вы ни в коем случае не скажете ей правду.
– Ей нельзя думать, что мы вместе.
Доктор протолкнулся мимо меня и ринулся к двери.
– Она не сможет поехать к вам домой и восстанавливаться, зная, что вы солгали ей, а потом струсили.
Я пошел за ним.
– У меня дома нет никаких доказательств наших отношений. Ни фотографий, никаких ее вещей, ни…
– Так решите эту проблему. – Он стал спускаться по лестнице на крытую парковку, а я шагал за ним по пятам. – Вы предприимчивый человек, миллиардер, как говорят. Уверен, ваши люди вполне могут забрать несколько вещей из ее дома и сделать дюжину ваших совместных фотографий с помощью искусственного интеллекта.
– Искусственный интеллект – это неэтично, – проворчал я, перепрыгивая через две ступеньки, и перегородил ему путь на следующем пролете.
– Как и переспать с большинством женщин на континенте. – Доктор остановился и насмешливо посмотрел на меня. Видимо, до кое-кого дошли слухи о скандале, который я закатил в этой больнице несколько лет назад. – Меня не волнуют ваши личные предпочтения, мистер фон Бисмарк. Мисс Ауэр – моя пациентка. Не смейте говорить ей, что солгали. Ее психика и так нестабильна, как и она сама. Рано или поздно память восстановится, и Брайар поймет, что вы не вместе.
– А потом? – Я почувствовал, как ноздри раздуваются от злости. – Она снова возненавидит меня за то, что солгал.
Доктор пожал плечами и обошел меня.
– Похоже, она и прежде вас ненавидела. Мало что изменится.
Доктор Коэн скрылся на следующем лестничном пролете.
Я пнул стену, чертыхаясь на четырех языках, которые знал.
Чертбыегопобрал.