Кровь пульсирует в висках, а сердце колотится так, будто старается проломить решетку ребер.

Чертова папка лежит на нашем кухонном столе, унижая меня своим существованием.

Это та самая папка, с которой муж каждое утро покидает дом. И я даже представить себе не могу, что должно произойти, чтобы он забыл ее где-то.

На ум приходят только самые негативные варианты. И от этих картинок у меня в голове и внутри все полыхает так сильно, что кажется, я сгорю заживо от своих переживаний.

Фары автомобиля мужа освещают двор в положенные двадцать часов тридцать минут. Никаких опозданий. Как и предыдущие дни.

Но вся моя радость относительно этого, что еще с утра окрыляла меня, теперь стухла. Умерла, как и вера в остатки совести этой дряни, положившей глаз на моего мужа.

И кто знает, может, кроме глаза, она успела положить на него что-то еще.

Жду, пока Андрей войдет в дом. И судя по тому, что он с порога не зовет меня по имени, я не ощущаю его бьющую фонтаном энергию радости возвращения домой, он уже в курсе того, что папка его у меня.

– Привет, – слышу за спиной.

Я же продолжаю стоять у окна и смотреть на двор, гипнотизируя темноту.

– Поль, – приближается супруг, и каждая клеточка моего тела пробуждается, чувствуя мужа рядом, жар, идущий от него, его запах.

Кажется, что все мое существо тянется к нему.

Андрей подходит со спины, обнимает меня за плечи и целует в висок.

– Ты чего тут стоишь? – он старается звучать беззаботно, но я ловлю в интонации напряженные нотки.

– Тебя ждала, – не узнаю свой холодный голос, будто бы он и не мне принадлежит вовсе.

– Так я дома, – муж тянет меня, поворачивая к себе лицом.

Обнимает теперь крепче, положив голову себе на грудь.

– Ну ты чего, солнце? – Андрей слегка отстраняется, взяв меня за подбородок и поднимая мое лицо на себя. – Отчего такая расстроенная, м? – и смотрит так внимательно, будто пытается проникнуть мне в душу.

– А ты не знаешь? – хочется язвить и сыпать колкостями, хочется сделать ему так же плохо, как и мне.

– Я хочу выслушать тебя, – говорит терпеливо.

– Где ты оставил свою папку, Андрей? – я всматриваюсь в его глаза, стараясь отыскать там правдивый ответ, а не тот, который я хотела бы услышать.

– По всей видимости, я оставил ее в ресторане.

– И что же могло тебя заставить бежать с такой скоростью, что ты оставил самое важное, что требуется тебе для работы?

– Поль, – он не отводит глаза в сторону, и это, наверное, хороший знак. Но меня все равно колотит. – Чего ты ждешь?

– Правды? Почему твоя папка осталась у нее? Она сказала, что ты оставил папку у нее? Получается, она солгала?

Андрей смотрит на меня не моргая и явно думает, как ответить.

– Нет.

Ответ как удар под дых. Кажется, что из меня вынули тот стержень, что помогал мне держаться и не рухнуть от боли, скручивающей тело.

– Ты был у нее?

– Да. Но это не то, что ты думаешь.

– Как же не то! Вы все так говорите! – вырываюсь из его рук и отхожу в сторону, стараясь проморгаться и не дать слезам скатиться из глаз.

– Слушай, я проезжал мимо, она подготовила документы, которые мне нужно было забрать. Заодно я прихватил подписанные бумаги и привез ей. Она отдала мне то, что хотела, а я отдал ее часть бумаг.

– Которые оказались настолько важны, что ты их оставил у нее в квартире.

– Поль! Ну я вообще не понимаю, почему должен оправдываться! – он опирается на подоконник и, как коршун, следит за моими перемещениями по кухне. – Мне позвонили, я прихватил бумаги и забыл, что она не отдала мою папку, сел в машину и поехал на следующую встречу, а спохватился тогда, когда она написала, что передала папку тебе.

– Андрей, ты вообще понимаешь, что происходит? Ты пляшешь под дудку какой-то посторонней девки! Она лишь наемный сотрудник твоих партнеров, но ты какого-то хрена проводишь с ней времени больше, чем с теми людьми, с которыми заключаешь сделку. И что это за повод – забрать документы? У нас в городе курьеры перевелись?

Смотрю на него, горло горит от высказанных слов, и жду, когда он убедит меня, что я не права, что все это ерунда и пустяки и я все придумала.

– Посчитал, что так будет удобнее, – говорит он спокойно.

– Мне не нравится то, что происходит. Она могла отправить эту папку курьером, но предпочла создать вот такую ситуацию, где все выглядит так, будто у вас интрижка.

– Поль, ну нет у меня ничего с ней. Нет! – проводит руками по волосам, явно теряя контроль.

– Мне с каждым днем все сложнее в это верить. К тому же… ты изначально солгал. Сказал, что оставил папку в ресторане, – ухожу с кухни, даже не предложив поужинать.

– Да потому что я знал, что так будет! Предвидел твою истерику! – переходит он на крик.

Я вздрагиваю и ухожу в спальню, не желая ни разговаривать, ни ужинать, ни вообще чего-либо. Никогда он на меня не повышал голос. Тогда как посмел сейчас?

Через пару дней должны вернуться дети с моими родителями. А я не знаю, как их возвращать в дом, если мы с мужем собачимся и он проводит время с другой женщиной.

Спустя час муж заходит в спальню и ложится позади меня. Затаив дыхание жду, что он сделает дальше. Андрей тяжело вздыхает и все же обнимает меня со спины.

– Попроси заменить специалиста, Андрей. Если тебе дорога наша семья, ее нужно изолировать от тебя.

– Поль, она ведет проект…

– Мне плевать. Ты сейчас выгораживаешь ее, тем самым выбираешь не меня и нашу семью, а ее. Поэтому сделай что-то.

– Хорошо, я постараюсь придумать что-то.

И за день до возвращения детей супруг сообщает мне, что уладил эту проблему и они больше не сотрудничают с Алисой.

Я могла бы выдохнуть, но именно после этой новости в Андрее что-то незримо изменилось. Впервые я ощутила тот проклятый холод от него, который он практически не пытался сгладить…