— Яр, от Каэля и Милославы были сообщения? — спросил я, откинувшись в кресле.

— Только очень короткое: «Продолжаем следовать за кораблями. Будем на связи через десять часов», — ответил Яр, посмотрев на меня.

Я кивнул и прикрыл глаза, расслабляясь. Предстояло дождаться прихода кораблей Меровингов.

Спустя некоторое время Яр произнёс:

— Фиксирую новые корабли. Из варп‑прыжка выходят корабли герцога Тибо де Мерови.

— Отлично. Яр, установи связь с Тибо, — попросил я, поудобнее устраиваясь в кресле главнокомандующего. — И, Марк, начинай сворачивать нашу эскадру. Сегодня останемся в этой звёздной системе. Прежде чем двигаться дальше, необходимо поговорить с Каэлем и Милославой. Но я хочу, чтобы всё было готово к варп‑прыжку.

— Будет сделано, — отреагировал Марк, сразу склоняясь над панелью управления флотом.

Спустя минуту голографический экран мигнул, и появилось изображение Тибо и Женевьевы. В этот раз Тибо стоял рядом со своей женой. Они сдержанно поклонились.

— Мой император, — заговорил Тибо. Сейчас его голос был совершенно другим. Я чувствовал, что его отношение ко мне изменилось. Возможно, Женевьева на него повлияла, а может, вид огромного облака обломков и строя уцелевших кораблей, стоящих перед «Стальной Берлогой».

Я кивнул, приветствуя герцога и герцогиню.

— Как я и обещал, флот барона уничтожен. Можете приступать к подавлению бунта на орбитальных объектах и на планетах, — сказал я, чуть наклонившись вперёд.

— Спасибо за помощь, мой император, — в этот раз Тибо поклонился глубже.

— Я знаю, что Меровинги потеряли три полноценных флота, и вам необходимо как минимум вернуть эти эскадры, чтобы защищать границы. Я не могу вам дать такое количество кораблей — вам придётся самостоятельно заниматься их приобретением. Но могу предложить очень много кораблей с повреждениями: где‑то совсем мелкий ремонт, где‑то довольно серьёзный. Но в любом случае это лучше, чем ничего, — произнёс я, внимательно отслеживая реакцию Тибо и Женевьевы.

— Вы очень щедры, мой император, — произнесла Женевьева с лёгкой улыбкой. — Мы ценим вашу заботу и сделаем всё, чтобы три флота были восстановлены в кратчайшие сроки.

— Корабли вам передаст флот‑адмирал Марк Радин сегодня, как только вы подавите бунт. Мы будем в этой звёздной системе ближайшие восемь‑десять часов, так что рекомендую не терять время и заняться делом, — сказал я, пристально посмотрев на Тибо и Женевьеву.

— Как прикажите, мой император, — снова ответила Женевьева. Тибо же упорно молчал. Я видел по нему, он ещё не свыкся с мыслью, что теперь его Дом является протекторатом.

Они поклонились, и связь отключилась.

Я посмотрел на тактический шар: спустя минуту корабли Тибо пришли в движение, направляясь к планетам и орбитальным объектам для высадки десанта. Как и в звёздной системе «Причал Альбиноса» эскадра разделилась. Часть кораблей ушла к планетам, другая часть пошла к орбитальным объектам по всей звёздной системе.

— Мой князь, что делать с целыми кораблями и экипажами? — спросил Марк, отрываясь от панели управления флотом. Я уже чувствовал вибрацию стыковочных механизмов. Наша эскадра стыковалась к «Стальной Берлоге», а тяжёлые истребители и фрегаты заходили в стояночные ангары. Его пальцы снова забегали по интерфейсу, проверяя данные по захваченным судам.

— Много тех, кто желает присягнуть нам на верность? — уточнил я у Марка.

Но за него ответил Игнат Громов, сидевший за тактическим столом ближе ко мне:

— Абсолютно все. Они прекрасно понимают, что даже если мы их отпустим, Тибо доберётся до них — и ничего хорошего это им не сулит. На лицах многих читается облегчение: они рады, что избежали расправы от герцога.

Я задумался. Брать к себе бывших «предателей» герцога не очень‑то хотелось — слишком велик риск. С другой стороны, служили они барону, а не герцогу. А конкретно барона они не предавали. А раз барон уже, по сути, мёртв, то и клятва верности ему утратила силу. К тому же опытные экипажи сейчас на вес золота — каждый обученный пилот, инженер и наводчик может сыграть решающую роль в грядущих сражениях.

— Хорошо, — произнёс я, приняв решение. — Принимайте у них присягу. Проведите стандартную процедуру зачисления в наш звёздный флот. Остальные, те, что остались без кораблей, пусть летят пассажирами. Отправляй всех в звёздную систему «Эридан‑4» к адмиралу Валентайну. Будут ему ещё корабли и люди — пусть займётся их восстановлением и обучением.

— Будет исполнено, — кивнул Марк и тут же запросил у Игната численность пленных.

Я удовлетворённо откинулся в кресле. Ситуация складывалась удачно: вместо уничтожения или изгнания мы получали новые экипажи и корабли. Это был не просто тактический выигрыш — это был стратегический шаг к укреплению моего Дома.

Я ещё немного посидел в штабе, наблюдая за работой команды, и встал с кресла. На меня сразу все подняли глаза, оторвавшись от своих дел.

— Спасибо всем за отличную работу, — произнёс я. — Две звёздные системы под нашим контролем, два разбитых флота противника. Много новых кораблей, которые серьёзно усилят наш Дом. Великолепный тест стелс‑бомбардировщиков показал их реальную боевую ценность. Почти сутки мы не отдыхали. Поэтому заканчивайте текущие задачи и отправляйтесь на отдых. — Я обвёл взглядом весь штаб. — Марк, вызови дежурную смену — пусть придут сегодня раньше обычного и примут дела у твоих людей.

Марк кивнул и тут же начал отправлять сообщение командиру дежурной смены штаба. Я повернулся к Игнату:

— Игнат, предоставь штурмовикам двенадцать часов на отдых. Пусть восстановят силы — возможно, скоро им придётся серьёзно потрудиться.

— Будет исполнено, — твёрдо произнёс Игнат.

— Яр, — я посмотрел на моего друга, — как только Каэль и Милослава выйдут на связь, разбуди меня. Я поговорю с ними из каюты.

Яр кивнул, ненадолго оторвавшись от разговора с Рэттеном. Они снова обсуждали поставки для ремонта и модернизации корабля‑колонизатора. С каждым разом Яр вносил новые правки, а чтобы сроки модернизации не увеличивались, приходилось дополнительно наращивать выпуск человекоподобных андроидов.

Я едва заметно ухмыльнулся, глядя, как Яр снова убеждает Рэттена увеличить приоритеты для его поставок. Развернувшись, я направился к выходу.

Выйдя из штаба, я прислонился к стене. На меня вдруг накатила дикая усталость — мышцы ныли, в висках стучала кровь. Но помимо физического истощения, мне требовалось обдумать детали задуманного плана. И желательно обсудить его с Яром — его взгляд часто помогал увидеть то, что упускал я.

«Яр, — позвал я мысленно, оттолкнулся от стены и зашагал в сторону каюты, — мне нужно с тобой поговорить наедине. Но я не хочу обсуждать это мысленно. Сейчас переоденусь и пойду в тренажёрный зал — хочу немного позаниматься перед сном».

«Хорошо, — отозвался Яр в моей голове. — Я почти уговорил Рэттена. Увижу, как ты придёшь в зал, и сразу подойду, Ратибор».

По пути в каюту я бросил взгляд на голографический экран в коридоре — на нём транслировалась панорама космоса вокруг «Стальной Берлоги». Там, где ещё недавно стояла мощная вражеская эскадра, теперь раскинулось огромное облако обломков. Оно медленно рассеивалось, подсвеченное далёкими звёздами.

Я тихо вошёл в каюту, стараясь не разбудить Аврору — вдруг она спит. Я не ошибся: она лежала в кровати, погружённая в глубокий сон. Одеяло сползло, открыв прекрасный вид на её обнажённое тело. Я постоял минуту, любуясь её красотой и стараясь не шуметь, затем подошёл ближе. Осторожно взяв одеяло, аккуратно укрыл её, стараясь не потревожить.

— Ты наконец‑то вернулся, — сквозь сон пробормотала Аврора, едва разомкнув ресницы.

— Я сейчас уйду, зашёл переодеться. Вернусь примерно через час, — я наклонился и нежно поцеловал её в щёку. — Спи спокойно.

— Эления написала мне про Женевьеву, — открыв один глаз, тихо сказала Аврора. — Женевьева просила Элению поговорить со мной, чтобы я попросила тебя простить её и спасти Аурелию…

Я улыбнулся, слегка склонив голову:

— Считай, что попросила.

— Угу, — Аврора снова погрузилась в сон, её дыхание стало ровным и размеренным.

Я отошёл от кровати, быстро переоделся в тренировочный костюм и так же тихо вышел из каюты, осторожно прикрыв за собой дверь.

В коридоре меня окутала тишина «Стальной Берлоги» — редкие шаги дежурных, приглушённые гулы систем жизнеобеспечения, мерное гудение двигателей корабля. Усталость всё ещё давила на плечи, но мысль о тренировке и предстоящем разговоре с Яром придала сил.

Дойдя до дверей тренажёрного зала, я сделал глубокий вдох, настраиваясь на физическую нагрузку и предстоящий разговор. Впереди ждали важные решения — и я был готов к ним.

В зале никого не было — и это порадовало. Не придётся никого выгонять, чтобы поговорить с Яром. Я остановился в центре, решая, с чего начать. Немного подумав, встал на беговую дорожку и запустил самую лёгкую программу.

Не успел я толком начать заниматься, как в зал вошёл Яр. Он подошёл ко мне и пристально посмотрел:

— Ратибор, а зачем ты продолжаешь тренироваться? Я же улучшил твоё тело. Ладно, я понимаю занятия для отработки практических навыков, но зачем, к примеру, тебе бег или силовые упражнения? С твоим телом ты спокойно можешь управляться со штурмовой плазменной винтовкой без бронекостюма, а по скорости бега и выносливости ты дашь фору любому человеку.

Я остановил программу и, сойдя с беговой дорожки, встал напротив Яра.

— А почему тогда у меня ноют мышцы от усталости?

Яр усмехнулся — совсем как человек:

— Это всего лишь твоя память. Как бы яснее выразиться… На самом деле у тебя ничего не болит, но твой мозг считает, что после каких‑то определённых нагрузок мышцы должны себя как‑то проявлять — вот он и симулирует ощущения. На самом деле ты можешь без проблем, к примеру, бежать целые сутки или поднимать вес, запредельный для обычного человека. Пошли, — он направился к силовому тренажёру, моделирующему упражнение «становая тяга».

Подойдя к нему, Яр на панели управления выставил вес в триста килограммов и посмотрел на меня:

— Поднимай.

— Э‑э… Яр, в лучшей своей форме я больше двухсот килограммов никогда не поднимал.

— Поднимай, поверь — это будет несложно. Просто не задумывайся, — произнёс он. — И не используй телекинез.

Я ухмыльнулся, но к тренажёру подошёл.

На удивление, я спокойно поднял этот вес. Яр добавил — поставил сразу пятьсот килограммов. При этом весе я уже почувствовал, что нагрузка ощутима: мышцы напряглись, но я всё равно справился.

Яр снова добавил вес — выставил семьсот килограммов, потом посмотрел на меня и исправил показатель на одну тонну.

— Яр, ты так шутишь? — мои глаза расширились от удивления при виде установленного веса.

— Нет, к тому же я не умею шутить. Попробуй. Это будет нелегко, но ты сможешь, — ответил он.

Я закрыл глаза, настраиваясь. Мышцы вздулись, казалось, ещё немного — и я получу травму, но всё прошло замечательно. С большим трудом, но я смог осилить этот вес.

— Невероятно. Я и не знал, — я смотрел на Яра, и глаза мои были расширены от удивления.

— Я тебе говорил, просто ты не воспринял мои слова всерьёз, — произнёс Яр, отключая тренажёр. — Так о чём ты хотел поговорить?

Я стал рассказывать Яру свою задумку во всех подробностях. Потратив десять минут, я добавил:

— После твоей демонстрации стелс‑бомбардировщиков я внёс корректировки, добавив их в схему.

Яр смотрел на меня внимательным взглядом:

— Я не могу сделать точный расчёт. Слишком много неизвестных. Но предварительно скажу так: шансы на успех невелики.

— Яр, ты просто не учитываешь разные характеры людей — их эмоции, страхи и прочее, прочее, прочее. Вариантов поведения человека в разных ситуациях очень много. Да, их можно просчитать, но для этого надо знать человека. В одной и той же ситуации разные люди будут вести себя по‑разному, — сказал я.

— Я с этим и не спорю. Хорошо, раз ты уверен в успехе, я постараюсь сделать всё, что от меня зависит, — сказал Яр и улыбнулся.

— Спасибо, Яр. Я знал, что ты меня поддержишь в этой авантюре, — я тоже улыбнулся.

— Будешь тренироваться? — спросил Яр.

— Нет, пойду к Авроре, — ответил я, и мы направились на выход из зала.

По пути Яр задумчиво произнёс:

— Знаешь, Ратибор, возможно, ты прав насчёт человеческой непредсказуемости. В моих расчётах я всегда исхожу из оптимальных сценариев, но жизнь редко идёт по плану. Может быть, именно эта непредсказуемость и станет нашим преимуществом.

Я остановился на мгновение и посмотрел на друга:

— Именно так. Мы будем играть не только на тактике и технике, но и на психологии. Противник ожидает от нас чёткого следования логике, а мы преподнесём ему сюрприз — смесь расчёта и интуиции.

Яр кивнул, его глаза на мгновение вспыхнули:

— Понял. Я начну готовить техническую часть по твоему плану.

— Отлично, — я хлопнул его по плечу. — Действуй.

Мы дошли до перекрёстка коридоров. Яр повернул в сторону штаба, а я направился к каюте.

— Разбуди меня, когда на связь выйдут Каэль и Милослава, — бросил я через плечо.

— Обязательно, — ответил Яр.

Я улыбнулся и ускорил шаг.

Вернувшись в каюту, я быстро разделся, принял душ и, забравшись под одеяло, прижался к Авроре. Обняв тёплое тело девушки, я практически сразу погрузился в глубокий сон — усталость последних суток наконец взяла своё.

Проснулся я от настойчивого голоса Яра в моей голове:

— Ну наконец‑то, а то уже хотел отправить андроида, чтобы стучал в дверь каюты.

— Что случилось? — задал я мысленный вопрос, продолжая обнимать Аврору и не спеша размыкать объятия.

— Каэль и Милослава на связи, — сразу ответил Яр. — Будешь говорить в каюте?

— Сколько у меня времени? — я открыл глаза, полностью проснувшись, и слегка приподнялся на локте.

— Они будут на связи пару часов, может, чуть меньше или больше. Ждут, пока линкоры зарядят батареи, — проинформировал Яр.

— Отлично, приду в зал для совещаний, — мысленно произнёс я.

Я хотел встать осторожно, чтобы не разбудить Аврору, но стоило мне пошевелиться, как я услышал её голос:

— Ты куда?

— В зал для совещаний. Каэль и Милослава вышли на связь, — я нежно поцеловал Аврору в плечико.

— Надеюсь, ты вернёшься? Или мы сразу куда‑нибудь опять полетим? — спросила Аврора, приоткрыв глаза.

— Не знаю, зависит от их доклада, — честно ответил я. — Но обещаю: как только появится возможность, я сразу вернусь.

Аврора слегка улыбнулась и кивнула:

— Хорошо. Я буду ждать, Ратибор.

— И не одевайся, — я улыбнулся в ответ, погладил её по волосам и быстро встал.

Став собираться, я старался не шуметь. Надев форму, я бросил взгляд на Аврору — она уже снова закрыла глаза, но я увидел, что Аврора специально убрала с себя одеяло, открыв для моего взора прекрасную картину своего обнажённого тела.

Коридоры «Стальной Берлоги» были почти пусты — большая часть экипажа отдыхала после напряжённых боевых действий. Редкие дежурные офицеры отдавали честь, я кивал в ответ, ускоряя шаг. Мысли уже переключились на предстоящий разговор с Каэлем и Милославой.

До зала для совещаний я добрался за пару минут. У дверей остановился на мгновение, сделал глубокий вдох и вошёл внутрь. Яр уже ждал меня, сидя за столом. Рядом стояла сервировочная тележка с кофе, чаем и фруктами.

Я кивнул и занял место рядом. Налив себе кофе, я произнёс:

— Соединяй.

Голографический экран замерцал, и вскоре на нём появились фигуры Каэля и Милославы.

— Добрый день, князь, — дружно поздоровались Каэль и Милослава.

— Добрый день, — ответил я. — Рассказывайте.

— Особо и рассказывать нечего. Мы уверены, что линкоры двигаются в звёздную систему «Звёздный Перекрёсток». При этом они спешат, — ответила Милослава.

— Почему вы так решили? — поинтересовался я.

— Они сильно сокращают время зарядки батарей. По нашим подсчётам, они заряжают батареи ровно на столько, чтобы им хватило на два варп‑прыжка. К примеру, сейчас они будут стоять на зарядке всего лишь три часа. Следующие два варп‑прыжка будут короткими — суммарно всего на восемь часов, — ответил Каэль.

— Ясно, — я замолчал и задумался, просчитывая в уме возможные сценарии.

— Князь? — позвала Милослава, выдёргивая меня из раздумий.

— Продолжайте слежку, — произнёс я. — Как только линкоры прибудут в систему «Звёздный Перекрёсток», отправляйтесь в звёздную систему «Альбанские холмы».

— Это домашняя система Королевства Габсбургов? — уточнила Милослава, слегка приподняв бровь.

— Совершенно верно, — подтвердил я.

— Будет исполнено, — произнёс Каэль, кивнув.

Я прервал связь и повернулся к Яру:

— Сколько тебе ещё требуется времени на подготовку?

— Сутки, — сразу ответил Яр.

— Мы успеваем? — уточнил я.

— Вполне. Судя по всем данным, до атаки на «Чёрную Реку» ещё двое суток, — сообщил Яр, выводя на голографический дисплей карту предполагаемого маршрута тяжёлых линкоров и временные отметки.

— Хорошо, тогда остаёмся здесь ещё на двенадцать часов. Твой человекоподобный андроид уже добрался до Инсбрука? — задал я новый вопрос, внимательно глядя на Яра.

— Да. Уже занимается разведкой, — отчитался Яр. — Он уже выяснил возможное место содержания Аурелии. Сейчас пытается найти, кто будет готов продать ему информацию, а также провести внутрь, чтобы он убедился лично. Я перечислил ему десять миллионов кредитов — этого должно хватить для подкупа местных.

— Отлично. Надеюсь, ему хватит суток, чтобы всё точно выяснить, — произнёс я, наконец‑то сделав пару глотков остывающего кофе. Горечь напитка помогла сосредоточиться.

— Хватит, я уверен в этом, — сказал Яр. — У андроида заложены протоколы максимальной эффективности. Он найдёт подход к нужным людям — или создаст нужные обстоятельства сам.

Я откинулся на спинку кресла, обдумывая полученную информацию. Мой план постепенно воплощался в жизнь.