Пауза слегка затянулась. Безымянный стоял возле входа, ожидая, пока все лишние покинут комнату. Лишние, это — Палач, Рыжая, Мира и двое парней. Но если подчинённые Безымянного, уловив безмолвный приказ хозяина, послушно двинулись к двери, то Рик и Лич оставлять меня наедине с негласным хозяином Нижнего города не торопились.

— Идите. — Кивнул я своим друзьям.

— Уверен? — Коротко спросил Палач.

— Да. Ничего не произойдёт. — Уверенно ответил я.

Потому что знал это наверняка. Действительно ничего не произойдёт. Что бы там не надумал Безымянный, он в любом случае не идиот. Причинить вред единственному некромантут– сейчас это было форменным самоубийством.

Как только дверь закрылась за спиной Рика и Тени, Безымянный многозначительно покосился в сторону Лоры. Девчонка снова вернулась на свою постель и сидела теперь с прямой спиной, глядя в одну точку. Со стороны могло показаться, будто она полностью отключилась от происходящего, но я знал, она просто делает вид. Знал, потому что чувствовал ее состояние. Она волновалась за меня.

Однозначно, состояние Лоры меняется и я надеюсь, в лучшую сторону. Болтун тоже вел себя спокойно. Он пристроился рядом с Лорой, свернувшись мохнатым комочком.

— Она останется. — Уверенно ответил я на взгляд Безымянного. — Не трать время, говори.

— Хорошо…

Он прошёл к столу, остановился возле него, оперевшись одной рукой о старое, испещренное царапинами деревянное полотно.

Я не стал скромничать и сел на топчан, чувствуя, как остатки усталости вытесняются ледяной собранностью.

Болтун, вдруг поднял голову, посмотрел на Безымянного, а затем издал тихое предупреждающее ворчание. Его взгляд был прикован к незваному гостю. И самое интересное, я вдруг понял, что означали эти звуки. Не как слова понял, а просто смысл. Горностаю очень сильно не нравился данный персонаж. Прямо очень сильно. Он будто предупреждал меня, что доверять словам этого человека нельзя.

Сказать честно, я удивился. Не тому факту, что Безымянный может кому-то не нравится, тут как раз все логично, а пониманию, которое у меня вдруг возникло. Я словно почувствовал горностая, осознал его мысли. Интересно, это одно из проявлений моих способностей некроманта или дело в том, что мне досталось знания Леонида, а Болтун это, в некотором роде, его сестра?

— Там, в зале совещаний… Ты дал понять, что знаешь о моих планах, — начал Безымянный, без предисловий. Его голос был ровным, но в глубине глаз плескалась тёмная, злая тревога, — Не буду ходить вокруг да около… Ты говорил о поисках «старой крови»? О том, зачем мне банды?

— Верно. — Согласился я.

— Откуда? — Безымянный буквально впился взглядом в мое лицо, — Откуда тебе это известно? Я не обсуждал подобную информацию ни с кем. Сам не до конца был уверен, что получится. К тому же… Изначально вообще не думал о поисках одарённых детей. Когда начал подминать под себя преступность Нижнего города, хотел лишь одного — власти и денег. Я ведь обычный парень. Такой же, как… — Он осекся, усмехнулся и покачал головой, — Хотел сказать, такой же, как и ты, но, наверное, сейчас это будет не совсем удачное сравнение. Откуда ты узнал, Малёк?

— Серая Госпожа не очень довольна теми, кто пытается воровать у неё слуг, — ответил я. — Ты хотел найти детей с задатками некромантов. Тех, кого она не успела или не захотела «поцеловать» при рождении из-за урозы истребления. Ты думал, что с помощью пыльных фолиантов из библиотек Верхнего города сможешь выдрессировать одаренных подростков, как собак. Заставить накладывать на трупы заклинания послушания, создавать идеальных, немых и вечных рабов для рудников и заводов Высокородных. Надеюсь, что на трупы. Хотелось бы верить, в твоих планах не было такого сценария, где умертвий и мертвяков ты создаешь из живых. В принципе, вполне продуктивная схема. Дешёвая рабочая сила, которой не нужно платить, которая не устаёт и не бунтует. Это ли не мечта?

Безымянный выслушал меня спокойно, без эмоций, даже глазом не повел. Несомненно, он хороший игрок, умеющий держать правильное лицо при любых обстоятельствах.

— Предположим, что это так. Гипотетически, — медленно проговорил он. — Разве мой план плох? Я бы дал одаренным детям кров, еду, защиту. Да, я много разбирался с этой темой, доставал всевозможные книги за большие деньги. Выяснял, реально ли родиться некромантом, но при этом остаться им, не получив благословения Серой Госпожи. Так вот… Если верить старым записям магов — да, возможно. Смерть не выбирает случайных слуг. Это дети с определенным даром. Как правило, в момент рождения или через несколько минут после него, они переживают клиническую смерть. Так и происходит их первая встреча с Серой Госпожой. Но… Если она не поставит свой знак, ребенок все равно не перестанет быть одаренным. Просто он останется… как бы это сказать… «запечатанным». Да, у такого некроманта не будет всей силы. Да, он вряд ли сможет спокойно прогуливаться по Безмирью. Однако, с помощью науки, чисто технически, развить его навыки возможно.

Безымянный помолчал несколько секунд, а потом резко заявил:

— Я бы заботился о них. Они бы стали элитой моего нового порядка. А их дар… их дар послужил бы процветанию всего Нижнего Города. Мы бы сломили хребет Высокородным, положили конец их вековому гнёту.

— Не надо мне лгать, — Раздражённо оборвал я его пафосную речь, — Ты говоришь о процветании, но в твоих глазах я вижу только жадность. Ты не хочешь освободить Нижний Город. Ты хочешь стать его единственным хозяином. А эти дети… — Я сделал небрежный жест рукой, — Ты превратил бы их в инструменты. В механизмы. Но тут вот в чем дело… Некромантия — это не набор инструкций в книге! Это долг! Это боль! Это принятие на себя всей тяжести смерти, всей боли ушедших! Ты думаешь, так просто заставить кости шевелиться? Это всё равно что пытаться управлять ураганом с помощью детского свистка!

В этот момент Лора, сидевшая неподвижно, вдруг резко повернула голову в сторону Безымянного. Её пустые глаза сузились. Она не произнесла ни звука, но кулаки девчонки сжались, а на щеках, впервые с того дня, как она по моей вине превратилось в полулича, появилось некое подобие румянца. Вернее, это, конечно, больше напоминало просто красные пятна, но я был рад и такому проявлению эмоций.

В ту же секунду комната наполнилась едва уловимым, леденящим душу гулом. Самое любопытное, что эпицентром этого гула была сама Лора. Она не шевелила губами, не открывала рот, звук шел из ее груди. Казалось, сама тень, которую она отбрасывала, стала гуще и чернее.

Безымянный инстинктивно отступил на шаг. Его равнодушная маска на мгновение дрогнула, обнажив первобытный страх перед тем, что он не мог понять и контролировать.

— Чего это с ней… — Спросил Безымянный, настороженно глядя на Лору.

— Ты ей не нравишься. Но знаешь, что…— Я горько усмехнулся, — Посмотри на нее. Внимательно посмотри. Лора — это последствие игры с силами, о которых ты мечтаешь. Моя ошибка. Я не понимал, что делал… Еще не понимал. Видишь, к чему привела моя самоуверенность. И вот скажи мне… А если бы и твой план закончился вот таким итогом? Если бы твои одарённые детишки, прочитав умные книги, начали в итоге создавать вот таких, безвольных, страдающих, зависших между жизнью и смертью, существ? Что бы ты с ними делал? А? На работу их не отправить. А в этом и была суть твоего гениального плана. К самостоятельной жизни они не приспособлены… Только… У меня есть шанс исправить свою ошибку. А у тебя бы его не было. И что тогда? Как бы ты поступил?

Я поднялся с топчана, подошёл к Безымянному и замер рядом с ним. Да, этот человек был выше меня, крепче, старше, но сейчас я вдруг почувствовал свое превосходство над ним. Но главное, что это превосходство почувствовал сам Безымянный. Он напрягся, и, по-моему, сильно хотел, чтоб между нами снова было расстояние побольше.

— Забудь о своих планах. — Хмуро заявил я, — Мир, который ты пытался построить, его не будет. И вот еще… Имей в виду, я — не кирпичик в твоей стене. Я — та стена, что обрушится на тебя, если ты продолжишь лезть не в своё дело. Твоя задача сейчас — помогать мне сдерживать нежить. А не строить планы о бесконечной власти, полученной с помощью некромантии. Понял?

Мы стояли друг напротив друга, как два борца, готовые кинуться в драку. В тишине было слышно лишь тяжёлое, хриплое дыхание Лоры и низкое рычание Болтуна. Безымянный был первым, кто отвел взгляд. Он кивнул, коротко и резко.

— Понял. — негласный хозяин Нижнего города развернулся и направился к выходу, однако на пороге задержался. — Но знай, мальчик. Миром правят не благородные порывы. Им правят сила и целесообразность. Рано или поздно тебе придётся это признать.

Безымянный вышел, дверь с тихим щелчком закрылась за ним.

Я выдохнул, напряжение начало медленно отступать. Ему на смену пришло изнеможение. Лора снова замерла, её взгляд опять стал отсутствующим. Я подошёл к девчонке, положил руку ей на плечо.

— Всё хорошо, Лора. Всё хорошо. Я непременно верну тебя обратно.

Она не ответила, но, казалось, её плечо под моей ладонью чуть расслабилось.

Не прошло и десяти минут, как дверь снова скрипнула. На этот раз в комнату вошёл Волконский. Он задержался на пороге, хозяйским взглядом обвел помещение, а затем направился к одному из стульев, чтоб сбросить на него пальто.

— Заметил, как от тебя вышел Безымянный. Он выглядел озадаченным. Надеюсь, вы не поссорились? В свете грядущего апокалипсиса нам нужна хоть какая-то видимость единства. — Заявил князь уверенным тоном. Будто кто-то вообще спрашивал его мнения.

— Мы просто прояснили позиции, — сухо ответил я.

— Прекрасно…

Волконский подошёл ближе к топчану, на котором я сидел. Он взял свободный табурет, с неприятным скрежетом ножек о пол подтянул его, и строился на стуле, широко расставив ноги. Затем его взгляд скользнул по Лоре с лёгким, брезгливым любопытством. На мгновение мне показалось, будто в глазах князя мелькнуло нечто, похожее на узнавание. Однако, заговорил он совсем о другом.

— Ну раз уж с Безымянным вы все выяснили, тогда позволь прояснить и мои цели. Я предлагаю тебе дружбу, Малёк. Вернее, союз. Заметь, предлагаю. Не настаиваю, не угрожаю, не запугиваю. И не давлю на тебя, хотя мог бы. Мой статус позволяет мне многое, ты сам это прекрасно понимаешь. Однако я говорю с тобой как с равным сейчас. Поверь, моя дружба тебе очень пригодится.

— На каких условиях? — спросил я, уже зная ответ.

Не нужно быть гением, чтоб понять, о чем собирается говорить князь. Волконский раньше других Высокородных узнал о некроманте, единственном во всей Империи. Впрочем, чего уж скромничать. Не во всей Империи. Во всем мире. Сегодня нежить проснулась под Нева-сити, а завтра… Завтра она может полезть и в других местах, за пределами нашего города и нашей страны. На что будут готовы люди, чтоб получить помощь? Конечно же, на все. Чего уж тут не понятного?

— На условиях взаимной выгоды, — отчеканил князь. — Ты — уникальный актив. Единственный некромант. Тот, кто может говорить с мёртвыми и, как я сегодня увидел, командовать ими. В грядущей… перестройке, это даёт неоспоримое преимущество. Я обеспечиваю тебе защиту, ресурсы, доступ к архивам. Да, не делай такое удивленное лицо. Я готов позаботиться о том, чтоб все книги о некромантии, которые только есть в архивах Нева-Сити, оказались в твоих руках. Талант талантом, но ты же понимаешь, что тебе нужно будет учиться. Теория не менее важна, чем практика. А взамен… Взамен я прошу не очень много. Ты станешь… скажем так, гарантом моей безопасности и инструментом влияния моего Дома.

Окровенность Волконского была почти шокирующей. И, пожалуй, я бы шокировался, если бы не ждал чего-то подобного. Однако, к чести князя, в его словах я не услышал пафосной лжи Безымянного, прикрывающегося благими намерениями. Была лишь голая, циничная правда. И мне это понравилось гораздо больше, чем рассказы о наилучшем благе для Нижнего города. Как минимум, Волконский не считает меня идиотом, а это уже делает его в моих глазах умным человеком.

— Вы, Александр Павлович, хотите, чтобы я стал вашим личным некромантом, — констатировал я. — Чтоб все вопросы, касающиеся моей работы проходили в первую очередь через вас. Верно?

— Я хочу, чтобы Дом Волконских занял подобающее ему место в новой иерархии, которая неизбежно сложится после того, как мы переживём этот кризис. Ты же понимаешь, когда с нежитью будет покончено, когда страх за собственные задницы всех отпустит, начнется грызня. В первую очередь, за тебя. Они будут сначала лить мёд в твои уши, обещать золотые горы и молочные реки с кисельными берегами. Потом, когда их сладкие речи не подействуют, а наблюдая за тобой, я понимаю, что они не подействуют, начнется прессинг. Каждый род будет мечтать заполучить некроманта. Но мы, Высокородные, имеем одну забавную особенность… Если кто-то из нас не может получить драгоценную, особенную вещь, мы предпочтем сделать так, чтоб ее тогда не получил вообще никто. Ты понимаешь, о чем я? Ну а сейчас… Сейчас с тобой наши шансы на выживание и победу возрастают в геометрической прогрессии. Я не буду врать и говорить, что делаю это из любви к человечеству. Я делаю это для себя, для своей семьи. И тебе, я думаю, такая позиция понятна.

Он был прав. Его позиция была мне понятна. Он не притворялся благодетелем. Он был хищником, который видел во мне такого же хищника и предлагал охотиться вместе. Это было отвратительно, но честно.

— Я подумаю, — сказал я, на самом деле, не собираясь ничего обдумывать.

Мне нужно было выиграть время. Князь верно сказал, пока нежить прёт со всех сторон, Высокородные будут целовать мою задницу, при этом ни разу не поморщившись. Но как только вопрос будет решен, я стану обычной разменной монетой для достижения максимальной власти. Вот и все. А мне очень не хочется служить кому-либо. Вообще никому не хочется. Я надеюсь, когда главная проблема будет решена, мне позволят уйти из города. Для некроманта найдется еще до хрена работы, даже когда Нева-сити будет спасен. Ну а если не позволят… Я и спрашивать никого не буду.

— Не думай слишком долго, — мягко, но настойчиво произнёс Волконский. — Мир меняется прямо сейчас. И те, кто не определится со стороной, рискуют быть раздавленными. До скорого, некромант.

Он кивнул и вышел так же стремительно, как и появился.

Вскоре вернулись Рик и Тень. Палач одним взглядом оценил моё состояние.

— Долгие и приятные беседы? — язвительно спросил он.

— Предложения о сотрудничестве, — мрачно ответил я. — Со всех сторон. Слушай, мы не можем больше ждать. Нужно идти к докам. Сейчас.

Рик нахмурился.

— Сейчас самое неподходящее время, пацан. Волконский ещё не собрал свой Совет. По Нижнему Городу рыщут Гончие. Император, видимо, всё же пронюхал о некроманте. Плюс, город на взводе. Все чувствуют, что-то пошло не так. Официальных заявлений о нежити еще не было, но, уверен, многие догадались, какая срань началась.

— Именно поэтому мы должны идти сейчас, — настоял я. — Пока все отвлекаются на нежить в катакомбах и на политические игры. Пока они не опомнились. И…ты заметил одну странность… Раньше пепла была так много, что он проникал повсюду. Даже в катакомбы. А сейчас…

Я подошел к столу, провел по нему рукой, затем показал чистую ладонь Рику.

— Пепла нет. — Произнёс он коротко.

— Именно, — кивнул я. — Он перестал идти. Проклятие Леонида теряет силу. Барьер, сдерживавший нежить все эти годы, рухнул. Вот почему они полезли сейчас. И я не знаю, почему это произошло, но это значит, что у нас нет ни минуты в запасе.

Решение было принято. Мы вышли на улицы Нижнего Города. Картина, открывшаяся нам, была сюрреалистичной и пугающей.