Локация: Зеленый округ, Юго-Западный сектор.

Лесопарковая зона. Испытательный полигон

Пнула уборщика не девушка — парень. Сильный удар. Весят машинки немало, ногой в обычной штанине и обуви так не пнёшь. Костюмы на ребятах непростые, это точно.

Алекс поморщился. Неприятно, ну и работёнка... Ладно. Ради будущей сенсации можно вытерпеть и не такое.

От пинка уборщик изменил траекторию. Отправил Алексу звуковой сигнал о том, что на трассе обнаружено препятствие, и принялся объезжать Дэна и Рокси по дуге.

Рокси проводила уборщика поворотом головы — как показалось Алексу, сочувственным. Извиняющимся тоном пробормотала:

— Не сердись. Очень уж ты неожиданно выскочил, — и сняла шлем.

Алекс обмер. Такого он не ожидал.

Хлопать длинными ресницами, улыбаться чувственными губами и поправлять шелковистые локоны, падающие на пышную грудь, по нынешним временам научились даже в Милке. Этим давно никого не удивишь, и стоит такая красота относительно недорого. Сейчас в моде — и в цене! — естественность. Натуральная, не бьюти-салонная красота. Необычный разрез глаз, яркий изгиб бровей, чуткий рисунок губ — за такую внешность, как у девушки, платят очень хорошие деньги. И, если Алекс упустит свой шанс...

Камера ведь пишет?.. Алекс на всякий случай проверил запись. С камерой ничего не могло случиться, но он не верил сам себе. Чтобы попала в руки такая удача... За одно это движение. За то, как она смеётся, отбрасывая с лица светлые, непослушные волосы... Сколько же он получит?

Кассовый аппарат в голове вращался с бешеной скоростью. Алекс настолько ошалел от удачи, что диалог между девушкой и парнем едва не пропустил.

— Я говорю: свинцовые ливни! Только что придумала... За что ты его так? — Рокси грустно посмотрела вслед уборщику.

— Он м-мешает.

— Он выполняет свою работу.

— Н-неважно. За такие деньги хозяева полигона могли бы н-настроить уборочные машины так, чтобы они выполняли работу, не п-приближаясь к посетителям... Ты уверена, что справишься? — Дэн вдруг резко сменил тему.

— Да.

Рокси ответила и отвернулась. Так отворачиваются, когда не хотят продолжать неприятный разговор.

Девушка показалась Алексу очень юной. Лет шестнадцати, не больше. Вот это, конечно, паршиво. С малолетками вечно проблемы, и возни куда больше, чем со взрослыми... Задумавшись, Алекс снова отвлёкся. С трудом заставил себя встряхнуться и слушать разговор дальше.

— ... Р-рокси. Ещё не поздно переиграть.

— Кому-нибудь, кроме меня, ты предлагал переиграть?!

— Р-рокси. Ты не понимаешь. Яшка, Вэл... У парней за плечами серьёзный б-багаж. Они многое п-прошли и многое умеют.

— Я тоже научусь.

Голос Дэна дрогнул.

— Уб-бивать — последнее, чему я хотел бы тебя научить.

— Эти твари убили маму и папу, Дэн.

Рокси смотрела не на парня, куда-то мимо. Затянутые в перчатки пальцы сжались на руле мотоцикла.

— Ты думаешь, если я не Яшка и не Вэл, а золотая девочка из Грина, то мне нечего вспомнить?! Они... — Голос Рокси сел, она судорожно сглотнула. — Десять лет прошло, но я помню всё, что они делали! И рада бы забыть, но не получается... Я хочу увидеть, как они подыхают. — Рокси замолчала, по-прежнему глядя мимо парня. И вдруг повторила: — Свинцовые ливни.

— Ч-что? — удивился Дэн.

— Мне кажется, нас можно так назвать.

— Д-думаешь? — Дэн ненадолго подвис. Потом решил: — Пожалуй. Хорошее название.

— Бьют свинцовые ливни! — обрадовался попугай. Вспорхнул с плеча Рокси и взмыл куда-то ввысь, камера его больше не видела.

А Дэн вдруг развернул мотоцикл в сторону уборщика.

— Т-так и передай тем, кто тебя нанял. Бьют свинцовые ливни! В-война началась.

Последнее, что увидел Алекс — приближающееся к камере, по мере движения кажущееся всё более огромным, колесо мотоцикла. Успел подумать, что покрышка у колеса непростая. Ему доводилось писать статью, обозревающую новинки автопрома, успел тогда узнать о покрышках многое. Сейчас был готов поклясться, что такие...

Но Алекс ни в чём не успел поклясться. В следующую секунду мотоцикл переехал уборщика.

***

— Да чтоб тебя...

Некоторое время понадобилось на то, чтобы вновь осознать себя собой. Переключиться. Понять, что он — Алекс Бероев, обозреватель прогрессивного журнала. Он не стоит на полигоне напротив безумного заики-мотоциклиста, а сидит на рабочем месте даст-оператора, за столом в ангаре, куда после уборки положено было загонять машины.

Алекс снял шлем. Помотал головой. Повторил:

— Да чтоб тебя!

Так ему советовал сменщик. Нужно повторить последнее, что произнёс — это облегчит возвращение к реальности.

Алекс отдал уборщикам голосовую команду остановиться. Отодвинул от себя шлем. Хлебнул из термокружки кофе — холодного, успел остыть.

Ничего! После сегодняшней сенсации он сможет позволить себе не то что отличную, держащую постоянную температуру кружку, а целую установку, которая будет сама варить кофе по шевелению его бровей. О, после этой сенсации он...

— Алекс Б-бероев.

Дверь в подсобное помещение, где сидел Алекс, распахнули. Шлем заика-мотоциклист так и не снял.

Разглядеть лицо парня Алекс не мог, его закрывала псевдоживая маска, подстраивающаяся под форму скул, носа и надбровных дуг. Зато голос заики узнал сразу. И от узнавания по спине пробежал мерзкий холодок. Алексу вдруг захотелось спрятаться. Если бы не понимание, что прятаться в ангаре попросту негде, так бы и сделал.

А ещё, подумав, что мотоциклисты не выглядят массивными, Алекс не ошибся. Сейчас он почти не сомневался, что маска скрывает лицо не взрослого человека, а подростка — Дэн, как и Рокси, едва ли успел перешагнуть совершеннолетие. Но облегчения догадка не принесла. Наоборот, добавила необъяснимого страха, Алекс почувствовал, что ноги у него стали ватными.

Возможно, потому, что парень не слез с мотоцикла. Он возник на пороге, сидя в седле. И так же, не вставая, бесшумно подкатился к столу.

— Алекс С-стервятник Бероев.

Голос Дэна звучал странно. Устало и будто укоризненно. И так же устало лежало на коленях парня оружие — похожее на то, из которого палили друг в друга мотоциклисты на полигоне.

Модифицированная версия короткоствольного армейского автомата из Тяжёлых времен, она же — последняя. Через два года после начала выпуска этой серии армия и полиция Мегаполиса прекратили своё существование. Цветные округа надёжно отгородились от дальних бетонной стеной, в услугах армии и полиции больше не было нужды. На смену им пришёл великий и могучий Эс-Ди — Департамент Безопасности Населения. В стандартное снаряжение эсдиков боевое оружие не входило, только шокеры, да и те разрешалось применять лишь в самых крайних случаях. Сколько автоматов и пистолетов пылилось на складах после разоружения армии и полиции — сказкам о том, что их уничтожили, Алекс не верил, — оставалось только догадываться.

— Кто? — Алекс завертел головой.

Он пока не понимал, что происходит. И представления не имел, каким образом парню удалось узнать его имя — здесь, на полигоне, его звали Питер Свенсон. Но многолетний опыт, все инстинкты кричали: нужно отрицать. Нужно всё отрицать! Тогда, возможно...

— Здесь нет никакого Алекса Бероева. Ты ошибся! Я даже не знаю, кто это. Я...

— В-вы — это вы. — Голова мотоциклиста не шелохнулась. И шевеления губ Алекс за маской не видел, мотоцикл, на котором сидел парень, казался более живым, чем его хозяин. — М-мне известен ваш ай-ди. А ваше прозвище говорит само з-за себя. Знаете — мне всё равно, зачем это вам. Но сегодня вы узнали то, что не должны были узнавать. Это п-плохо. Для вас. Как вы, в-вероятно, догадываетесь, появления в сети того, что вы сняли на камеру, я д-допустить не могу. А для нас — хорошо. Я д-давно ждал кого-то, подобного вам. Мегаполису пора узнать, что мы с-существуем — но, к несчастью для вас, ваша интерпретация мне не п-подходит. А я знаю лишь один надёжный способ заставить журналиста м-молчать. И то, что этим журналистом оказался п-подонок вроде вас — большая удача. Другого человека мне, в-вероятно, стало бы жаль... Посему — спасибо, что оказали услугу. П-прощайте.

Дэн поднял руку.

Последним, что успел понять Алекс, было: на этот раз оружие настоящее.

***

Новостной канал. Хроника последних событий

Бегущая строка:

Свинцовый ливень!

Невероятное событие в Юго-Западном секторе Зелёного округа. Зверски расстрелян журналист либерального издания «Бульдог» Алекс Бероев. Тело несчастного буквально изрешечено пулями!

Видеоряд:

Колесо мотоцикла, едущее на камеру. Поливаемое огнём тело, рухнувшее на стол, кровавые брызги и щербины от пуль на стене позади него. И равнодушный, неживой голос за кадром. Сглаженный фильтром так, что распознать обладателя невозможно:

«Так и передай тем, кто тебя нанял. Свинцовые ливни! Война началась».