Через пять дней Надю и Аню, дочь полковника, вызвали в суд. Под охраной за стальными прутьями находились все задержанные в тот день. Среди обвинений фигурировали эпизоды о нанесении травм, получении переломов и сотрясений у каждого из пяти мужчин, которых выставляли как добропорядочных граждан, просто прогуливавшихся по городу и сделавших замечание подростку. Защищающий Сергея адвокат Владимир Петрович внимательно выслушал обвинения, а затем с разрешения судьи стал задавать встречные вопросы.

— Хотелось бы уточнить, какое именно замечание вы сделали ребенку и почему так резко отреагировали на него. Неужели она нецензурно выражалась?

Многие вопросы заставляли мужчин путаться, их ответы разнились с показаниями подростка.

— Ваша честь, предлагаю просмотреть записи видеонаблюдения с телекамер кафе, где видно агрессивное поведение всей мужской компании не только по отношению к подростку, но и к Надежде Валерьевне, поспешившей ей на помощь.

Видео было просмотрено, но сторона обвинения не уступала.

— Ваша честь, — снова обратился к судье Владимир Петрович. — У меня еще один вопрос ко всем пятерым. Допускаете ли вы, что при таком агрессивном поведении этим женщинам грозила опасность?

— Возможно, — нехотя согласились они.

— В таком случае…

Владимир Петрович достал из папки две бумаги и протянул их судье.

— Это документ найма моего подзащитного Старовойтова Сергея Николаевича в качестве телохранителя гражданки Сидоровой Надежды Валерьевны. Вторая бумага подтверждает, что она входит в пятерку самых богатых женщин России. Как было замечено раньше, при малейшей угрозе и опасности жизни клиента, что прописано в обязанностях данной категории специалистов, телохранитель — зачитываю дословно: «…должен обеспечить защиту любым способом, включая применение силовых приемов и огнестрельного оружия». Учитывая потасовку и использование в качестве приманки несовершеннолетней, возможного захвата и шантажа в целях получения выкупа, мы будем обращаться с встречным иском о пересмотре дела.

Никто из присутствующих, даже Надя, не ожидал такого поворота событий. Официальные бумаги сделали свое дело: обвинение с Сергея было снято, и его освободили. Уже после заседания в коридоре к Наде подошла судья Татьяна Ивановна, женщина лет сорока пяти, которая вела это дело.

— С Сергеем Николаевичем я в основном сталкивалась, когда он выступал в качестве адвоката. Хочу заметить, что и в этот раз он отличился. Но главное, что в отношении женщин он ведет себя как настоящий мужчина.

Так Надя понемногу узнавала своего избранника. Спустя некоторое время она согласилась переехать к нему. Правда, это уже был ее дом. Сергей помог перевезти вещи Нади из служебной квартиры. Разбирая их вместе, она поинтересовалась:

— А зачем ты переписал на меня все свое состояние?

— Ты хорошая хозяйка, красивая, неизбалованная, трудолюбивая, любишь детей. И я надеюсь, что в будущем ты согласишься стать моей женой, чтобы мы всегда были вместе. У моей супруги всегда должны быть деньги. Я считаю, что женщина лучше разбирается в выборе продуктов питания, распределении бюджета, размерах одежды для деток. А деньги я еще заработаю. Главное, как ты говоришь, — было бы здоровье.

Ее глаза сияли счастьем.